Чтение онлайн

…Паколета оставили в обозе, сиречь в карете отца Калеба. Леверлин и капрал Шедарис заняли позицию у задней калитки, выходившей в безлюдный переулок, где не было домов – лишь стена чьего-то парка. Сварог же с Марой поступили, как вежливые люди: подошли к парадным воротам в стене, окружавшей ухоженный сад и двухэтажный красивый домик с желтой черепичной крышей.

Рядом о воротами блестела начищенная медная ручка звонка в виде бутона розы, но переигрывать с вежливостью не стоило – условного сигнала они не знали, а на беспорядочный трезвон наверняка вышел бы неприветливый тип в ливрее без герба и сообщил, что господа в отъезде, а ему настрого ведено никого не пущать, чтобы не пропадали серебряные ложки… Поэтому Сварог, определив по заклепкам калитки, где с внутренней стороны находится засов, оглянулся и, убедившись в полном отсутствии свидетелей, нанес в то место страшный удар топором. Толкнул калитку ногой, и она бесшумно распахнулась на добротно смазанных петлях.

Они прошли по дорожке, никого по пути не встретив, как ни в чем не бывало вошли в дом. В прихожей и в самом деле обнаружился хмурый верзила в ливрее без герба, уставившийся на них несколько оторопело:

– Как это вы сюда? Здесь владение…

– Друг мой, – мягко прервал его Сварог. – У вас есть нравственный стержень или высокие идеалы?

Верзила не испугался бы удара, но таким вопросом он на миг был приведен в состояние полного отупения. Сварог ударил его локтем в подбородок, подставив подножку, потом, когда верзила уже валился, резко выпрямил руку и добавил ребром ладони по черепу. Прислушался. Где-то поблизости жеманно смеялись, на втором этаже лениво позвякивали струны виолона – но никаких признаков оживленного веселья. Должно быть, не время.

Верзила зашевелился. Сварог дал ему время привыкнуть к новой ситуации и спросил:

– Где хозяин? – для вящего эффекта приблизив к горлу лезвие топора. – Хозяин где? Зарежу, сучий потрох…

Тот на всякий случай вовсе не произнес ни слова, только показал рукой на второй этаж.

– Вставай и веди, – приказал Сварог, убирая топор.

Верзила встал, потирая то челюсть, то висок, покорно пошел впереди.

Мара замыкала шествие. Сварог не волновался ничуть – скорее, в голове была совершеннейшая пустота.

Распахнулась дверь, в коридор выпорхнули двое некрашеных юнцов в женских платьях. Сварог молча показал им кулак, и они понятливо юркнули назад, спасаясь от грубой прозы жизни. Верзила молча тащился впереди.

– Эй, ты, часом, не онемел? – полюбопытствовал Сварог.

Верзила угрюмо проворчал:

– У нас сегодня барон Гинкер ожидается, шли бы вы подобру-поздорову, пока не огребли хлопот выше ушей…

Сварог молча ткнул его обухом в поясницу, и тот пошел быстрее.

Остановился перед дверью в конце коридора и наладился было нырнуть в нее первым, но Сварог его на всякий случай придержал. Сам нажал на ручку, осторожненько заглянул внутрь. Спиной к нему сидел в кресле старик и что-то увлеченно писал, временами воздевая глаза к потолку и помахивая пером. Походило на творческие муки поэта. Удовлетворенно кивнув, Сварог хотел войти.

За его спиной раздался непонятный звук, оханье. Сварог резко обернулся. Верзила оседал, выронив литой медный кастет, а Мара преспокойно убирала за голенище кинжал. Сварог, досадливо поморщившись, вошел и, чтобы не довести седовласого до инфаркта, громко сказал:

– Гхм!

Тот обернулся. Судя по его изменившемуся лицу, муза резво упорхнула.

Предупреждая вопросы, Сварог вразвалочку подошел, прислонил топор к столу и надежно сграбастал старика за худую черепашью шею. Придавив немного, отпустил. Сказал веско, с расстановкой:

– Душу выну. Сволочь. Тварь. Задавлю. Где принцесса, мать твою?

Глаза старика невольно скосились в сторону приоткрытой двери в глубине комнаты. Сварог обернулся туда – и очень вовремя. Она уже надвигалась с занесенным мечом в руке – очаровательная, долгожданная, прекрасная в гневе… Сварог мысленно умилился и отпрыгнул, крикнув Маре:

– Стоять! Старика держи!

Делия сделала выпад. Уклонившись, Сварог схватил ее за рукав у запястья, отработанно взял на прием, выкрутил руку – меч лязгнул об пол, – левой обхватил поперек груди, прижал к себе. Делия молча, яростно вырывалась, колотя его затылком в грудь.

– Я тебя отшлепаю, – сказал Сварог. – На друзей с мечом бросаться нехорошо.

Она чуточку унялась. Сварог ногой отшвырнул подальше ее меч и спросил:

– Звезда моя, будете вести себя примерно, если я разомкну нежные объятия?

Делия ответила словами, каких благовоспитанная принцесса и знать-то не должна, не то что произносить без ошибок, нисколько не путая ударения.

– Ладно, рискнем, – сказал Сварог, не без сомнений отпуская девушку.

Она с кошачьей грацией прянула вбок, прижалась к обитой зеленым штофом стене, выхватила кинжал из-за голенища высокого сапога – она была в мужском охотничьем костюме – и стояла так, быстрыми взглядами во все стороны оценивая обстановку. Конечно, она была и испугана, и рассержена, но видно, что начала уже думать, гадать, шевелить мозгами и прикидывать шансы – по лицу видно. Сварог, глядя на нее не без эстетического наслаждения, благодушно спросил:

– Ваше высочество, отчего вы на меня так уставились?

– У вас улыбка совершенно идиотская, – сердито и настороженно ответила Делия.

– Возможно, – сказал Сварог. – Я так долго и старательно вас искал…

Бросьте в меня кинжалом, принцесса. Прямо в мою честную, открытую физиономию. Многое поймете.

– Я и в самом деле могу бросить…

– Умоляю вас это сделать.

Ее лицо стало жестким, решительным, но в лицо все же бросать не стала – нацелилась в ногу. Кинжал отлетел в сторону, зазвенел на полу.

– Попробуете еще? – предложил Сварог.

– Вы лар? – спросила она недоверчиво.

– Ну, наконец-то, – сказал он. – Я – лорд Сварог, граф Гэйр, между прочим, яшмовый мушкетер императрицы, и я вас ищу который день…

Пойдемте.

– Почему я должна вам верить?

– Да потому, что больше некому верить, – сказал Сварог. – У вас под дверями что, очередь просителей, наперебой предлагающих им верить?

– Я никому теперь не верю…

– И вы намерены провести в этом приятном заблуждении остаток дней, не покидая сего милого заведения?

«Сейчас, – подумал Сварог, – или она сломается, или придется наплевать на этикет и волочь ее в карету силой, потому что время уходит и возможны любые неожиданности самого пакостного характера».

И она сломалась. Уронив руки, устало вздохнула:

– Я так больше не выдержу. Хочется хоть какой-то определенности, ничего не понимаю…

Жалеть ее, а там более утешать было некогда, Сварог решительно подошел, взял за руку:

– Нужно спешить. Я вам все расскажу в карете.

– Во дворец? – В ее глазах вспыхнула надежда.