Чтение онлайн

Но эмоции следовало отложить в сторону. Через несколько минут лимитерийцы услышали шум взрыва, после чего поднялись и посмотрели в сторону броневого стекла. За ним показалось несколько людей, одетых в белоснежные халаты, а также взрослый пожилой человек, рядом с которым стоял мальчик-брюнет лет двенадцати.

— Он уничтожил почти весь научный персонал! — жалобно посетовал учёный, рука которого была в крови. — Даже не знаю, как нам удалось спастись.

— Вы спаслись благодаря моей милости, безбожные щенки! — твёрдым баритоном промолвил пожилой человек, одетый в королевские одежды.

— Без Вас мы бы не справились, господин Апатий.

2. Хог мгновенно округлил глаза и пристально уставился на этого человека. Так вот, как выглядел их родной дед! Чёрные волосы местами были седыми, а большие брови закрывали изумрудные глаза, в которых пряталось лицемерие и надменность. Лимитерийская кровь тут же вскипела, из-за чего парень злобно ударил кулаком по стеклу. Впрочем, пробить его ему не удалось, а компания выживших даже не заметила двух лимитерийцев.

— И что нам теперь делать? Проект попросту вышел из-под контроля.

— Хм-м… — хмуро задумался Апатий, после чего оглядел весь персонал и остановился взглядом на одном человеке. — Герман, подойди сюда!

Если секунду назад Лимит чувствовал злобу, то сейчас его гнев временно поутих. Фиолетовые глаза уставились на профессора, который, как и прежде, был в тех же самых очках для сварки. Единственным изменением была внешность (Петренко выглядел моложе) и халат, цвет которого поменялся на белый. Во всём остальном — тот же самый противный тип.

— Слушаю, мой господин!

— Последние показатели этого щенка какие? — потребовал объяснений Апатий.

— Поначалу проект был стабилен и не выражал никакой агрессии. Но потом… потом случилось… жуткое, — разволновавшись, Герман достал из кармана платок и утёр им мокрый лоб. — В какой-то момент он начал бунтовать, стучать по стеклу и мрачно смотреть на всех. Затем выбил защитное стекло и убил нескольких учёных, после чего скрылся в лаборатории. Где он сейчас, мы не знаем.

— Хм-м. Есть предположения, что может им править?

— Скорее всего, агрессия, мой господин. Вспомните, как донор ДНК устроил погром в тронном зале, опозорив честь королевской семьи. Я думаю, что объект получил ту же самую агрессию, что и оригинал, и это стало мотивом для его побега.

— Ясно. Ну, что и следовало ожидать от моего сына — неудачник, да и только, — презрительно фыркнул Апатий, качая головой. — Мало того, что нарушил табу, сойдясь с эрийкой, так ещё и опозорил королевскую семью. Чтобы исправить эту оплошность, он поместил настоящего первого лимитерийца в карцер, взял его ДНК и пошёл создавать клона. Пф-ф, идиота кусок!

— Слишком много ответственности требуют королевские традиции и старейшины, — гнильно ухмыльнулся Герман, после чего мужчины зло рассмеялись. — Что делать с проектом? Если Его Высочество узнает о случившемся ЧП, у нас будут большие неприятности.

— Знаешь, Герман… взорви ты это место к чертям собачьим!

— Вы серьёзно?

— Абсолютно! Евпатий пытается исправить неисправимое, а его щенячьи попытки стереть этот позор только усугубят наше положение. Первого лимитерийца больше не существует — мои люди убили его! Что касается фальшивки, то она не должна выбраться из лаборатории.

— А как же Ваше королевство, мой господин? Не Вы ли мечтали о свержении Вашего сына с трона?

— Всё верно: мечтал. И мечтаю! Но для этого у меня есть мой внук Смог, который послужит моим планам отличную службу.

— Это каким образом?

— Самым простым. Он очень сильно любит своих родителей, свою сестру, и, самое главное, брата. Особенно его! Думаю, не стоит объяснять, как Смог отреагирует, когда узнает об их гибели, — хитро улыбнулся Апатий, а затем ухмыльнулся и Герман. Они поняли друг друга.

— Ахахаха, я Вас понял, мой господин! Сделаю всё в лучшем виде.

— Очень на тебя надеюсь. Дан — за мной!

— Слушаюсь, владыка! — послушно кивнул мальчик и двинулся за поседевшим брюнетом.

Бывший король лимитеров и его подчинённый подошли к порталу, после чего встали в круг. Герман тем временем подошёл к пульту управления и настроил передатчик, чтобы телепортировать обоих лимитеров в безопасное место.

— И не заставляй меня ждать, Герман! — изрёк Апатий, хмуро посмотрев на учёного. — Ты же знаешь, как я ненавижу ожиданий.

— Я Вас не подведу, мой господин! — весело улыбнулся Петренко.

— Надеюсь. А теперь ты, — изумрудный взгляд перешёл на мальчика-брюнета. — Как только мы вернёмся, отправляйся к Смогу и попробуй его увести из Лимитериума.

— Ваше Высочество, Вы можете на меня положиться! — мило улыбнулся Дан. — Ваш внук никогда не узнает о том, что произошло здесь.

— Тебе, малыш, я верю. Ты единственный, кто никогда не огорчает меня.

Лимитер погладил мальчишку по голове, после чего фанатично улыбнулся.

— Сын не оправдал моих надежд, поэтому пора переходить к началу революции.

3. После этого произошла вспышка, из-за чего Хог временно потерял зрение. Однако услышанного хватило, чтобы волонтёр понял, сколько ужасов в данный момент происходило. Катастрофа начала зарождаться с того момента, когда фальшивый Лимит выбрался из капсулы и отправился бродить по лаборатории, убивая каждого встречного. Но самое паршивое заключалось в том, что Апатий только радовался происходящему, поскольку всё это соответствовало его планам. Именно с этого момента начала создаваться команда «Кощей», которую потом лично возглавил Дан. Хог понял, как Смог попал в эту паршивую команду и почему он так сильно ненавидит всех. Родной дед и его люди обманули второго лимитерийца! И хотя наёмник уже догадался об этом обмане, важен был факт: революцию начал Апатий. Но это была первая правда потерянного прошлого. В чём заключалась другая? Помимо начала катастрофы и её начала рождения, Хог желал знать, кем на самом деле является он. Первого лимитерийца убили, а фальшивка спряталась где-то в лаборатории — это единственное, что юноша пока знал о себе.