Чтение онлайн

Воевода снова застонал и потребовал воды. Санька налила чашу и, забрав пустой кувшин, сказала что сходит до колодца. Она говорила, что ей надо проверить, как там другие раненые. Обладательница властного голоса буркнула что-то невразумительное и приказала скорей возвращаться. Подруга Даньки вышла в коридор и не заметила меня. Женщина сделала несколько шагов в сторону лестницы и замерла, так как почувствовала, что она не одна. Я аккуратно зажал ей рот и, слегка надавив на сонную артерию, перенес безвольное тело в пустую комнату. Помня о том, что в руках Саньки глиняный кувшин, я сделал все возможное, чтобы не уронить его на пол. Уложив маму Лиськи и Микаськи на лавку, я вернулся к двери в покои воеводы. Специально громко потопал и распахнул дверь. Женщина мельком взглянула на меня и когда осознала, что я не Санька, попыталась раскрыть рот. Я действовал быстро, но не жестко, так что легкий хлопок основанием ладони под ухо и дородная женщина потеряла сознание и упала. Я связал ее шалью, которую она накидывала на плечи, и затолкал в рот какую-то тряпку. После этого закрыл ставни и, приставив кинжал к горлу воеводы, потряс его за плечо. Он снова застонал и, раскрыв глаза, начал хлопать редкими ресницами. Видимо он пытался понять, не снится ли ему кошмар?

– Узнаешь? Хорошо. Ответишь на мои вопросы и останешься жить. Начнешь юлить, ну ты сам понимаешь, – прошептал я, пытаясь придать голосу зловещие нотки.

Уж не знаю, насколько хорошо получилось, но он сразу спросил:

– Улиля и Санька живы?

– Одна в соседней комнате, а другая тут без сознания лежит, – ответил я.

– Улиле кляп нормальный повяжи, а то она здоровая, как лошадь, быстро очнется и вой поднимет, – распорядился воевода. Вот наглец, ставит мне условия, несмотря на то, что находится в незавидном положении. – Да не боись, не сбегу я. Куда ж с такой ногой. Знаю я Улилю. Эта точно вой поднимет. Хоть дружинников на заставе немного, но воины божьи почти все тут остались. А оно мне надо, чтобы ты меня по горлышку чикнул. Откинь одеяло, убедись, что нет у меня ни самострела, ни меча. Свяжи ее, а то точно очухается.

– Да связанная она, – отмахнулся я. – И кляп есть. А начнет чудить, я ее опять по темечку приголублю. А теперь рассказывай.

– Что рассказывать?

– Начни с того момента, когда амазонку, сопровождавшую дочку барона в подвал посадили, – дал я ему ориентир и временные рамки.

– А я почем знаю, когда и куда ее посадили? – воскликнул воевода.

– А скажи-ка мне мил человек, что ты обо мне знаешь? – поинтересовался я.

– Что воин знатный, любитель потехи ратной. Ученик какого-то одноглазого ведуна, – перечислил воевода. – Вроде все.

– А зачем меня ловят?

– А я почем знаю? – воскликнул он.

– Давай так, я тебе кое-то расскажу, а ты подтверждай или отрицай, если что будет неправильно. Но учти, я способность имею, видеть, когда мне лгут.

– Как Данька, что ли?

– Вроде того, – кивнул я. – Значит, дело было так: Даньку сослали сюда пару лет назад за то, что он соблазнил племянницу князя. Первый год он честно исполнял обязанности стража и отразил несколько набегов ваннов. Зимой вернулся домой и снова там что-то учудил. Верно я говорю? Значит, в этом он не солгал. Продолжаем. В этом году он снова появился тут и начал скучать. Совершенно случайно летом на него вышли дочка барона и амазонка. Данька захотел развлечься и провел бой с Баратией. Уж не знаю, кто победил…

– Данька, но с большим трудом, – вставил замечание воевода.

– Потом он узнал, что за дочку барона можно получить выкуп и у него созрел план, как денег заработать и прощение у князя вымолить, – продолжил я излагать версию событий. – Он выдал им подорожную, а сам отправил гонца к князю. Тот обрадовался такой возможности и вежливо пригласил спутниц во дворец. Разумеется, дочка барона приняла приглашение. Князю понравилась девица и он возжелал разделить с ней ложе. Но вот незадача, на ней стояла волшебная печать, не позволяющая заниматься любовью.

– Я слышал, как ругался Данька, но не понял почему.

– Какое-то время князь удерживал их во дворце в качестве почетных гостей, и говорил, что отправил письмо отцу девушки и ждет ответа. Амазонке это надоело, и она попыталась вырваться, но ее скрутили. А потом князь, обезумев от желания, женился на дочке барона, – говорил я, но воевода усмехнулся и сказал:

– То что обезумел, это в точку, но как только он заикнулся о новой жене, старцы из храма Громодора пригласили дочку барона и амазонку в подвалы и выведали какую-то тайну. Недавно сюда приехал старец и семь братьев-ратников. Сказали, что будут ждать ученика одноглазого ведуна.

– Я чего-то не понял, а раньше старца тут не было? – спросил я.

– Был и есть сейчас, но он служит Водомиру, а эти Громодору. Наш местный старец безобидный дедок, на ладан дышит, а эти боевитые, – скривился воевода, – только, уж больно медленные. Ты хоть седой, а резвый, как ласка. Не чета этим болванам. Сегодня Яська прибежал и сообщил, что Данька ученика одноглазого заманил и нужно только взять. Вот старец обалдуев позвал и хотел тебя скрутить, а тут вон как получилось.

– А где содержат амазонку? – уточнил я.

– А кто ж их знает? Небось в храме Громодора, – ответил он. – Старец говорил, что она дитя под сердцем носит, а отцом у него воин пришлый. Дюже свирепый. Ученик сына отступника. И им надобно этого сынка прибрать и на суд бога отправить, мол, провинился он тем, что со всякой нечестью яшкается и истинному богу служить не хочет.

– А амазонка тут при чем? – удивился я.

– Так они тебя живьем взять хотели, чтобы ты подсказал, как одноглазого победить. А может и помог им в этом деле, – пояснил воевода.

– Они что, совсем дурные? – удивился я. – Кстати, а что это Данька так напрягается? Ему какой резон?

– А старцы ему чего-то наобещали, но он молчит, паскудник. Вот и носится, как птах поджаренный, – ругнулся раненный.

– А где сейчас старец Громодора? – уточнил я. – В храме?

– Нет, ну что ты, это дом Водомира, а он не любит псов грозового бога. Они в подвале какой-то обряд проводят. Говорят, что завтра старец, как новенький будет. Ты ж ему грудину пробил, а пятеро из семи братьев с ним остались и на рассвете начнут излечение, – тяжело вздохнул воевода. – Это я по незнанию пострадал, а они за дело. И вот что обидно, старец-то встанет на ноги, а мне до конца жизни хромать. Вроде доброе дело сыны Громодора делают, жрецов Единственного бога к нам не пускают, а все равно я их не жалую.

– Ты уж прости меня за удар, – пожал плечами я и, вынув из-за пазухи лечебный амулет, произвел активацию. Не знаю, зачем я это сделал, но у меня сложилось впечатление, что он жертва обстоятельств. К сожалению, остальных воинов я излечить не смогу, но пусть хоть этот воевода знает, что ученик одноглазого ведуна может не только калечить. – А как спуститься в подвал?

– Эй, а что ты сотворил? Нога болеть перестала.

– Подлечил слегка, теперь ты хромым не будешь, главное не напрягайся пару дней и походи на костылях декаду-другую, а потом скажешь, что само исцелилось или в храм Водомира сходи, – предложил я.