Лина
Шрифт:
Лина не до конца заснула. Колени у нее были сжаты. Мишель взобрался на нее и осторожно попытался их раздвинуть, но она не раздвигала колен. Тогда он просунул свое колено ей между ляжками и раздвинул их. Увидев столь расслабленную и раскрытую Лину, я возбудилась. Я принялась ее ласкать, начала раздевать. Она сознавала, что я делаю, но ей это было приятно. Она не отрывалась от моих губ, хотя глаза у нее были закрыты, и она позволила нам с Мишелем полностью себя раздеть.
Лицо Мишеля утонуло в ее пышных грудях. Она позволила Мишелю целовать себя между ног и потом ввести туда пенис, а я тем временем целовала и ласкала ее груди. У нее были на удивление округлые ягодицы. Мишель продолжал раздвигать ей ноги и впивался губами в ее мягкую плоть, пока она не начала стонать. Ей хотелось только одного — пениса. И тогда Мишель овладел ею, и, после того как она получила от него наслаждение, ему захотелось взять меня. Она же приподнялась, раскрыла глаза, некоторое время удивленно за нами наблюдала, потом извлекла из меня пенис Мишеля и уже больше не позволяла его туда вводить. В сексуальной ярости она бросилась на меня, лаская меня губами и руками. Мишель снова овладел ею — на этот раз сзади.
Когда мы с Линой вышли на улицу, обнимая друг друга за талию, она делала вид, что не помнит ничего из того, что только что произошло. Я не возражала. На следующий день она уехала из Парижа.