Лорд Грешник
Шрифт:
— Но как… — И тут ее осенило. — Мужчина, который наблюдал за мной?
Йэн кивнул и указал на протянутые руки статуи. Мэри увидела в них какой-то предмет, высеченный из розового мрамора, и подошла ближе.
Сердце! Розовое сердце!
Мэри повернулась к мужу. Сладкая надежда пронзила ее.
— Йэн, значит ли это?..
Он расправил плечи, посмотрел прямо в ее глаза.
— Мэри, это мое сердце, смиренное грешное сердце. Если ты от него откажешься, оно не нужно и мне, ибо разобьется навсегда.
Радость, мощная, как морской прилив, нахлынула на нее.
— Откажусь, Йэн?.. Ничего другого на всем белом свете я не хочу так сильно! Ведь я люблю тебя!
Сильные руки обняли ее, и она подняла лицо для поцелуя. Йэн зашептал в ее волосы:
— О Боже, Мэри, не могу в это поверить!.. Я был уже готов уехать, покинуть этот дом, лишь бы не заставлять тебя страдать. — Йэн чуть отстранился, жадно глядя в ее золотые глаза, на ее золотые локоны. — Как ты прекрасна, моя Мэри! Как чудесна! Я до сих пор не могу поверить, что ты любишь меня…
Мэри прижалась губами к его губам, без слов давая ему понять, что он не зря рисковал, потом чуть отстранилась.
— Письмо, которое я читала, когда ты пришел ко мне, — от Джедидайи. Виктория родила сына. Они назовут его Джедидайа Уильям Торн-Макбрайд. — Ее глаза замерцали. — И я подумала… я надеюсь… — Нежный румянец окрасил ее щеки. — Я была бы счастлива подарить тебе сына, моя любовь. Я хочу, чтобы ты был счастлив!
Странное чувство завершенности охватило его.
— Я счастлив, Мэри Синклер! Ты делаешь меня счастливым!
Йэн снова притянул ее к себе и поцеловал. Его грешное сердце, наконец, нашло свое счастье.