Чтение онлайн

— Год назад, Рика, — ответила Сабрина. — У учеников была задача закончить Академию. А сейчас стоит цель получить реальные знания и навыки. Кстати, Соитиро. Как идет подготовка к приему новобранцев?

— Сегодня дроу переселяются в Юлисанский, — ответил мужчина. — Их располагу потом приведем в порядок и в принципе готовы. Но, насколько я знаю, помещение под общую столовую еще не готово?

— Поступило предложение, Соитиро, — ответила глава. — Чтобы некоторое время «старые» ученики помаячили на виду новиков.

Мужчина задумался.

— Понял, — кивнул он. — Да, это будет полезно.

— Нужно сразу показывать новикам, куда они прибыли, — наставительно произнесла Сабрина. — Дисциплина, уровень… и крутизна, это все должно быть наглядно.

— Интересный третий параметр, — с усмешкой заметила Мелиал.

— Что поделать, Мелиал, надо идти в ногу со временем, — слегка улыбнулась Сабрина. — Если наши ученики самые крутые, значит и преподы в Акаде самое зверье. Оттуда выходят самые монстры, которые антов зубами рвут, таранов запинывают, а матку камнями закидывают.

— Уау! — Мелиал реально восхитилась. — Вот это девиз! И как свежо, по-молодежному!

— Подслушала тут недавно, — хмыкнула Сабрина. — И вон, Саэта еще тоже просвещается.

— А вы знаете, что такое «косяк»? — спросила Мелиал.

— В смысле, дверной? — уточнила Феара Коффус.

Саэта в ответ усмехнулась.

— Так вот, — продолжила Мелиал. — Косяк — это целое выражение, которое обозначает, что вышло неправильно, нехорошо или неудобно. А «накосорезить» — значит сплоховать, сделать плохо, ну вы поняли.

— Мелиал, а вы слышали слово, извините, «всратый»? — сказала Саэта.

— Ну-ка, ну-ка, — заинтересовалась Аваратан.

— Некрасивый, уродливый, — ответила Саэта. — А слово «профукать» обозначает потерять по глупости.

— Саэта, — усмехнулась Сабрина. — А ты знаешь, что сама стала именем нарицательным?

— Да? — удивилась Айфолен. — И в каком смысле?

— Я думаю, ты догадаешься, что значит слово «отсаэтить», — иронично ответила глава.

Провинция Кеннус. Черная Долина. Лагерь у гор Бейар — Тайр

Никто их здесь не собирался, ни строить, ни уговаривать, ни подгонять матом. Всем было плевать. Но раз они трое уперлись… То кто-нибудь из отряда их сопровождал. Для того, что поставить оценку. То есть сообщить, что делали правильно, а что неправильно. А еще… У Эдариана уже после дневных тренировок происходила ночная. И если в первый раз он натурально обалдел, когда Надара буквально заволокла его в свой шатер и, честно говоря, не сильно спрашивала, хочет он этого или нет, то теперь… Он хотел. Парадокс, но вымотанный полностью, за час он отходил и яйца чуть не болеть начинали.

Судя по рожам Таркина и Римуса, парни тоже не одни ночи проводили. То есть они, так сказать, влились в отряд и прописались. Таким вот интересным способом.

А потом их стали учить. Пока теоретически. Отряд Тарье занимался тем, что вылавливал на горах и в самих горах антов. Чаще всего одиночек, но и бывало и на немалый отряд нарывались.

Работа в тоннелях была основной деятельностью бойцов. Это было очень важно, так как в шахтах Бейар-Тайрдобывался каммонит. Когда обнаруживали анта, вызывали бойцов Тарье (в этой области. Существовало еще несколько таких отрядов).

И вот, на двадцать третий день их тренировок, отряд вызвали. И Эдариан, Таркин и Римус надели на выход свою сбрую. Надели не впервые, они в ней днем постоянно ходили, бегали, в общем, все делали. Привыкали, так чтобы она стала, как повседневная одежда.

Лагерь располагался недалеко от тоннеля, идти было недалеко. Возле входа их встретил начальник выработки и мастер жилы. Терье с ним минут пятнадцать беседовал, а потом подошел к своим.

— Значит так, — спокойно произнес центурион. — Самая дальняя жила, двадцатая. Заметили трех. Один черный.

— Неприятно, — прокомментировал Эсфен Шасур, децерион, огромный полуорк.

Отряд Терье был разделен на две шестерки. По три мечника и три стрелка. Мечники несли щиты, топоры и пехотные короткие мечи. Стрелки тоже клинками — тяжелыми орочьими ятаганами, не брезговали. Основным оружием у них были мощные самострелы.

Одной шестеркой непосредственно командовал Терье, второй — Шасур. В смысле, они входили в эти шестерки, а не седьмыми были.

— Жила дальше по горизонту раздваивается, придется разделяться, — продолжал Терье. — Сейчас нас подвезут до жилы.

В зев тоннеля шли две нитки металлических брусков. А по брускам ездили небольшие тележки.

— Ну, хоть не ногами топать, — произнесла Надара…

… Отряд дошел до места самого дальнего забоя. Дальше тоннель был естественным, то есть с неровными стенами.

— Так, пацанье, — заговорил Терье. — Остаетесь тут. Не расслабляемся, бдим! Они могут и на вас выйти! Если больше двух, стреляете и сразу, подчеркиваю сразу отходите до развилки. Там, как вы видели, имеется пост. И большие железные щиты. Впрочем, это лишь совет.

— Все понятно, командир, — ответил за всех Эдариан. — Бдим, если больше двух, один залп и отход.

Повторение важной команды им вбивали. Так что сейчас Эдариан выдал то, чему их учили.

А потом они ушли. Двенадцать разумных, не спеша, ушли дальше, сохраняя молчание и ни одно кольцо не брякнуло. А они остались у щитов, которые перегораживали тоннель. И тоже молчали. Потому что здесь, в тишине подземелья, общаться можно было только жестами. И слушать. Слушать, не зашуршит ли впереди ант.