Чтение онлайн

И когда он набирал флягу в заводи, какая-то огромная рыбина метнулась к нему из-под коряги, вцепилась мелкими зубами в руку и попыталась утянуть на дно!

– Ах ты ж зараза!

С подоспевшей Катей они отбивались от рыбищи, оказавшейся неожиданно сильной, вода окрасилась в кроваво-красный цвет… Благо, хищница вскоре махнула хвостом и ушла на дно, поджидать более сговорчивую добычу.

– Что это было? – спросил Юрий, сглатывая на сухое горло, и с трудом удерживаясь от рвущихся наружу идиоматических выражений. С ладони текла кровь. – Вот ведь зараза, как прокусила!

– Кажется, сом, – отозвалась напарница, доставая антисептик. Голос у неё дрожал. – Сам понимаешь, анализатор не наводила.

– И что, сомы людей уже едят???

– Вообще-то они хищники, – пожала плечами Катя. – Говорят, и мертвечиной не брезгуют. Но чтоб живых людей… Не слышала. Но здесь-то всё возможно.

– Джунгли Амазонки какие-то – проворчал он, оглядываясь. – Интересно, а пираний здесь нет?

Напарница только развела руками. Всё здесь может быть. Юрий мрачно посмотрел на озеро, казавшееся таким чистым и безобидным. Одна фляга безвозвратно потеряна, но не нырять же за ней.

Разумеется, вокруг были не джунгли, а густая, северная тайга. Очень похожая на нашу, правда, с некоторыми неуловимыми обычному глазу отличиями. То у берёзы обнаружатся тонкие, узкие, ивовые листья, то путники наткнутся на поляну, засаженную мелкими красными цветочками, ничем не примечательными, кроме того, что биоанализатор так не сумел определить их аналогов в нашей вселенной…

Произошедшее напомнило обоим, что здесь не парк. И вскоре они получили тому подтверждение.

– Слышишь? Кричит кто-то!

Да что за мир здесь такой?

Они бросились, не разбирая дороги, спотыкаясь, падая и только каким-то чудом не отбив себе ничего серьёзного. Наконец, выбежали на поляну, где огромный дикий бык поднял на рога какого-то мальчишку.

Юрий треснул быка шокером, заставив обратить на себя внимание и выпустить добычу. Бык взревел, дёрнул шкурой и наставил рога на нового оппонента. И справиться с этой горой мяса шансов не было вообще. Бык взрыхлил землю копытами, злобно уставившись налитыми кровью глазами. И явно намереваясь убить хоть кого-нибудь. Мама дорогая, да у него один вес под тонну! Ничего себе – травоядное животное. Наставил рога, да не куда-нибудь, а прямо между ног наглому человеку.

Э нет, бык-тур! Этот орган Юрию ещё дорог. И даже не как память. Поэтому подскакиваем и отпрыгиваем в сторону.

– Ах ты говядина ходячая!

Они вдвоём с подоспевшей Катей направили электрический удар. Бык обиженно взвыл, вновь ударил копытами, развернулся и убежал в лес с видом маленького телёночка, несправедливо обиженного злыми людьми.

Напарники застыли, тяжело дыша. Ещё не верилось, что этот, с позволения сказать, бой был ими выигран с минимальными потерями.

– Лихо у них тут с фауной. Но должна признаться, веселье бьёт…по голове.

– Вы кто? – сипловато спросил парнишка, пытаясь отползти назад.

Совсем ещё ребёнок. Лет одиннадцать-двенадцать, не старше. Белобрысый, с круглым, чумазым лицом, облупленным, веснушчатым носом. Одет в старые домотканые штаны и подпоясанную рубашонку, на лбу волосы перехватывает грубая верёвка, делающая его похожей на древнего славянина. На рубахе, к слову, простенькая, старомодная вышивка красно-синими нитками. Мальчишка был бос. Когда Юрий и Катерина опустились рядом с ним на корточки, они почувствовали лёгкий запах пота и дровяного дыма.

Совершенно человекообразный. Вот только одет по-старинному.

Что ж, вопрос снят.

– Да так, – пожал плечами Юрий. – Люди прохожие. А ты кто? И что делал один в лесу?

Паренёк посмотрел на них опасливо, из-под упавших светлых прядей волос. Он явно не спешил раскрывать своё инкогнито. Затем всё же буркнул:

– Живу…недалеко отсюда, – он неопределённо махнул рукой, не указывая конкретного направления. – По грибы ходил.

Он кивнул на незамеченный ими плетёный берестяной кузовок, доверху наполненный груздями и подосиновиками. Очень даже приличными.

– Что ж тебя одного отпустили?

– А чего ж за грибами не отпускать? Уж за грибами-то все ходят, как ходить научатся.

– А если б заблудился?

– Ну…чего ж тут блуждать? Дорогу завсегда можно найти – деревья-то все разные!

Что ж, логично. Кто бы ещё заблудившимся это объяснил. К тому же, деревья, может, и разные, но какие-то незапоминающиеся. Попробуй найди нужную берёзу, когда она скроется из виду. Никаких ориентиров в таком лесу нет, даже голова кружится.

А говорит-то по-нашему, наконец, обратила внимание Катя. Или всё же нет? Неужто правду говорят, что люди, попадающие в иной мир, начинают понимать все здешние языки? Сказочка-то, похоже, имеет под собой основания, а она-то думала, авторам просто лень морочиться с лишними сюжетными линиями… Да, речь парнишки не была похожа на современный русский, но было в ней что-то неуловимо знакомое. Как в этом мире – вроде наш, и вроде, не наш. Или наш язык, но древний? Паки. Вельми понеже. Да кто разберёт-то?

Ладно, не до того сейчас.

– Ну, тогда хоть смотри внимательней. Здесь, гляжу, всякое водится. А не скажешь, есть здесь поблизости город? – тем временем, продолжал расспросы Юрий.

Сейчас заявит, что и слова-то такого не знает. Вполне может быть, не известно ведь, какое здесь время. Тогда совсем худо – они неистребимые горожане, и на природе чувствуют себя малость…чужеродно.

Вековые деревья, вечный зелёный полумрак. Мох, пружинящий под ногами, воздух, холодный в своей чистоте. И страшное одиночество.

Но мальчишка порадовал:

– Ладога есть. А только до него, почитай, дня три пути.

Он попытался подняться, и тут стало окончательно ясно, почему парнишка всё же не убежал. Одна нога у него была явно подбита. Юрий присвистнул.

– Ну-ка покажи. Что ты вздрагиваешь, не съем. Сейчас перетяну потуже…

Он достал из сумки запасную одежду и, не колеблясь, оторвал нужный кусок. Затем крепко перевязал тощую, грязноватую ногу мальчишки.

– Что в лесу-то свистишь? – хмуро спросил он. – Лесной Дед этого не любит. Морочить начнёт, а то и волков напустит.