Лилия из снов

ISBN 978-5-0055-3215-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Татьяна Ренсинк

6 июня 1815 г. произошёл полный разгром Наполеона в битве при Ватерлоо. Тяжкими оказались последствия той войны для Европы.

Россия была так истощена, что чувствовался упадок сил и охлаждение к тому режиму, что существовал. Появились идеи что-то изменить, сделать лучше, поскольку в прежних политических идеалах наступило разочарование.

Так, 14 сентября 1815 г. Россия вступила в состав Священного Союза, акт которого подписали все монархи Европы, кроме Англии, Турции и папы Римского. Целями же этого Союза были: укрепление прежних феодальных династий, сохранение установленной Венским конгрессом системы новых государственных границ и подавление революционных и национально-освободительных движений. И то, что Союз был не особо принят, препятствовал установлению буржуазии, повлекло всё же в конце 1820-х годов начало его распада.

Те, кто побывали в европейских странах, могли лицезреть и изучить их жизнь, политику, взгляды, а возвращались в Россию с новыми идеями и порывами. Оттого стали зарождаться разные тайные общества с целью улучшить жизнь родного края, укрепить, дать больше сил во всех направлениях, поскольку правительство продолжало придерживаться прежнего направления.

Россия боялась волнений, которые происходили на Западе, всех революций, вольнодумцев, от чего серьёзно стала относиться и к тому, что говорят, и к тому, что читает народ: «Всё, что они видели, и всё, что они вычитывали из иноземных книг, они прилагали к своему отечеству, сравнивали его порядки и предания с заграничными…»

Так, на допросе после восстания декабристов, Н. А. Бестужев сжато опишет состояние России на тот момент: «Видя расстройство финансов, упадок торговли и доверенности купечества, совершенную ничтожность способов наших в земледелии, а более всего беззаконность судов, приводило сердца наши в трепет…»

Происходящие вокруг события, революции, зарубежные книги – всё воспитывало особый характер взрослеющего поколения, чьи побуждения и стремления были изначально добрыми и чистыми. Кто-то потом будет использовать всё это в своих целях, кто-то предаст (роман «Правильный выбор»).

И многие оставили после себя автобиографические записки…

Так, герой нашей истории, Михаил Алексеевич Аргамаков, начал вести свои записи сразу, как только поступил в морской кадетский корпус. Мнения своего он не высказывал, но рассказал, как проходили события, которые мог своими глазами лицезреть…

Вернувшись из плавания в Голландию, в 1815 году, когда над Наполеоном была одержана окончательная победа, Михаил был счастлив, как никогда. Он был в то время уже в чине лейтенанта, любимая женщина – тоже с ним.

Теперь предстояло жить дальше и не предать свои стремления…

Продолжался декабрь всё того же, 1815 года…

В доме, у распахнутого окна лежала раскрытая книга. Ветер нежно коснулся страниц и перелистнул несколько из них, подхватив рисунок ландыша, на котором от руки было приписано: «Спасибо, мама!».

Дверь в комнату распахнулась от удара ногой Михаила. Он неотрывно любовался счастливой возлюбленной, которую нёс на руках. Они радостно смеялись, души их порхали, словно бабочки над распустившимися цветами.

Покружившись немного по комнате, Михаил опустился с милой на мягкость постели. Он нежно прикоснулся в поцелуе к губам её, сливаясь с ними в ласке любви. Рука его осторожно коснулась живота любимой, и та слегка вздрогнула…

– Малышка наша, – склонился Михаил над животом и поцеловал его. – Расти нам на радость! Мы так тебя ждём!

– А если это всё же мальчик? – хихикнула возлюбленная.

– Варенька, – прищурил глаза Михаил. – Однажды будет и девочка. Ты права, – сел он удобнее со счастливой улыбкой. – Может это и сын, но это не так важно. Просто я так тебя люблю, что хочется, чтобы миру мы подарили больше таких, как ты.

– Мишенька, – только и смогла произнести будто тающая от блаженства Варя.

– Что это? – заметил Михаил на полу рисунок ландыша и поднял, прочитав надпись. – Спасибо, мама?!

– Да, – села рядом Варя. – Когда ты мне подарил тот ландыш, узнала я, что это был любимый цветок моей мамы. Матушка твоя сказывала…, – вспоминала она. – Мне стал он очень дорог, вдвойне!

– Так всё же ты его и из-за меня полюбила? – игриво прикусил губу Михаил, поглядывая на любимую, и она его слегка толкнула в плечо:

– Не смейся надо мною больше!

– Ой, тебе вечно это мерещится! – хихикнул он.

– Я уверена, что мама помогла нам остаться вместе и обрести счастье, – договорила Варя, нежно взглянув на рисунок. – Жалко только, что усадьба сгорела, а с нею и тот ландыш…

– Да, – вздохнул Михаил, полностью соглашаясь с ней и вспоминая произошедшее. – Но мы удержим наше счастье теперь. Несмотря на то, что ты упрямица и выдумщица, – стал щекотать милую он, и по их спальне полился радостный смех, который был слышен и подошедшему к закрытым дверям слуге.

– Вот ведь, – от неловкости проговорил он и замер, прислушиваясь.

Когда смех стих и вновь воцарилась тишина, он всё же поднял руку, выпрямился и постучался:

– Барин, покорнейше прошу простить, но там к Вам со срочным донесением прибыли!

– Вот, – поднял удивлённо брови Михаил и с нежеланием поднялся.

– Ты ведь не уйдёшь? – поднялась следом и Варя.

– Не знаю, – оправил он на себе одежду, отложив рисунок на книгу у окна, которое и закрыл от сквозняка. – Мы не на необитаемом острове, так что жизнь будет кидать и шторма ещё будут, – повернулся он к встревоженным глазам возлюбленной. – Не беспокойся о нас, хорошо? Ты свободна, венчание наше вот-вот состоится. Этого у нас отнять никто не сможет! – прижав её к себе в объятия, Михаил страстно поцеловал и поскорее вышел из спальни.