Ленивец
Шрифт:
– Лира!
Тишина.
Спустя несколько минут блуждания по лабиринту тюков и ящиков, нашел ее на корме. Они сидела в углу, привалившись плечом к влажным доскам. Вся такая маленькая, тощая, беззащитная. В грязных штанах и безрукавке из парусины. В ржавых кандалах. С мешком на голове.
– Лира!
Даже не пошевелилась. Взор затуманился, выступили жгучие слезы. В голове завертелась глупая мысль - вдруг это не она? Вдруг какая-то другая пленница? Серьезно, не гнать же из-за одной целый шлюп. Наверное, в трюме полно заключенных.
Сел рядом на колени, потрогал плечо - едва теплое. Снял мешок и зажмурился, не в силах смотреть на синяки и ссадины. Но это ничего. Это мы подлечим. Давай, червячок, за дело.
С пальца спрыгнул золотой сгусток и нырнул в шею. Поползал немного, поблестел под кожей, вылез и пропал. Сразу вспомнились слова, сказанные шаманке казалось годы назад. "Мои соболезнования. Но я не умею воскрешать мертвых".
– Нет, нет...
Бережно уложил обмякшее тело на спину и прильнул ухом к груди. Вроде что-то бьется. Или просто волны налетают на борт? Еще раз. Червяк - в бой! Прямо в сердце.
Целебная завитушка спустя миг вылезла и погасла. Как чиркнувшая, но не сумевшая загореться спичка.
– Нет... Не может все так закончиться! После всего, что было... Я же попаданец! Избранный! Главный герой! Лира, ответь. Просто скажи, что притворяешься. Я все понял. Я изменился.
Чуда не случилось. Когда удача понадобилась сильнее всего, она куда-то испарилась. Дыхание подруги слабело с каждой секундой.
– Шаман!
– гаркнули за спиной.
– Нам очень жаль. Мы вернемся на ладью и помолимся, чтобы духи тепло приняли твою женщину.
Эйны утопали прочь. А я прижал подругу к себе и зарылся лицом в окровавленные волосы.
– Не уходи... пожалуйста. Дай мне последний шанс. Обещаю, не подведу. Только вернись. Я... я люблю тебя.
Нет ответа. Все тщетно. Меня аж затрясло от гнева и обиды. Стоило огромных усилий взять себя в руки и попробовать еще раз. Быть может, шанс есть, надо только постараться. Приложить больше усилий. Выжать из дара максимум.
Занес над девушкой ладонь и тут же зажмурился от нестерпимо яркого сияния. Меж пальцев полилось расплавленное золото, окутывая едва дышащую подругу похожим на само солнце коконом. Корабль задрожал, звуки стихли. А затем свечение погасло столь же внезапно, как и появилось, забрав с собой все раны и ссадины.
На Лире не осталось ни царапинки. Она часто заморгала и сонно потянулась, звякнув цепями.
– О... привет. Тебя тоже арестовали?
Покачал головой, неотрывно глядя в ее глаза и улыбаясь как дурак.
– Тогда что ты тут делаешь?
– Тебя спасаю.
– И как успехи?
– Полный порядок. Шлюп захвачен, враги побеждены.
Девушка слегка смутилась, будто я укорил ее в чем-то.
– Чертовы кандалы. Поможешь?
Один взгляд - и ржавое железо растворилось в воздухе. Невероятно, но дар вернулся. И, кажется, стал еще сильнее, хотя казалось - куда уж еще.
Лира встала и принялась оттряхиваться, повернувшись ко мне спиной. Понимал - тянет время перед неизбежным. Думает, что сказать и как дальше быть. Продолжить путь со мной и довести дело до конца, или же неловко поблагодарить и пойти своей дорогой.
– Эй...
– наконец произнесла она.
– М?
– Чувствую себя последней свиньей. Стыдно прям как в детстве. Ты это... ну... прости, а? Не надо было расходиться. Зря я тебе не верила. Вот...
– Да ладно уж... Забей.
– Не злишься?
– Нет.
Лира повернулась и ткнулась лбом мне в грудь. Обнял ее за плечи, она меня - за талию. Так и стояли, ничего не говоря и наслаждаясь теплотой друг друга.
Тихо спросил:
– Знаешь, какое сейчас время?
– Нет, - так же тихо прозвучал ответ.
– Какое?
– Время мочить Забара.
– А мы справимся?
– Думаю, я теперь справлюсь с чем угодно. И с кем угодно.
– А как проберемся в столицу?
– Есть идея, но надо проверить. Идем.
Мы вышли на шканцы. Я взялся за штурвал и потянул на себя. Шлюп послушно задрал нос и взмыл в небеса под восторженные возгласы северян. Поднявшись метров на двести, выровнялся и полетел вдоль реки на юг - к Герадиону.
– Изумительно, - выдохнула девушка, облокотившись на фальшборт.
Да, вид впечатлял и немного пугал. С высоты земля напоминала мятый зеленый ковер, на который тут и там высыпали горсти тлеющих угольков. Деревеньки, села, стойбища и военные лагеря казались игрушечными.
– Надеюсь, у тебя все получится. И война в кой-то веки закончится.
– Буду стараться.
Помолчали, слушая посвисты ветра в канатах и хлопанье парусов.
– Леонид?
– Да.
– Можно вопрос? Немного... личный.
Сглотнул.
– Конечно.
– Почему вернулся за мной? После всего, что я наговорила.
Когда обстоятельства поменялись, и ее жизнь не висела на волоске, я уже не смог просто взять и все вывалить как на духу. Смалодушничал и сказал совсем иное.
– Ты - мой друг. Моя Спутница.
– Это прозвучит странно, но порой я жалею, что ты Избранный.
Смысл сказанного дошел не сразу. Ну простите, полет на волшебном паруснике не располагает к вдумчивому осмыслению.
– Почему?
– По кочану.
– Она щелкнула меня по носу и направилась к люку.
– Надо переодеться. Надеюсь, здесь найдутся какие-нибудь вещи.
К столице подлетели затемно. Огромный город на холме окружало кольцо огней - повстанцы взяли Герадион в осаду. Но пока его защищает Совет, пока народ горой за короля, о штурме не может идти и речи. Если же отрубить гадине голову, она сдохнет далеко не сразу, но одолеть ее будет гораздо проще.