Чтение онлайн

— Она убила своего любовника!..

Снова повалил снег. Ватные хлопья, пляшущие в порывах арктического ветра, так заглушали шум движущегося транспорта, что он едва долетал до пятнадцатого этажа. В освещенном окне офиса в доме напротив смутно проглядывал силуэт секретарши.

— Нора… ты уверена?

— Когда речь идет о Голливуде, я для тебя ходячая энциклопедия, дорогой. Тери жила с главой студии «Континенталь» и одновременно встречалась с помощником режиссера. Однажды ночью он застала его с другой женщиной и всадила в него нож. Глава студии нажал на все педали, кое-кого подкупил, и дело замяли, выдав за несчастный случай. Но было оговорено, что она уберется из Голливуда и никогда там больше не появится. Так она и сделала.

Джад молча смотрел на телефонный аппарат.

— Джад, ты слушаешь?

— Да.

— Какой-то у тебя странный голос…

— Кто тебе это сказал?

— Сказал? Да об этом писали все газеты и киножурналы. Об этом знали все.

«Кроме него», — подумал Джад.

— Благодарю, Нора, — проронил он. — Передай привет Питеру. — И повесил трубку.

Вот тебе и «несчастный случай»! Тери Уошберн убила человека и не обмолвилась ни словом. А если она убила однажды… Весь в мыслях, он взял блокнот и записал: «Тери Уошберн».

Зазвонил телефон. Джад снял трубку:

— Доктор Стивенс…

— Я просто проверяю, все ли в порядке. — Голос детектива Анжели, все еще хриплый, простуженный.

Джад почувствовал благодарность к этому человеку: хоть кто-то на его стороне.

— Есть что-нибудь новенькое?

Джад заколебался. А почему бы не рассказать?

— Они попытались еще раз. — И поведал о Моуди и о бомбе, подложенной в машину. — Это должно убедить Макгриви, — заключил он.

— А где бомба? — взволнованно спросил Анжели.

Джад помолчал:

— Ее обезвредили.

— Что-что? — спросил Анжели недоверчиво. — Кто это сделал?

— Моуди посчитал, что это большого значения не имеет.

— Не имеет значения! Понимает ли он, для чего существует полицейский департамент? Мы могли бы сказать, кто подложил бомбу, едва взглянув на нее. У нас есть досье на всех М. О.

— М. О.

— Модус операнди. Так мы называем людей, действующих по определенной схеме. Если они что-то однажды совершают, то есть все основания предполагать, что и в дальнейшем будут поступать так же. Неужто вы и сами не догадывались?

— Нет, — промолвил Джад, задумавшись. И Моуди, несомненно, знал это. Была ли у него причина не показывать бомбу Макгриви?

— Доктор Стивенс, как вы познакомились с Моуди?

— Нашел его телефон в справочнике. — Объяснение прозвучало по-идиотски.

Анжели сглотнул:

— Хм-м. Так вы и впрямь ни черта не знаете о нем!

— Полагаю, ему можно доверять. А в чем дело?

— Вот сейчас-то, по моему глубокому убеждению, вам не следует доверять никому.

— Но Моуди не причастен к этому делу. Я наобум выбрал его фамилию в телефонном справочнике.

— Наплевать, как вы выбрали. Моуди говорит, что поставил капкан на преследователя и захлопнет его, когда тронут наживку. Полиция же по поводу этой самодеятельности в полном неведении. Потом показывает бомбу в машине, которую мог подложить сам, и втирается к вам в доверие, так?

— Не исключено, — сказал Джад. — Но…

— Может быть, ваш приятель Моуди — честный человек, а может, предатель. Я требую, чтобы вы вели себя правильно, пока мы не разберемся.

Моуди — против него? Трудно поверить. Но ведь и у него самого были некоторые сомнения.

— Что, по-вашему, я должен делать?

— Как насчет того, чтобы уехать из города? Только по-настоящему.

— Я не могу оставить пациентов.

— Доктор Стивенс…

— Кроме того, — добавил Джад, — это ничего не изменит. Я даже не знаю, от кого бежать. А когда приеду обратно, все вернется на круги своя.

— Резонно. — Анжели дышал натужно. — Как вы думаете, когда Моуди прорежется опять?

— Понятия не имею. Кажется, он знает, кто за всем этим стоит.

— А вам не приходило в голову, что тот, кто за этим стоит, может заплатить Моуди больше, чем вы? — В голосе Анжели звучала тревога. — Если он попросит вас о встрече, позвоните мне. Я просижу дома еще день или два. Можете поступать как хотите, доктор, только не встречайтесь с ним наедине!

— Вы делаете из мухи слона, — возразил Джад. — И только потому, что он вынул бомбу из моей машины…

— Не только, — вставил Анжели. — Боюсь, вы выбрали не того человека.

— Если он объявится, я вам позвоню, — пообещал Джад.

Его терзали сомнения. Уж не перебарщивает ли Анжели в своих подозрениях? Моуди, конечно, мог солгать о бомбе, чтобы усыпить его бдительность. А потом — все очень просто. Позвонит Джаду и, сказав, что есть важные сведения, назначит встречу где-нибудь в пустынном месте… Джада передернуло. Неужели он так ошибся в Моуди? Вспомнил о первых впечатлениях: никчемный и недалекий человек. Хотя вскоре под простоватой внешностью обнаружился быстрый и острый ум. Но разве это позволяет доверяться человеку?..

Послышался шорох в приемной, и он взглянул на часы. Анна! Быстро спрятал пленки и открыл дверь. На Анне был модного покроя темно-синий костюм и маленькая шляпка, обрамлявшая лицо. Погруженная в свои мысли, она ничего не заметила. Джад смотрел и смотрел на нее, упиваясь красотой и пытаясь найти хоть какой-нибудь изъян, дабы убедиться, что она не для него, что однажды он встретит женщину более подходящую. Лиса и виноград. Не Фрейд — отец психиатрии, а Эзоп.

— Здравствуйте, — сказал он.

Вздрогнув, она подняла глаза и улыбнулась.

— Здравствуйте.

— Входите, миссис Блейк.

Она прошла в кабинет, слегка задев его упругим бедром. Обернулась и распахнула свои необыкновенные фиолетовые глаза.

— Нашли того водителя? — Во взгляде читалось участие, беспокойство и неподдельный интерес.

Опять на него накатило безумное желание рассказать ей все. В лучшем случае таким дешевым трюком он вызвал бы сочувствие, а худшем — подставил бы и ее под удар.

— Нет еще.