Лес Воронов

Как-то в полночь, в час угрюмый, утомившись от раздумий, Задремал я над страницей фолианта одного, И очнулся вдруг от звука, будто кто-то вдруг застукал, Будто глухо так застукал в двери дома моего. "Гость,– сказал я,– там стучится в двери дома моего, Гость – и больше ничего". дверь открыл я: никого, Тьма – и больше ничего.

Эдгар Аллан По "Ворон"

Он придёт в одно мгновение – словно крик.

Он раскинет руки – и реки потекут вспять.

Он не будет ни страшен, ни милостив, ни велик.

Он будет просто стоять на холме – и ждать.

И город станет прятаться за холмами

Он подымет веки – бросит на город взгляд

И очутится за вашими окнами, рядом с вами,

начнется дождь – и он явится из дождя.

Он посмотрит в глаза вашей пустой надежде.

Ветви сплетут одну из его корон.

Камни сложат престол для него, как прежде,

И вздрогнет земля, когда он взойдет на трон.

Древние снова вернутся в свои пределы.

Время прервется – начнется иной отсчет.

Мир возродится. Цвет его будет белым

и золотым – как извечный небесный свод.

Король возвратится – о нем возвещают птицы

И уличные чародеи на всех углах.

Так говорит пророчество и провидцы -

Знаки его написаны на камнях. 1

Сильвии Кларк уже не раз рассказывали легенду о Короле-Вороне и его пророчестве. Мирра, являвшаяся ей по материнской линии бабушкой, постоянно находила время для рассказов древних историй. Она всегда садилась перед камином, и лучезарно улыбаясь, начинала рассказывать разные легенды и фольклоры. Многим из них хотелось верить, а в некоторые верилось с чистой мечтой в сердцах и диким огоньком в глазах. Эту легенду она рассказала однажды, когда Сильвии только исполнилось десять лет. Это происходило невзначай, Мирра находила внучку одиноко блуждающей по двору или смиренно читающей книгу.

"– Хочешь, я расскажу, как всякие древние камни, лежащие на земле, старинную легенду? – появление Мирры сопровождалось подобными вопросами, на которые Сильвия охотно кивала головой.

– Тогда слушай, – насилу возвращая девочку в тёплый дом, бабушка присаживалась возле камина, и улыбаясь разгорающемуся в нём огню, начинала рассказ.

– В британской мистике существует легенда о Короле-Вороне, который был самым сильным английским магом, после получеловека-полудемона Мерлина. Считается, что он владел тремя королевствами, одно из которых располагалось на севере Англии, другое – в Стране фей, именуемой также Иными краями, а третье – в странных землях на окраине ада. Поверье, согласно которому души самоубийц достаются не Богу, не Дьяволу, а только Королю-ворону, называют ересью Меро. Королю принадлежат все разрушенные дома и судьбы заплутавших в дороге путников. Согласно Пророчеству о Короле-Вороне, он пробудится ото сна, когда на камнях появятся его знаки, чтобы восстановить своё царство. Он спустится с гор, сопровождаемый разбушевавшимся зверьём, пробудит леса древности и предстанет перед миром со взглядом змеи, тёмным, от чёрных перьев, плащом и прекрасным лицом забвенного Бога.” 2

Но бывали моменты, когда Мирра словно бы забывала роль заботливой простодушной бабушки, становясь жуткой личностью, и внучка переставала её узнавать. Сильвия замечала, как бабушка разговаривала на заднем дворе то ли с самой собой, то ли с кем-то невидимым. Иногда она надолго куда-то уходила, появляясь глубокой ночью с кровоточащими ранами.

Это пугало маленькую Сильвию. Но ещё больше приводили в страх странные слова:

"– Ты королева среди воронов, дитя древ! И ты проклята! Не буди чёрного человека! Иначе конец всему!"

Дочь Мирры – Элисон Кларк уводила девочку и прятала на чердаке. Но безумные речи бабушки прерывали тишину ночи: "Проклятая вороная королева! Она разбудит его! Разбудит! И его пробуждение принесёт только смерть!"

Бабушка поведала и другую историю, которая также, как легенда про Короля-Ворона, впечатлила внучку на всю жизнь. До одиннадцати лет Сильвия предпочитала гулять в глуши леса, нежели сидеть дома и слушать бабушкины легенды. Тогда-то Мирра рассказала про лес воронов.

"– Большой всеядный лес, поджидающий одиноких путников. В этом лесу жил Король-Ворон, и если он видел, что душа путника черна, как ночь, он запугивал его до сумасшествия. Но если душа была чернее самой тёмной ночи, Король заводил таких путников в самый центр леса и оставлял ему на съедение. От человека не оставалось даже маленькой косточки."

Многих детей взрослые пугали монстрами под кроватями, но бабушка вплетала в свои ужасные истории то, что Сильвия любила и самым ужасным девочка считала лес воронов.

Эти ужасы не сказались на её любви к лесу. Она часами бродила по нему, забывая обо всём на свете, но как только Сильвия замечала тени на деревьях, которые возникали, когда облака закрывали солнце, она убегала домой и пряталась. Далеко в глушь девочка больше не заходила никогда, а в тёмное время суток накрывалась одеялом, чтобы Король-Ворон не ощутил её душу.

Мирра умерла через год. После её смерти всё изменилось. Сильвия перестала слышать эти истории. Они унеслись вслед за бабушкой, умерев вместе с ней. Её звонкий голос больше не слышался в доме. Не встречалась больше обитателям дома та тёплая улыбка. Сам дом опустел и затих, цветущий двор, казалось, завял и помрачнел. Изменилась и сама Сильвия, вырастая, она становилась всё более пассивной, непримечательной девчонкой. Отрешившись от реальности, она окунулась в мир книг с головой. Делая исключения только для учёбы, Сильвия перестала замечать всё, даже самое странное и необычное. А достигнув четырнадцатилетнего возраста, прочла историю Сюзанны Кларк “Джонатан Стрэндж и мистер Норрелл” и разочаровалась в бабушке, в её легендах и в мире, ведь Короля-Ворона и его леса воронов не существовало.

В городе так много темноты. И не только вокруг, но и внутри нас. У каждого из нас есть немного мрака внутри. И этот мрак вечно голоден. Он хочет сожрать тебя изнутри, и чем больше ты ему позволяешь, тем более свирепым он становится.

Джин Дюпро

Часто я просыпался ночью, оглядывал комнату и спрашивал себя: “Не в аду ли я?”