Лицо в темной воде
Шрифт:
– Теперь закрой дверцу, возьми инфракрасный детектор, который я тебе дала, и проверь деньги.
– Как проверить? Все?
– Возьми наугад из нескольких пачек по несколько купюр.
Прошло еще несколько минут.
– Все в порядке, – сказала Вероника. – Они настоящие. Элинэ, мы с тобой настоящие богачки!
– Да. А теперь тебе пора.
Вероника кивнула и взялась за ручку дверцы.
– Ты позвонишь мне? – спросила она с тревогой в голосе.
Элинэ посмотрела на Веронику и улыбнулась:
– Конечно. Как и договаривались.
– Когда?
– Когда сочту нужным.
– Но ты ведь не бросишь меня, правда? Ты ведь не оставишь меня с ним?
– Разумеется, не оставлю. Поторопись, каждая минута на счету.
Вероника вздохнула и выбралась наружу. Элинэ нажала на педаль газа. Вскоре черный джип Шуравина и Вероника, медленно бредущая по пустому ночному шоссе, остались позади.
Шуравин вышел из машины и посмотрел на приближающуюся любовницу. Она остановилась, вытерла вспотевшие ладони о джинсы и посмотрела на Шуравина. Темное, угрюмое лицо продюсера не предвещало ничего хорошего. Вероника выдавила из себя вялую улыбку и протянула к Шуравину руки.
– Милый! – пролепетала она.
Руслан Маратович ласково улыбнулся в ответ. Затем огляделся по сторонам и, коротко замахнувшись, влепил Веронике звонкую пощечину.
– За что? – завопила девушка, схватившись ладонью за пылающую щеку.
– За сорок миллионов, – с ненавистью процедил Шуравин сквозь зубы.
К черному джипу, прошуршав по асфальту невидимыми во тьме шинами, подкатил черный «Хендай» с потушенными фарами. Из него выбрались два оперативника и врач. Они включили фонарики и направили их на Веронику. Врач быстро подошел к ней и накинул ей на плечи одеяло.
– С вами все в порядке? – спросил пожилой оперативник.
– Да, – слабым голосом отозвалась Вероника.
– Послушайте, господа полицейские! – окликнул Шуравин недовольным голосом. – Может, вам стоит отложить беседу на потом и поехать за ней, а? Эта гадина увозит мои денежки!
Оперативники молча посмотрели на него.
– Не волнуйтесь, – спокойно сказал седой. – Все идет по плану. Шоссе перекрыто. Ей некуда деться.
– Ну, смотрите, – с угрозой произнес Шуравин. – Если мои деньги уплывут, я вас…
– И что вы сделаете? – вежливо осведомился молодой оперативник.
Руслан Маратович понял, что его слегка занесло.
– Ничего, – угрюмо проговорил он. – Надеюсь, все пройдет так, как вы запланировали.
Седой оперативник поднес ко рту рацию.
– Ну, что там? – спросил он. – Она появилась?
В рации что-то зашипело, затем невнятный потрескивающий голос произнес:
– Машины нет.
– Что значит нет? – повысил голос седой. – Куда же она подевалась?
– Не знаю, – протрещала в ответ рация. – Может, где-нибудь остановилась?
Шуравин выхватил у оперативника рацию и проорал в нее:
– Найдите ее! Найдите, или вы мне за все заплатите!
Молодой оперативник вырвал рацию из сведенных судорогой пальцев Шуравина и тихо, не стирая с губ вежливой улыбки, сказал:
– Еще раз так сделаешь, я тобой жопу вытру. Понял меня?
Руслан Маратович злобно блеснул глазами, но смирил свой гнев и глухо ответил:
– Понял.
– Никуда она не денется, – успокоил его седой оперативник. – У нас все под контролем. Мышь не проскользнет.
Шуравин покосился на седого оперативника и испустил долгий тоскливый вздох.
9
Она остановила машину. Погони слышно не было, но она знала, что полицейские повсюду. Шоссе наверняка перекрыто.
Она подхватила с сиденья рюкзак и выбралась из машины. Времени было в обрез. Открыла заднюю дверцу и выволокла сумки с деньгами на асфальт. Затем расстегнула первую сумку и принялась перекладывать тугие пачки банкнот в рюкзак. Вскоре рюкзак был забит под завязку. Оставшиеся деньги она поровну распределила по обеим сумкам.
Закончив эту работу, она вынула из кармана куртки пузырек с бензином и вылила его содержимое на сумки. Затем достала зажигалку, выщелкнула огонь и бросила ее на сумки с деньгами.
Взвившееся вверх пламя заставило ее отпрянуть. Она подняла с асфальта рюкзак и надела его на плечи. Повернулась и быстрой походкой направилась к мосту, даже не оглянувшись на объятые пламенем сумки. Когда она дошла до моста, впереди уже показались фары приближающейся машины.
Спуск вниз был крутым и скользким. Несколько раз она едва не срывалась вниз, и если бы не голые ветки, торчащие из склона, она бы свернула себе шею.
Меньше чем через минуту возле брошенной старенькой «Тойоты» и горящих сумок с деньгами остановились несколько полицейских. Захлопали дверцы, полицейские – и в форме, и в штатском – высыпали из салонов на улицу.
– Ее машина! – крикнул кто-то, указав на «Тойоту».
– А сама?
– Нету!
Полицейский в форме поднес ко рту рацию.
– Товарищ майор, – громко сказал он, – мы возле моста! Машина здесь, но самой вымогательницы нет!
– Ищите! – прохрипело в ответ из рации.
– Товарищ капитан, сумки с деньгами горят! – закричал кто-то полным отчаяния голосом.
– Далеко уйти она не могла!
– Земцов, Лагутин, Косоренко! Прочесать окрестности! Воронов, ты тоже! Фонарик не забудь!
Лучи фонарей запрыгали во мгле, как гигантские желтые иглы, протыкая плотную ткань ночи.
– Товарищ капитан, как мы ее найдем в ночном лесу?
– Антипин, звони в область, пусть пришлют кинологов с собаками!
– Зачем она сожгла деньги?
– Черт ее знает! Наверное, поняла, что с деньгами не уйти, поэтому и решила их спалить!