Чтение онлайн

А уж потом отправился путешествовать: Индия, Китай, Россия, Греция, Италия, Франция… Его поездка затянулась на долгих десять лет, пока он снова не вернулся в Лондон. Все остальное разворачивалось на ваших глазах, юная фрау.

Возможно, с самого начала это был брак по расчету, но таким умиротворенным и счастливым я не видел Рихарда уже давно. Он любит вас, Элиана. И это чувство не разрушает его, а наоборот, питает и поддерживает.

========== Такие браки заключаются на небесах… ==========

Это многое меняло. Элементы головоломки, донимавшие Элиану Круспе своей загадочностью, наконец сложились воедино. Не нужно было быть чересчур гениальной личностью, чтобы осознать, что Рихард чувствовал вину за то, что случайно убил Марго, и комната, которую Элиана открыла сегодня утром – явное тому подтверждение.

– С ума сойти! – одними губами прошептала девушка и вскочила с места. Оливер уже не препятствовал ей, лишь спросил:

– Куда вы? Неужто домой?

– А то куда же! – Элиана поспешно надела сапожки и застегнула плащ. – Я нужна ему, герр Ридель. Не хочу снова причинить ему боль.

Девушка бросила быстрый взгляд в окно. Темнело и, судя по всему, начиналась метель. Оливер перехватил ее взгляд и тоже поднялся с дивана:

– Пожалуй, мне стоит проводить вас до дома, пока действительно не случилось ничего плохого.

– Не стоит, - произнесла Элиана уже у двери. – Это моя личная битва – как с самой с собой, так и со стихией. Пожелайте мне удачи.

С этими словами фрау Круспе покинула дом Риделя, услышав напоследок бодрящее душу пожелание:

– Удачи, сумасшедшая!

***

Рихард пил. Густые, чернильные сумерки опустились на замок, добавляя мрачных красок. Мужчина не позволил слугам зажечь свечи, тем самым погружая самого себя в импровизированный траур. Вокруг Круспе сгущалась тьма, пробираясь в сжавшееся от боли сердце.

– Элиана… - прохрипел он и снова осушил стакан.

Рихарду чудился ее заливистый смех. Казалось, что она стоит за его спиной и ерошит темные волосы, пропуская сквозь тоненькие пальчики отдельные пряди.

Снова фантазия разыгралась. Круспе закрыл глаза и предался воспоминаниям. Он словно пробовал на вкус каждое мгновение с Элианой, начиная с того момента, как впервые увидал ее на первом балу сезона. Их первый вальс, трепет и смущение юной красавицы. Вспоминал свадьбу, когда Элиана шла к нему по церковному проходу – величественная, прекрасная и опять-таки смущенная. А дальше в цветном мучительном калейдоскопе замелькали картинки из их семейного счастья: путешествие, семейные вечера у камина, объяснение, за которым последовала ночь любви…

Рихард застонал.

«Теперь это навсегда утеряно. Она ушла, и больше никогда не вернется. Я совершил ошибку, умолчав о той чертовой комнате и о Марго, и теперь следует расплата».

Мужчина налил себе еще шнапса и снова опрокинул в себя целый стакан, стремясь как можно скорей уйти от реальности и воспоминаний.

***

Элиана едва различала перед собой дорогу. Вечер плотной пеленой упал на графство, пряча за собой все указательные знаки и ориентиры. Девушка полагалась на свое внутреннее чувство, держа курс на деревню, чьи слеповатые желтые окна вели ее сквозь непогоду. Лошадь заметно нервничала, фыркая и прядая ушами, но Элиана вела ее твердой рукой, стараясь добраться до родного дома раньше, чем вьюга разыграется в полную силу.

Элиана на полной скорости въехала в деревню. Из-под копыт лошади взметался рыхлый снег, плащ юной фрау развевался за спиной, словно темные крылья. Голова мерзла из-за потерянного капора, но девушке все было нипочем. Она подгоняла животное, всей душой желая оказаться дома, там, где ее ждал Рихард.

***

Когда за спиной Круспе распахнулась дверь, он, не поворачиваясь, грубо отчеканил:

– Убирайтесь прочь.

Пауза. Воцарилась тишина, после чего дверь тихо закрылась. Рихард расслабился, но в ту же секунду услышал тихие шаги, приближающиеся к его креслу.

– Вам не ясно? Я хочу, чтобы меня оставили в покое!

– А больше ты ничего не хочешь? – вроде бы грубая фраза, но из уст говорившей она звучала ласково, и даже нежно.

И вновь, как в его фантазии, холодные тонкие пальцы зарылись в его волосы. Круспе выдохнул и расслабился.

– Какая реальная мечта… Неужто я сошел с ума?

– О-о-о, шнапс еще и не такое натворить может! – раздался тихий, мелодичный смех.

Рихард так и застыл в своем кресле. Догадки теснились в его голове, с трудом выстраиваясь в цепочку.

– Элиана? Это правда ты? Или ты фея из заснеженного леса?

– Дурак ты, Круспе. Похоже, Фрида переусердствовала, рассказывая сказки. На пьяную голову еще не то может привидеться.

С этими словами ласка прекратилась, и девушка, порхая в темноте от канделябра к канделябру, зажигала свечи. По мере того, как мрак отступал от сияния свеч, перед Рихардом все четче и четче вырисовывался силуэт жены. Она была в мокром плаще, в волосах все еще не растаял снег, губы были решительно сжаты. Наконец, когда была зажжена последняя свеча, Элиана повернулась к нему, снимая плащ.

Круспе не мог пошевелиться. Он не мог поверить, что она действительно рядом: живая, настоящая… А когда девушка по старой привычке села к нему на колени, морщась от малоприятного запаха выпитого шнапса, он окончательно поверил, что это не сон.

Элиана взяла в ладони его лицо, поглаживая волевой подбородок, заросший щетиной, ероша волосы, легонько касаясь кончиками пальцев век. Рихард прерывисто вздохнул, обнял ее за талию и крепко прижал к себе, спрятав лицо на ее груди. Такой родной запах… Ее запах. Круспе прикоснулся губами к коже, видневшейся в вырезе платья, потом еще и еще… Он словно пытался впитать ее в себя, запомнить, раствориться в сладких ощущениях навсегда. Элиана ласково ерошила его волосы, поощряя его действия.

Наконец мужчина поднял голову и посмотрел на свою жену недобро сузившимися глазами:

– Мне следует тебя отшлепать.

– И мне тебя, - невозмутимо парировала юная фрау, глядя на него.

– Логично. Где же ты была?

– Не важно. Главное, что я здесь, с тобой. И больше никогда, никогда тебя не оставлю.

– Отлично. У тебя есть отличный способ это доказать.

Рихард подхватил Элиану на руки, словно она весла не больше перышка, и понес ее наверх. Девушка счастливо смеялась, обнимая супруга за шею. Впереди у них была целая ночь, напоенная чувственными открытиями и трепетными ласками.