Чтение онлайн

Ник мгновение наблюдал за ним, обдумывая свои варианты. Желание свернуть тощую шею Сэнди было почти непреодолимым, но с усилием он все же смог устоять перед искушением.

— Главная подозреваемая, — повторил Ник. — Это, должно быть, Октавия Брайтуэлл?

— Угадал. — Сэнди снова начал постанывать от смеха.

Ник заставил себя ждать, пока смех Хиксона не перешел в хрюканье.

— Кто сказал тебе, что Октавия — главная подозреваемая, Сэнди?

— Да так, пара ребят. — Все еще сдавленно хихикая, Сэнди снова достал свою швабру.

— Мне нужно имя, Сэнди.

— Ну, во-первых, Юджин. Кажись, он сказал мне об этом первым.

— Юджин Вудс?

— Ага.

— Тот самый Юджин, что постоянно сидит без работы и проводит большую часть своего времени в «Тотал Эклипс», хлеща пиво, болтая со своим старым приятелем Стручком Дуэйном и притворяясь, что ищет работу?

— Тот самый Юджин, ага. — На лице Сэнди появилось выражение острого интереса. — А что? Хочешь поговорить с ним?

— Да. Думаю, что хочу поговорить с ним.

В глазах Сэнди мелькнула тревога. — Постой, Ник, не думаю, что это и впрямь хорошая идея. Юджин мало изменился с тех пор, как был ребенком. Он получил прозвище Грязный Юджин не просто так, т’ же знаешь.

— Люди меняются, Сэнди. Они взрослеют.

— Только не Грязный Юджин. Он такой же, каким был в третьем классе. Все так же отберет твои деньги на обед, если сможет придумать способ это сделать. И Стручок все тот же. Всегда соглашается на все, что Юджин хочет, чтобы он сделал.

— Буду иметь это в виду, Сэнди.

Ник оттолкнулся от машины и зашагал через улицу ко входу в гриль-бар «Тотал Эклипс».

— Что открывает ключ? — спросила Гейл.

Октавия взглянула на ключ, висевший на крючке в стенном шкафу. — Если честно, не знаю. Ничего здесь, в галерее, это точно. Я перепробовала все замки. Должно быть, он принадлежал Норин. Я выброшу его на днях. Но боюсь его выкидывать, пока не удостоверюсь, что он не от чего-нибудь важного.

— Понимаю, что ты имеешь в виду. В этом ключе есть что-то, от чего ты дважды подумаешь, прежде чем выбросить его, так? Даже хотя ты не знаешь, что он открывает.

— Да. — Октавия захлопнула дверцу шкафа и с улыбкой обернулась. — Ладно, думаю, это все. Еще какие-нибудь вопросы?

— Пока нет.

Они вышли обратно в галерею и остановились у витрины. Снаружи по тротуару бродили туристы. День был солнечным и приятно теплым.

Сегодня у Октавии снова пробудилось необъяснимое ощущение, что все хорошо, даже несмотря на то, что прошлой ночью у нее не было дикого и безумного секса, и то, что перед ней стоял все тот же ряд проблем, что и раньше, до того как ее жизнь здесь, в Эклипс-Бэй, так преисполнилась приключениями.

Гейл тоже сегодня выглядела лучше. Она казалась веселой, и даже немного возбужденной.

На ней был темный, легкий костюм с крошечным шарфиком на горле. Ее медовые волосы были гладко зачесаны в аккуратный узел на затылке. Чересчур официально для Эклипс-Бэй, подумала Октавия. Но, в конце концов, она пришла сюда наниматься на работу.

— Боюсь, что это лишь временная вакансия, — сказала Октавия. — Я планирую продать галерею в конце лета, и не знаю наверняка, понадобится ли тому, кто ее купит, помощник.

На другой стороне улицы в конце квартала она увидела Ника, который прислонившись к боку своей машины, разговаривал с Сэнди Хиксоном на единственной городской автозаправке. Один лишь его вид, даже издалека, что-то сотворил с ее пульсом. Есть что-то восхитительно неотразимое в том, как этот мужчина стоит, подумала она; волнующая, едва уловимая, мужская грация, которая посылала ее мысли в исключительно эротическом направлении.

Очевидно, беседа с Сэнди была увлекательной. Она подумала, занимается ли Ник расследованием, или просто пытается занять себя, пока Сэнди заправляет машину и моет ветровое стекло. С расстояния было невозможно угадать.

— Я понимаю, что ты не можешь обещать ничего после лета, — быстро ответила Гейл. — Но это даст мне хоть какую-то передышку, чтобы оглядеться и попытаться подыскать что-нибудь постоянное в Чемберлене или институте. Я очень признательна за это, Октавия.

— Но не так как я за то, что ты согласилась на это место, — сказала Октавия.

— Уверена, что у меня еще возникнут вопросы, но думаю, что в основном я разобралась. Как я уже тебе говорила, у меня был кое-какой опыт в розничной торговле и мне всегда нравилось искусство. В некотором роде это для меня идеальная работа. Уверена, мне она понравится.

— Ты можешь начать с сегодняшнего дня. Если ты свободна, конечно?

— Да. Мама присматривает за Анной. Я позвоню ей и скажу, что начала работать. Она будет очень рада.

— Хорошо. В следующие несколько недель мне нужно переделать уйму дел. Я планирую переехать, ну, ты знаешь. И кроме того есть еще Выставка Детского Искусства. И мне надо начать переговоры о продаже обоих офисов «Брайт Вижнз». — Этот список задач стал ее мантрой, поняла она. Она пробегала его в уме, каждый раз когда чувствовала себя подавленной или удрученной тем, что станется с ее жизнью в конце лета. Он помогал ей сосредоточиться.

Гейл помедлила. — Знаю, это не мое дело, но не возражаешь, если я спрошу, почему ты считаешь, что должна продать галереи и уехать за пределы штата?

— Довольно долго я плыла по течению, — сказала Октавия. — Пытаясь решить, чего хочу от своего будущего. У меня все еще нет всех ответов, но я несомненно пришла к выводу, что мне нужно двигаться дальше.

Гейл сочувственно закивала. — Поверишь ли, но я точно знаю, что ты имеешь в виду. У меня было такое же ощущение после развода. Тяжело принимать решения. Но Анна, которую нужно было поддерживать эмоционально и финансово, очень помогла мне собраться и двигаться дальше.