Чтение онлайн

Блин, сердце сразу бешено замолотило, разгоняя по венам адреналин. Хуже то, что мужик мало что соображает, сразу попытался взобраться на меня и тем самым топя уже спасителя.

— Эй, — это мой напарник. Он кинул мне веревочную петлю, я ухватил её и началась эпопея выживания в ледяной воде. Для меня она длилась бесконечно долго. Я держал мужика и старался вылезти на лёд. Спасли рыбачки, видевшие всю эту сцену. Помогли нас вытащить и на санках отвезли в город.

Что удивительно, ни я ни тонущий не заболели. Отделались испорченной одеждой и пропавшим имуществом. Моя рогатина, как и копье Скоряты ушли на дно.

Так я и познакомился с Аристофаном. Он оказался человеком благодарным, отдарился. Кроме пропавшего оружия, которое он приобрёл на свои деньги, подарил нам маленькую лошадку с санками. Невысокая и неказистая, почти пони, она оказалась незаменимой в лесу. Неприхотливая, сама добывает из-под снега травку, довольна сену, а уж ячмень для неё как великий праздник. Купец знал, что дарить. Теперь отпала необходимость впрягаться и тащить несколько километров по рыхлому снегу тяжелогружённые санки.

От купца я узнал много чего полезного и он же послужил моим пропуском в клуб для избранных.

Переславль основал молодой князь Юрий Долгорукий. И место выбрано отнюдь не случайно. Это очень удобный перекрёсток торговых путей по воде. Здесь кратчайший путь из Владимирского ополья до Великого Новгорода через Плещеево озеро. Реки Ока, Клязьма, Трубеж, Малый Кержач, Большая Нерль сокращали путь до средней Волги к её верховьям почти вдвое. Чем активно пользовались не только местные купцы, но и торговцы с Запада и Востока. А город контролировал эту голубую дорогу.

В Кремле сидел великокняжий воевода, который от имени великого князя Московского решал дела, судил-рядил и собирал налоги.

А когда в тесном кругу друзей и товарищей Аристофан поведал, что собирает санный караван в Новгород, я загорелся.

— Айда, возьму тебя на особых условиях. Так-то дружина у меня своя, проверенная. Но ты охотник удачливый и вообще, я тебе животом обязан.

До цели 640 вёрст, по накатанной трассе можно преодолеть за седмицу, максимум полторы. Но мы ждём попутный караван из Москвы. Он как-раз проходит через нас. Вот Аристофан и собирается соединить наши силы.

Лошадки бодро бегут, под ногами мелькает снег и только лошадиные яблоки резко выделяются на белоснежном насте. В каждые сани запряжены по две лошади. Больше десятка экипажей. В них, кроме груза, едут сопровождающие, а ещё дюжина всадников проверяют дорогу.

Классно, когда всё продуманно. На привале пара хлопцев сразу бросаются разводить огонь, дрова везём с собой, чтобы не терять время. В двух котлах варят на всю ватагу. Что показательно, купец в караване, как капитан на судне — он главный и его решение в походе не оспаривается. В первый же день в полдень мы остановились дать роздых лошадкам и поесть горячего. Оба купца сели отдельно. С ними дюжий мужик, я так понял, что он начальник охраны Ивана, московского купчины и давнего товарища Аристофана. Отдельно сели наёмники, ну и возчики сами по себе. Вот таких три компашки. Но неожиданно и меня позвали к начальству.

— Алексий, не гоже тебе там сидеть. Давай с нами.

Московичи и тут оправдали мнение о них. Они явно не обрадовались моему обществу. Но спорить не стали. А мне и вообще привередничать не пристало. Даже стало интересно, купцы не обращали на меня внимания и рассуждали о своих торговых делах.

Вечерять меня опять позвали в их круг. Скорята беззлобно меня потом подколол этим фактом, — да ладно, что же я не понимаю?

Он, как раз очень органично влился в круг наёмников и его даже включили в дежурства по ночам. Нам кстати платят ежесуточно по полтине на каждого.

Имя Драган удивительно подходило начальнику охраны. Он нетороплив, но чувствуется, что в драке может взорваться. Выглядит крепким и многоопытным. Дня через четыре, как раз на половине дороги, мы решили устроить день отдыха. Лошадки устали и люди тоже. А я воспользовался моментом и притащил с помощью парней обнаглевшего кабана, который с хрустом раскапывал корешки неподалёку в зарослях сухого камыша. Ну и я не дал ему шанса смыться. Парни обрадовались свежатине и заполыхал костёр. Скоро будем жарить и парить.

— А что Алексий, говорят, что ты мастак подраться?

Я растерянно оглянулся, это ко мне подошли оба купца и Драган с ними. Последний смотрит на меня с полуулыбкой. Типа, ежели чего, сдаст назад. Шутка. А я оглядываюсь на Скоряту. Это этот пёсий сын меня и сдал, больше некому.

Дело было, ещё в селище. Уговорили тогда меня сойтись с местным чемпионом. Сейчас нет понятие борьбы. Если двое сходятся, то бьются по правилам. Они оговариваются, и зрители следят за их выполнением. Как правило вытаптывают или рисуют круг. Вышел из него — проиграл. Если это ради развлечения, силушкой померятся, то оговаривают части тела, в которые бить нельзя. Всё остальное можно. В тот раз чемпион сразу полез руками махать. Силушки у него было немерено, но вот умения никакого. Я просто нырнул под его удар, обхватил за пояс и сделал бросок прогибом. Мужик вниз головой и пошёл, как истребитель на таран. Я его пожалел и довернул, но он всё равно вырубился.

Никогда я не был фанатиком боёв без правил, но любил последить за лучшими бойцами из смешанных единоборств. Всегда интересно посмотреть за противостоянием, к примеру, борца и боксёра. Как правило при всех равных борец любого завалит и возьмёт на болевой или удушающий. Под борцами я имею в виду и дзюдоистов с самбистами.

Ударнику нужно успеть хорошо пробить, чтобы не допустить до своей драгоценной тушки борца. А если вошёл в ближний бой, считай проиграл.

В пятом классе школы меня уговорили пойти на дзюдо. Понравилось, тогда это было круто. Сразу все пацаны в школе стали со мной уважительно здороваться. Особых успехов не достиг и в конце восьмого класса бросил. Но в памяти остались элементарные броски, зацепы и подножки. А уж в новом теле, которое радует недюжинной силой, я могу и приёмами из классической борьбы порадовать. Вольники традиционно выносливее и динамичнее, а у классиков лучше развиты мышцы пресса и верхней части туловища.

Хм, народ настроился на развлечение, скучно им, понимаешь ли. Драган испытывающее смотрит на меня.

— Ставлю пять кун на своего, — выдал Иван.

— Поддерживаю, — лыбится Аристофан.

Ну, теперь отказаться уже не получится. Все начали делать ставки. Один из парней стал принимать пари.

— Какие правила?

— Ну, обычные, между ног не бить, глаза не трогать. Бьёмся до первой крови или пока из круга не вылетишь.

Я подмигнул Скоряте, тот понимающе кивнул и полез в суму, доставать серебро, которое у нас ещё оставалось.