Чтение онлайн

Вначале 1942 года Борис попал в семью финских земледельцев, у которых не было своих детей. Доподлинно известно, что его приемными родителями стали граждане Финляндии – Урхо и Элси Кайонен (Урхо умер в 1985 году в Швеции). Будучи законопослушными людьми, они понимали, что просто так им не удастся усыновить мальчика – власти Финляндии на это не пошли бы.

Проявив немало усилий, они нашли-таки биологическую мать Бориса, которая жила в карельской деревне Кузнечная Гора. Но к тому времени у нее был уже второй муж – Яков Фомич Васильев, инвалид войны без обеих ног. И у них уже родился общий ребенок, мальчик Федор.

Яков Фомич уговорил Евдокию Давыдовну отказаться от Бориса, посчитав, что они, в силу своей бедности, не смогут поднять двоих маленьких детей. Скрепя сердце, мать официально отказалась от Бориса, передав им отказной лист. Элина показала оригинал отказного листа, который был заверен двумя подругами. Будучи безграмотной, Евдокия Давыдовна напротив своей фамилии поставила крестик, что означало согласие. Завершив формальности, супруги Кайонен смогли официально оформить усыновление Бориса, и он стал Хеймо Кайонен.

Элина достала из своей папки несколько фотографий, на которых был Хеймо-Борис. Вот так, в возрасте трех лет Борис стал гражданином Финляндии, считал Урхо и Элси своими родителями, говорил только на финском языке.

В январе 1945 года Урхо и Элси узнали, что возникла угроза депортации Хеймо обратно в Советский Союз.

Хеймо-Борис Кайонен, Финляндия, 1942 год (слева), 1943 год (справа)

Элси и Урхо Кайонен, приемные родители Хеймо-Бориса. Фото 60-х годов XX века.

Приемные родители души не чаяли в своем сыне и были в шоке. Это был единственный и любимый ребенок, который наверняка получил бы хорошее образование, богатое наследство. Они обратились в МИД СССР с просьбой оставить Бориса на воспитание. Все юридические формальности по усыновлению были соблюдены, приложили копию отказного листа биологической матери – Бертовой Евдокии Давыдовны. Все это не принималось во внимание, ведь СССР был победителем в войне, а Финляндия капитулировала. Уже в конце января 1945 года поездом № 123, вагон № 5, Борис вместе с другими детьми в количестве ста двадцати восьми человек, из которых шестьдесят семь приемные, был депортирован в СССР.

Прощание Хеймо-Бориса с родителями было очень тяжелым, все плакали, прощаясь навсегда. Мальчик не понимал, что происходит, рыдал навзрыд и так вцепился в одежду своего отца, что его не могли оттащить. Охранник с силой рванул и на руках затащил бьющегося в истерике ребенка в вагон. Борис долго не мог успокоиться, отказывался от еды, и только сильнее и сильнее сжимал кулачок правой руки. На это обратил внимание один из охранников и разжал пальцы руки. Там была медная пуговица, которую ребенок сорвал с пальто отца…

Имеется документальное подтверждение и этих данных.

Тимо Лааксо нашел гостиницу в Хельсинки, где тогда ночевал Хеймо с родителями, и в гостиничной книге обнаружил запись Элси, где она с горечью писала, что, к великому сожалению, должна выполнить решение Советского правительства. Победителей не судят, и Советский Союз, победив в этой войне, мог делать все, что заблагорассудится, и выдвигать любые требования.

Борис, как и остальные дети, был депортирован в Советский Союз и распределен в Чернохолунинский детский дом № 38 имени Володарского, что в далекой Сибири. При поступлении в детский дом Борис по-русски не понимал ни слова и был крайне замкнутым. Его родным языком был финский, это сильно затрудняло его общение с воспитателями и другими детьми.

В книге регистрации поступивших детей про мальчика была сделана такая запись: «Родителей нет, национальность неизвестна, доставлен из Финляндии, по-русски не говорит. Имеет две фамилии: финская – Хеймосеппявар (видимо, со слов самого ребенка), русская – Борис Яковлев». Поскольку в сопроводительном письме больше ничего не было, решили оставить только русскую фамилию, добавив при этом отчество произвольно – Васильевич. Вот так Хеймо Кайонен 4 июля 1939 года рождения стал Яковлевым Борисом Васильевичем 1937 года рождения. Вот какие сведения получил за много лет поиска Тимо Лааксо.

Элина достала из сумки бутылку финского морошкового ликера и предложила тост за именинника. Стало понятно, почему она организовала встречу именно в этот день. Сегодня было 4 июля 2008 года и Борису исполнилось шестьдесят девять лет. Взволнованный именинник позвонил домой в Новокузнецк и сообщил, что отмечает свой день рождения в кругу финских и карельских друзей в Петрозаводске.

Борис Яковлев (в центре), г. Петрозаводск, 4 июля 2008 года

Юбилей в семье он отметил год назад.

По телефону он не стал вдаваться в подробности.

А подробности были такими: после визита в детский дом, в котором он воспитывался, у Бориса возникло острое желание разыскать своих родственников, которые могли жить в Финляндии. Он обратился за помощью в телепередачу федерального телеканала «Жди меня», сообщив свою финскую фамилию. Ведущий телепередачи Игорь Кваша направил это письмо внештатному корреспонденту в Финляндии Тимо Лааксо.

Получив письмо, Тимо сразу обратил внимание, что фамилия явно искажена. Тем не менее, он начал поиск, который ни к чему не привел. Такой фамилии не существовало.

Но нужно знать этого упертого Тимо! У него ежедневно регистрировались просьбы о поиске пропавших родственников. Благодаря своему аналитическому уму он не такие ребусы разгадывал. Тимо вспомнил, что несколько лет назад была заявка от Васильева Федора Яковлевича, разыскивающего брата, который во время войны был вывезен в Финляндию. Тимо уже работал по этой заявке, но пока безрезультатно. В той самой заявке было сказано, что мать Федора незадолго до смерти призналась сыну, что у него есть брат, который живет в Финляндии. Она попросила разыскать его, понимала, что жизнь подходила к концу, и хотела узнать, как там живется сыну. Знает ли он, кто его биологическая мать. Выполняя наказ уже покойной матери, Федор упорно искал брата, обращался в финские архивы, в программу «Жди меня».