Чтение онлайн

– Неплохо! Но не очень выразительно, сэр Каст. Похожие снимки делают и другие.

– Что же делать, ведь нам не полететь? Эй, мистер Скороход, скажите, к тем вершинам можно пройти?

– Можно если вокруг чащи. Там надо долго кружиться.

– Поспешим! – джип стал выписывать петли между чащами, где смыкались и расходились многовековые деревья. Где-то была свежая просека, в других местах старое дерево совсем недавно рухнуло. Джип застучал по нему колесами. Трясло. Скороходов вывел коллег к самым верхним участкам, откуда открывалась большая панорама. Он показывал рукой на дым из медвежьей деревни. «Что-то варят меда!» – Стю смотрел по сторонам и выбирал трассу поэкстремальней. Более пологие склоны малоинтересны, их даже стоит назвать невзрачными; есть крутой спуск, но там точно перевернешься так, что девайсы не спасут. Есть склон с почти гиперболически ровным профилем, под которым стоят деревья, а дальше виден сухостой. Там уже началось болото. Скороход, маша хвостиком, говорил о страшных лягушках и жабах, которые там живут. Если она выскочит на пень, то не уходит, а сидит и смотрит долго на тебя. Зачем, спрашивается, она смотрит? Неужели хочет съесть или заколдовать. Скороход трогал ветви.

– Рябинка в этом году будет сочная. Это по приметам видно, потому что если она будет сухая, то цветет совсем иначе. Я сейчас покажу.

– Благодарю Вас, мистер Скороход. Скажите, по этой трассе мы можем сойти вниз? На автомобиле.

Скороходов сбежал и возвратился.

– Совершенно ровный путь!

– А прыгать с него можно?

– И прыгать можно. – он умчался, захрустели ветви. Чуть погодя, зайчик выскочил из кустов и сказал, что собрал букет рябиновый.

– Видно, что будет сочная! И прыгать можно!

– А дальше там – где лежат сухие скопления – там что? Неужели болото?

– Не-е-ет, болото у нас в другом месте. Там так просто, попадало, и не убирают. А чего убирать, если там ничего нет? Ничейная земля, ничего не сажают.

– Вы полагаете, можно там нормально приземлиться? – спросил Фини. Скороходов подумал.

– А я там и не ходил.

– Фи, что Вы спрашиваете! Нашли специалиста. Я буду управлять и снимать. Или – Вы хотели бы поснимать, шеф?

– Я Вам доверяю, Стю. Что касается экстремального вождения, тут я доверяю Вам еще больше.

– Тогда перелетим – я сниму – и поедем. Зайчик нас догонит, если ему надо.

Джип зарычал и медленно покатился вниз по склону. Скороходов оставался наверху: смотрел, как стремительно растет скорость автомобиля, словно дорога сама его несет вперед, а он ничего не делает. Оторвавшись от земли, джип действительно ничего не мог сделать – под ним мелькнули поляны, лохматые зеленые кудри, угол чащи. Касторбильд сжал очки. Фини вцепился в сиденье сзади; ему хотелось бы лечь – а еще больше ему хотелось выпрыгнуть с парашютом. Джип потащило резко вниз, прямо на зелень в низинах. В макушки он не врезался. Сухостой, о котором говорил сэр Каст, оказался грудой плотных бревен. Это заметили уже на земле. Со склона казалось, что там сухая трава.

– А-а… – при ударе о плотную землю джип должен был бы отскочить, используя девайсы. Стю знал, как управлять при этом. Но вместо земли оказались ветки, коряги, бревна; все поехало под углом, как в бобслее. Джип прочертил собой ложе и остановился метрах в двадцати от точки первого касания. Фини открыл глаза и увидел, что салон цел. Даже не пахнет бензином. Коллеги сидят за креслами и не кричат.

– С-с-с-с-ст-ю-у-у… по-смотрите, что под нами.

– В-вдруг болото?

– К-к-какое к черту! Тьфу! У меня инфаркт! Из-за Вас! Случился! Если бы! Так-так-так, таблеточки. У Вас что, своих нет?

Стю не решился попросить у шефа. Минут десять они не решались посмотреть, на чем застыл джип. Скрипнуло – тогда Стю вылетел. Касторбильд перевалился через свой живот; Фини и Стю, качаясь, стояли на сухих ветвях. Джипу повезло приземлиться там, где не было очень толстых бревен, иначе бы он мог повредить дно. Джип проехал по корягам и на полколеса ушел в землю. Стю пощупал – стало необычайно мокро. Под корягами оказался значительный слой торфа, по которому наружу поступала вода. Скороход что-то говорил про здешние ключи: они настолько мощные, что приносят воду даже на вершину холмов. А здесь низина. Другое переднее колесо уже находится в луже. Задние колеса перепутались с корягами. Спереди и сзади в дно упираются бревна.

Стю подергался руль.

– Сели. Теперь только выдергивать. Извне.

– Прелестно! И где этот!

– Я тут! – Скороходов уже подскочил. – Я видел и следил, и даже испугался. Но все не ударились? Тут совсем рядом деревня медведей, у них есть трос.

– Медведи смогут вытащить?

– И вездеход должен быть. Им дали, поскольку они ведут лесозаготовки. Пойдемте к ним. Рябинка будет хороша. Я люблю рябиновую пастилу. И еще клюквенную.

– Долго идти?

– Короче всего через болото.

– Святые огни! Но ладно.

Вздрагивая, журналисты отправились вслед за скороходом.

Лес, которой они видел за сухостоем, оказался просто обрамлением большой топи. Вода плескалась, шлепала невидимой рукой, и даже хотела брызгаться. Скороходов двигался весьма забавно: он либо ковылял, вытягивая ноги как в балете, либо начинал прыгать, а потом пробегал большое расстояние, не глядя на воду и трясины. Он замирал вдалеке, подпрыгивал и бежал обратно по кочкам. Фини мешали его шаровары, мистер Касторбильд тоже не мог идти очень быстро. Стю умел прыгать по кочкам, но из чувства солидарности шел вровень с коллегами. Скороходов подбегал и говорил:

– Я еще футболом хотел заниматься. Но не получилось. Там требуется и скорость, и все прочее; а у меня тогда была лишь скорость. Я ударил неудачно – мячик в одно окно влетел, из другого выпал – а то, первое окно, лопнуло. Потом случайно попадал зайцам по голове. Я же не нарочно бил! Я вообще целился в другую сторону. Хотя, я слышал, бывает, кто вообще не целится, тот попадает – и никто не может отбить. Да, это бывает, это странно: делаешь-делаешь, стараешься, но выходит никакой пользы, даже наоборот, вред от стараний; почему-то иногда должно просто повести – нужно просто встать и стоять – или не только стоять, что-то делать, но не стараясь. И тогда все получается, и победа приходит! Вот бы знать, как все это получается.

На болоте было много светлых полос из травы и мха, под которым кое-где были настоящие кочки. Хитрый Скороходов никогда не прыгал на возвышения, где одна только трава – если там нет кустов, то скорей всего нет и почвы. Он срывал сухие ветки, подбирал шишки и бросал их, чтобы определить, насколько трава не проваливается. Веточками он протыкал траву. Если конец становился мокрым, он говорил «Нет-нет!» и двигался к другой полосе. Журналисты уже не обращали внимания на комаров, которых, надо сказать, было меньше чем у заводи. Касторбильд глубоко вздыхал. Шаровары Фини намокли по краям, но он их не подтягивал, поскольку местные комарики норовили ужалить в лодыжку. Стю шел и почесывал ноги. Шефу, видимо, тоже пробили ткань носков; а вот у Фини ноги целы. Он шел, время от времени утираясь шарфов.