Чтение онлайн

— Сможем, но тогда мы будем не боеспособны — с натугой выдавил Люцифер, наматывая на свою руку кнут Слаанешь и насаживая ее на свой клинок.

Пять минут до исчезновения Колина

Тонанцин отлечивала очередную группу бойцов во главе с Бандеролькой когда воздух перед их лицами сгустился и из магического марева вышел Примар. Наступление шло полным ходом, грохот музыки заглушал все звуки боя.

— Апостолу срочно нужна помощь — по одним губам Примара прочитали оба.

Приглянувшись они молча шагнули в марево в котором он уже исчез. Межзвездный холод на секунду проник в каждую клеточку их тела, но тепло вернулось сразу же как оба вывалились практически в плотную к богам Хаоса.

Апостол продолжал взвинчивать свой темп, ожившие Мифические существа ждали его команды, свой план им он уже изложил. Аббадон отдавал всего себя, раздувая искру в груди Апостола. Когда череда мощнейших ударов поразила Нургла. В тушу бога впились квинтакорд и дисгармония. Апо обернулся и увидел стоящего в боевой стойке Бандерольку

— Как ты попал сюда безумец, беги — выкрикнул он чуть не напоровшись на облако смертельного яда

— Успокойся, это я их привел, нам нужна помощь — мягко зашептал голос Примара в голове

— Ну что, потанцуем с этой кучей гнили?! — выкрикнул Бандеролька и одним движение сорвал с себя балахон, обнажая накаченный татуированный торс. Рефлект Нургла Бандерольке был только на руку. Чем больше бард получал урона, тем больше он терял хит поинтов. Тем больше он мог вложить в удар скопленной Решимости.

Заиграла тяжелая музыка и Хп Бандерольки увеличилось в двое, Тонанцин приступила к отхилу. Бард не двигался с места, он впитывал всю ярость Нургла своим телом. Не считая нужным уврачеваться не от чего. Апостолу показалось, что раньше он уже слышал эту мелодию, но когда-то очень давно. Сейчас в исполнении Бандерольки мягкий инструментал и умеренный ритм приобретал темп сумасшедшего боевика. Ожесточённый до предела, накаченный силой, каждый его удар не просто выбивал кусок мяса Нургла, но заставлял своего противника пятится спиной к Кхорну и Слаанешь. Наверняка бард испытывал не передаваемые ощущения, он горел в ядовитом мареве, задыхался от испарений, его атаковали сразу все чудовищные насекомые Нургла. Они пытались рвать его плоть, но по большей части натыкались на акустический барьер. Каждое Соло Бандерольки, состоящее из девяти дисгармоний в моментальном касте, выбивало фонтаны зеленой слизи.

— Мы своего тесним, приготовьтесь! — отправил свою мысль остальным Апостол.

— Скорее… — прохрипел голос Иерофанты, она уже почти отдала всю себя

Как только спины тварей соприкоснулись Михаил и Люцифер расправили свои крылья и к небу этого мира взметнулась одновременная молитва двух братьев и не применимых врагов, под ногами Ликов Хаоса, Ликов Богов, расцвела огромная огненная фигура, украшенная тысячами не понятных символов. Из всего этого Апо смог узнать только Звезду Давида. Черные, как сама ночь, и ослепительные крылья братьев горели, роняя бесцветное пламя на землю. Оно бежало по линиям титанической фигуры, не давая их противниками сдвинуться с места. Все упорядоченное стонало от сил которые были приведены в действие одновременной молитвой двух не примиримых врагов.

— Быстрее, быстрее… — хрипела Иерофанта, раздираемая энергией варпа. Тзинч уже не прятался, он чествовал, противник слаб и пора ставить точку.

Апостол набирал скорость, невидимые руки Аббадона и Примара опять, как когда то давно, лежали на его плечах, и в груди рождалась звезда. Он бежал, он летел, он закручивал вокруг горящей магической фигуры, огненный вихрь, поднимая его все выше и выше, пламя уже лизало колени титаническим фигурам Богов Хаоса.

Считаные секунды до исчезновения Колина

На очередном круге Апостола одной рукой подхватил Люцифер и как снаряд из пушки отправил его в воздух. Когда Апостол достиг высшей точки полета, как и в прошлый раз, мир на секунду замер.

— Сынок ты уверен что хочешь этого? — возник рядом с ним Примар

— Другого выбора нет — спокойно ответил Апо

— Как жаль что ты прав — положил на другое плече руку Аббадон, возникший также из неоткуда.

Тугая спираль стихий обвила Апостола в его полете вниз, тьма изредка прорезаемая светом закручивалась вокруг него. Считанные метры отделяли его от ужасной морды Кхорна.

— Простите, я… не… смогла… — пришло сообщение от Иерофанты

В зале с разбитыми зеркалами погибала сама Смерть, она отдала всю себя, и Тзинч вышел нанести смертельный удар. Его когтистая лапа держала Иерофанту в полу метре от пола, а вторая была занесена для удара когтями. И Смерть знала, они пронзят череп и выпьют ее силу до дна, сознание медленно гасло, и коса падала из ослабевшей кисти. Когти раздробили кость, и последние что слышала Иерофанта одновременный мысленный крик Люцифера и Михаила, и хлопок портала дальнего перехода.

— Отец сейчас! — ворвался в голову Апостола голос сына

В зале появился демон и подхватил падающую косу, его руку моментально объяло пламя, сжигая плоть до кости. Глаза Тзинча расширились, но коса уже врезалась в его шею.

Бандеролька уже набрал силы до предела, он светился от решимости, которую был готов вложить в удар

— Единения Душ! — выдохнула Тонанцин

Баф повис на Апостоле и Бандерольке и вся сила приготовленная бардом хлынула и вплелась в удар падающего с небес Ассасина.

Горюя об утрате друга, огромный орк продолжал своими кулаками, закованными в кристаллический доспех, утюжить прогнившего гнома, когда Апостол таки завершил свой полет.

Голова Тзинча еще не успела упасть на пол, а Колин подхватив тело Иерофанты, уже переместился к войску.

— Последний ДАР! — выдохнул демон и сама земля напоенная кровью и плотью живых существ вспыхнула огнем, раскаленный пепел и прах взмыли в воздух. Тело Иерофанты истаяло, и над всем войском закружился непроницаемый щит. За секунду до его возникновения Тзинч испустил последний дух, а Апостол достиг своей цели.