Чтение онлайн

Настоящей проблемой оказалось то, что хоть Лэя теоретически и могла «выдумать» почти все, что угодно, но ее запасы знаний по кораблестроению были почти равны нулю. Это оказалось самой большой оплошностью при подготовке к походу. Женька вынужден был признать, что является большим головотяпом, не способным продумать и нескольких шагов вперед, не то что проведение экспедиции. Надо было удивляться, как он еще про компас вспомнил. Впрочем, никто и не мог предположить, что на внутреннем море вообще не будет лодок или судов.

Выяснения с Лэей показали: она может «придумать» максимум то, что видела, а это были суда и лодки на реке Венле. Землянина не вдохновляло отправляться в море на речном баркасе, и он насел на бедную девочку, заставляя ее вспоминать все, что она встречала в астрале. Вдруг его стукнуло по голове.

— Я же тебе мельком показывал нашу пирамиду! Помнишь, мы добрались до порта, перед тем как ушли оттуда. А там стояло несколько яхт.

— Да, вспоминаю: я мельком видела несколько красивых белых кораблей.

— Ну, корабли — это слишком громко для тех посудин, а вот с обводами и оснасткой у них все в порядке. Ты смогла бы такую небольшую яхту, то есть лодку, придумать?

— Но… — растерялась Лэя. — Ты же знаешь, что я не видела, как на них все устроено. Там ведь мачты, паруса и, как его… киль или руль должны быть.

— Хм… — задумался Женька. — А если я тебе стану рассказывать подробности, а ты понемногу будешь выдумывать, как Ноа свой дом строила? Ты ведь можешь фантазировать?

— Да, конечно, могу, но для фантазии мне нужно ощутить хоть какие-нибудь детали.

— Хорошо, я буду подыскивать сравнения и рисовать тебе эскизы, а ты будешь «ваять» потихоньку.

Они начали с того, что Лэя «выдумала» большие листы бумаги и карандаш. Сначала Женя долго объяснял, как должен выглядеть корпус яхты. Как выяснилось, кораблестроитель из него тоже был никудышный, и поэтому он ограничился самой примитивной конструкцией. Вскоре неподалеку от берега в воду плюхнулась новенькая, беленькая и блестящая посудина. Правда, пока без мачты и руля. Женька сначала обрадованно, затем озадаченно смотрел на творение принцессы. Лэя правильно приводнила яхту подальше от берега, так как ближе было явно мелко.

— А как мы до нее доберемся? — запоздало стал соображать горе-судостроитель.

— Я сейчас к ней дорожку изо льда сделаю, — воодушевилась волшебница своим успехом.

— А ты не устала сразу столько «выдумывать»? — обеспокоился за свою начинающую корабельщицу Женя.

— Нет, это же не дом, а просто болванка корпуса. А лед проще всего делать — не надо ничего нового придумывать, только воду заморозить. Сил не больше чем на молнии уйдет.

— Только покрой лед снегом или как-нибудь сделай его шершавым.

В результате скоро к яхте пролегла ледяная дорожка, покрытая снегом. Они бодро пробежали до судна и, обнаружив, что оно не сидит на мели, принялись его «оборудовать». В первую очередь «бросили» якорь и перетащили вещи с берега. Потом Женя объяснял, что такое руль и румпель, из какого дерева нужно делать мачту, как растянуть ванты и из каких тканей «шить» паруса, а Лэя «выдумывала» и «передумывала» неудавшиеся варианты. В результате после полудня усталая принцесса услышала удивленную похвалу главного конструктора:

— У нас, кажется, получилось… Лэя, ты просто чудо! — Землянин бегал по всей яхте и проверял грот и стаксель, крепление вант и шкотов — все было на месте и, самое поразительное, действовало.

— Все, да не все! — рассмеялась девушка в ответ. — Каюту-то еще вообще не «оборудовали».

— И верно! Совсем забыл, — заоправдывался Женя и предложил: — Ты отдохни немного, а я сбегаю на берег за водой — надо запасы в дорогу сделать. Нам все-таки даже при хорошем ветре почти сутки идти, а если штиль будет, то вообще неизвестно сколько.

— Давай я с тобой! Заодно пообедаем или поужинаем. Кстати, когда в море выходим?

— Думаю, завтра. Тебе надо ночь отдохнуть и быть в полной готовности.

На следующий день Женя еще в сумрачном свете заоблачных звезд поднял паруса и обрубил за ненадобностью якорный канат. Поскольку Лэя не знала ни принципа действия, ни устройства ни одного двигателя, им приходилось рассчитывать на силы природы. Молодая волшебница попробовала поупражняться в «придумывании» ветра, и ей без труда удалось «сочинить» небольшой толчок в паруса. Сильный порыв воздуха она попросту боялась делать, предупрежденная главным кормчим о возможных печальных последствиях. Однако создание постоянного потока воздуха требовало столь же постоянного внимания, и это уже было нелегко. Поэтому решили пока ограничиться натуральным ветром, благо его хватало, после того как они отошли подальше от берега.

Целый день прошел в скучном сидении за румпелем. Лэя неплохо переносила качку и большую часть времени просто спала, впервые столкнувшись с убаюкивающим свойством морских волн. Ветер поднимал небольшую волну — чуть больше метра, — вполне приемлемую для яхты. Низкие тучи периодически проливались дождем. На компас можно было не смотреть, так как ветер не менялся и постоянно дул в корму.

Землянин расправил паруса бабочкой и зафиксировал румпель — яхта сама держала себя на курсе. Он, конечно, подумывал о спинакере. Но рисковать девушкой, впервые идущей под парусом, он даже не мыслил. А одному справляться со всей оснасткой в случае чего было трудновато и небезопасно. Из-за однообразия пейзажей и безделья самой большой проблемой оказалось не уснуть за румпелем. Все-таки ему пришлось пару раз посадить за руль Лэю, а самому прилечь вздремнуть.

Уже ближе к вечеру, когда он задремал во второй раз, его разбудил испуганный крик принцессы:

— Женя! Иди посмотри! — Она сидела, уставившись взглядом куда-то вверх прямо по курсу.

Капитан-самоучка вылез из каюты и посмотрел вперед. Облака под напором шквала разошлись на некоторое время, и перед ними предстало странное и пугающее зрелище. Над стелющимися вдалеке тучами в небо поднималась бесконечная темная скалистая стена, скрытая местами в серых обрывках облаков, которые опять закрывали ее вверху, становясь гуще. Еще они разглядели впереди над водой каких-то белых птиц, похожих на переросших альбатросов, но их размера было не разобрать из-за отсутствия хоть какой-нибудь перспективы. В последний момент, когда разрыв в облаках сместился вправо, им удалось рассмотреть далекий пологий правый край горы. До Женьки дошло, в чем дело, и он объяснил Лэе, когда картинка скрылась за облаками: