Чтение онлайн

Мужчины за столом темнели лицом от гнева.

– А дети где?
– тихо спросила Лисса, замирая в ожидании жуткого ответа.

– До семи лет мы их воспитываем. Как можем. Я матерям не разрешаю их у себя держать, отдельно нянчить, чтобы сердцем не прикипели. Сердце, оно же не железное. В яслях все по очереди дежурим. Нет у нас теперь своих детей, есть только общие. Знаю, что неправильно это, да как иначе матери свое дитя добровольно выродкам отдавать. И ведь никто от них еще живым не вернулся, да и мертвым тоже. А сколько наших после этого рук на себя наложило? Каждый год считай из петли по одной достаем.- Жарка все говорила и говорила, тихонечко раскачиваясь из стороны в сторону. Видно было, как тяжело ей жить, держа всю эту боль в себе, когда не кому поплакаться, не у кого защиты искать. Вокруг все такие же бедолаги.
– Дура, я старая, самой хоть в петлю лезь.
– Она замерла, обвела сидящих за столом пронзительным взглядом, глубоко вздохнула, словно решаясь на что-то, и, наконец, спросила, - Вы ведь сюда не как все попали? Вас не змеюки прислали?

– Нет, - спокойно ответил Ларри, уже догадываясь о каких змеюках идет речь, - мы сами пришли в вашу долину.

– Тут, такое дело, - Жарка облизнула пересохшие от волнения губы, - уходить вам надо, и побыстрее. Со дня на день эти кровопийцы пожалуют, Нарочку, девочку мою, забрать. Увидят вас - быть беде. Перебьют. Ее, может, и оставят, - она ткнула пальцем в Лиссу, которая весь разговор тихой мышкой сидела за столом. Лиссе здесь все категорически не нравилось: деревня, люди, воздух, все вызывало приступы тошноты и головокружения. Но и бросить этих людей, и требовать немедленно, увести отряд из деревни, она не могла. Поэтому и сидела сейчас, тихонько морщась, чтобы никто не заметил, как ей плохо. А то ведь сразу Дока натравят. А ему и так работы хватает.

– Так что милые, нечего у нас тут задерживаться, на рассвете и уходите, только об одном прошу, - Жарка неожиданно рухнула на колени, а на ее глазах заблестели слезы. Мужчины вскочили, - заклинаю всеми вашими матерями, что вас вырастили, заберите отсюда мою внучку, мою Нарочку. Пусть она лучше с вами будет, чем в лапы к змеюкам попадет. Оттуда еще никто не возвращался.

– Ну, тихо, тихо, - бросился к ней Старк, поднимая с пола, - не волнуйтесь, и не с такими тварями сталкивались, - успокаивал он Жарку, усаживая ее обратно на скамью и пододвигая бокал с морсом.
– А тут какие-то змеюки, да нам раз плюнуть от них отбиться. Вон, бокалы, у вас какие замечательные, - попытался переключить он внимание женщины.

– Да, - всхлипнула та, вытирая слезы, - эти твари нам еду, одежду притаскивают, когда детей забирают или новеньких сюда присылают. Сначала натырят чужое, ворье поганое, а потом подачки бросают - пользуйтесь, вот мы какие добрые. Я как эти бокалы увидала, так и обмерла. Мне их мама на день помолвки дарила, на приданое. Они - все, что от той жизни осталось, - женщина тяжело вздохнула, промокнула платком набежавшие опять слезы.

– Напарник, давай выйдем, - кивнул Старк Ларри на дверь, - поговорить надо.

На улице уже сгустились сумерки. В небе яркими серебряными, красными, желтыми огоньками сияли звезды. Величественно плыли две круглые луны. А под ними во дворах алыми огоньками светились очаги. Вокруг мелькали тени. Кое-где слышался даже смех.

– Какие идеи, напарник?
– Старк опасливо облокотился о перила. Те, заскрипев, все же выдержали его вес.

– Теперь, по крайней мере, ясно, куда девались хозяева награбленного золота. Золото складировали в пещеру, а людей, которые им были интересны, забрасывали в долину.

– Похоже на правду, - согласился монах, - да, одна неувязочка. Наши змеюки, по словам Хранителя, не могут покидать пещеры.

– Тогда кто у нас тут в хозяевах ходит?

– А давай, навестим здешнего главу, да у него и спросим. Может кроме спиртного, он еще что под замком хранит. Да и руки чешутся подробно с ним побеседовать.

Они вернулись в дом. "Многоуважаемая, - обратился монах к Жарке, - подскажите нам, как вашего главу отыскать?"

– А что его отыскивать? Он у нас давно уже даже по девкам не бегает, вместо себя все дружков своих посылает. Пьют они еще с полудня. Так что прямо пойдете, справа большой дом будет. Мы его мужским зовем. Не ошибетесь. У нас всего два больших дома - ясли, они дальше слева будут и мужской дом.

Компания в полном составе отправилась в гости к главе. Лиссу пытались было оставить у Жарки, но она крепко вцепилась в Ларрину руку и, побледнев, умоляюще смотрела ему в глаза. Старк рукой махнул: "Брось, напарник, не спорь. Пусть с нами идет. Она тут одна еще делов наворотит".

Так и пришли вшестером. По дороге Троха с Мирохой из любопытства увязались, да после общения с женщинами руки у них тоже чесались пообщаться с местными. Правда, еще желающие были, но Ларри быстро поотправлял кого в караул, кого в помощь местному населению. Нечего главу раньше времени толпою пугать, вдруг у него сердце слабое. А им информация сейчас важна.

Поднявшись на крыльцо, Ларри поморщился. Даже сквозь закрытую дверь доносились стойкие сивушные ароматы. Казалось, спиртным был пропитан весь дом. Командир на секунду замешкался -- стучать или нет, потом решил, что больно чести много будет, резко распахнул дверь.

Большая комната была почти пуста, не считая широкого стола с двумя скамьями. Больше мебели в ней не было. За столом, уронив голову на руку, спал мужчина. Второй рукой он нежно обнимал пустую бутылку. Его лысая голова таинственно поблескивала в тусклом свете лампы, висящей под потолком. Многозвучные рулады, издаваемые спящим, смолкли. Он поднял голову от стола и осоловело уставился на вошедших. Икнул, мотнул головой, словно прогоняя видение непрошеных гостей. Но гости не исчезли. Мужчина тяжко вздохнул, пошарил рукой по столу. Бутылка жалобно зазвенела под его рукой. Слабая улыбка озарила измученное пропуском алкогольной дозы лицо, но тут же увяла, когда от судорожного встряхивания бутылку не раздалось знакомого бульканья.

– Вам чего?
– кисло морщась, глухо пробормотал мужчина, тщетно шаря глазами в поисках еще одной спасительной бутылки.

– Да, мы здесь, как бы, новенькие, - Ларри с презрительным выражением рассматривал это свиноподобное создание, лишь отчасти напоминающее человека. Узкие глазки заплыли от жира, а раздутые ярко красные щеки прятали за собой маленькие ушки. Гладкий высокий лоб без единой морщины, по-видимому никогда не испытывал душевных терзаний и волнений. В данный момент он пытался наморщиться и возбудить хоть какое-нибудь движение в мозгах.