Ликвидатор
Шрифт:
– Добро.
Генерал прикинул – на самой белорусской границе всегда хвосты из машин, силовой прорыв невозможен. Значит, у самой границы оставят машину и попытаются перебраться на ту сторону. Бывшая граница СССР – раньше через нее было не пройти, но теперь… С их стороны это настоящая дыра, когда Польша была коммунистической, ни они, ни русские особых денег в нее не вкладывали. А теперь еще хуже… только за прошлый год пограничникам обрезали финансирование на двадцать процентов…
Генерал достал бронежилет и начал надевать его…
«Ланд Крузер» рванул с дороги за несколько километров от границы, наткнувшись на хвост машин. Попытался объехать. вылетел на встречную… сплошной поток машин, не пробиться. Ударил какую-то из них, проломил заграждение, полетел под откос, тяжело ударился… выправился! Завывая мотором, рванул к лесополосе…
В этот момент показались вертолеты…
Фургон «Мерседес» с высоким длинным кузовом остановился на обочине как раз в тот момент, когда с одного из вертолетов открыли огонь по машине. Стреляли бойцы, которых нес вертолет, но внедорожник упрямо пер вперед…
У леска машина остановилась. Дальше хода не было.
Того, кто выскочил с водительского места, срезали несколькими очередями, но второй, укрываясь за машиной, явно бронированной, открыл шквальный огонь по вертолету. Генерал Полько видел, как один из спецназовцев, сидевших на боковом сиденье вертолета, сорвался и полетел вниз. Полицейские открыли огонь с дорожного полотна, которое было поднято на несколько метров над местностью…
Стрелок развернулся и в быстром, почти пулеметном темпе дал несколько выстрелов по ним. Триста метров! Пуля свистнула совсем рядом…
– Матка Боска! – заорал кто-то.
Еще выстрелы. Генерал перепрыгнул сломанное ограждение и покатился по насыпи вниз, потому что только там было безопасное место…
Когда он поднял голову, один из вертолетов уходил в сторону, за ним тянулась тонкая нитка дыма. Второй садился вдалеке. Настолько далеко, что ни о каком перехвате стрелка не было и речи…
Полицейские, некоторые с автоматами, опасливо спускались с полотна.
– Пан генерал, как вы…
Генерал протянул руку и вырвал у полицейского его автомат.
– Дай… К прочесыванию строиться!
Полицейские построились и медленно тронулись по направлению к машине с распахнутыми дверцами, готовые в любой момент ткнуться в землю под обстрелом. Слева перебежками к брошенной машине приближались спецназовцы.
Несмотря на возраст – а ему было ровно шестьдесят лет, – адмирал находился в отличной форме, в той самой, когда к чисто физической силе прибавляются мудрость и огромный боевой опыт. В отличие от многих других офицеров, он никогда не засиживался в штабах, долгое время проводил в зонах боевых действий и инспектировал войска лично, находясь на самом переднем крае. В отличие от многих других штабных офицеров, он всегда носил при себе автомат и готов был присоединиться к действующим частям, если это было необходимо. В Ираке – это был последний его настоящий бой – банда пошла на прорыв, когда он инспектировал позиции своих сил, и он вступил в бой вместе со своими людьми, за что потом журналисты назвали его «самым высокооплачиваемым стрелком армии США». Он начинал в Шестом спецотряде флота – сама по себе хорошая рекомендация. И как стрелять, не забывал никогда. Пистолет, правда, был незнакомым. Но, в конце концов, – «Глок» есть «Глок» и вряд ли бывший командующий польским контингентом в Ираке будет держать свой пистолет в плохом состоянии.
Куда бежать – вопросов не было. Можно было определить по выстрелам – автоматным и пистолетным. Били из «калашникова» – глухой, размеренный грохот. Адмирал этот звук знал очень и очень хорошо.
Вокруг были те самые чертовы многоэтажки, какие могли настроить только русские и какие он последний раз видел в Германии – немцы предоставили для тренировок по городским боям бывший городок Советской армии… скупые как черти. У подъездов стояли машины, немногочисленные люди – рабочий день, рабочее время – отшатывались с его пути. Он держал руку с пистолетом прижатой к телу, чтобы не слишком было заметно, и продолжал бежать…
На улицу он выскочил, когда там началась стрельба. Снова грохнул «калашников», он видел, как упал человек у остановившейся машины… увидел он и стрелка, вскинул «Глок» и дважды выстрелил метров с тридцати. По крайней мере, одна пуля попала в цель… он был в этом абсолютно уверен. Террорист пошатнулся, но продолжал бежать. И скрылся за многоэтажками…
Вой полицейских сирен гнал их обоих, как звук охотничьего рожка – загнанного лося. Адмирал побежал дальше, прикинув, что запасного магазина у него нет и в длительную перестрелку ему нельзя попадать.
Еще одна линия многоэтажек – и сразу после нее гребаный лес. Сосновый… густой и чертовски опасный. Бой в лесу даже более опасен, чем бой в городе…
Он оглянулся… никто не бежал. Поляки то ли потеряли след, то ли пытались создать что-то вроде окружения.
Он вломился в лес… сразу бросился влево… бежать прямо по следу дураков нет. Пробежал несколько метров… увидел какой-то неясный силуэт впереди, вскинул пистолет – но террорист оказался быстрее. Из-за деревьев громыхнул «калашников», и адмирал упал, выронив пистолет. Попытался зажать рану… увидев приближающегося стрелка, повернулся на бок, чтобы схватить пистолет здоровой, правой рукой, – и замер. Красная точка лазерного прицела побежала по руке, давая понять, что террорист не промахнется…
Похоже, все…
Адмирал иногда задумывался о смерти. Он видел смерть во всех ее проявлениях, в том числе и в очень неприятных. Когда он служил военным ныряльщиком – он видел, что сталось с парнем, который напутал со смесью и нырнул на глубину. Позже… ему довелось видеть вырезанную деревню в сербской Албании, довелось видеть результаты подрыва «Хаммера» на фугасе или того хуже – заряде направленного действия, довелось видеть, что стало с парнями из Шестого спецотряда после того, как потерпел катастрофу «Чинук» в афганских горах. Смерть приходит в разных обличьях, и часто – в не слишком хороших. Подсознательно он знал, что не умрет в доме престарелых, справляя нужду в горшок. Смерть от пули – не худшая из смертей… непонятно только, как…
– Не двигайтесь, сэр… Мне не хочется вас убивать.
Адмирал замер. Он помнил этот голос. Парень из отряда особого назначения, расквартированного в Германии. Черт, он был под его началом!
Как его…
– Какого черта!
– Отбросьте от себя пистолет. Быстро.
Адмирал сделал, что сказано.
– Не идите по этому пути, сэр. Не надо.
– Какого хрена ты творишь?! – заорал бывший командующий всеми силами специального назначения США.
Но впереди никого уже не было…