Чтение онлайн

Например, в северной Индии, в Гималаях, нашли одного семилетнего ребёнка, выращенного волками, ребёнка-волка — человеческого ребёнка, выращенного волками. Конечно, волки могут дать только волчью личность; и этот ребёнок был человеком, в нём было существо, но личность была личностью волка.

Это случалось много раз. Волки, кажется, способны воспитывать человеческих детей; кажется, они испытывают определённую любовь, сострадание к человеческим детям. Эти дети не так развращены, какими бы их обязательно сделало человеческое общество; их существа ничем не загрязнены; они — существа в чистом виде. Они как рыба в океане — они не знают, кто они такие. И если они выращены волками, очень трудно дать им человеческую личность, это слишком тяжёлая работа. Почти все эти дети умерли, когда люди пытались это сделать. Они не могут научиться человеческим правилам; слишком поздно. Их форма отлита, у них уже есть сложившаяся личность. Они научились быть волками. Они не знают никакой морали, они не знают никакой религии. Они не индуисты, христиане или мусульмане. Они не беспокоятся о Боге — они никогда о нём не слышали. Всё, что они знают, — это жизнь волка.

Человеческая личность создаёт преграды, только если вы за неё цепляетесь. Но через неё необходимо пройти: это лестница, это мост. Человеку не следует строить дом на мосту, это правда, но перейти по мосту ему нужно.

Человеческая личность частична. В лучшем обществе мы будем давать детям и личность, и способность от неё избавиться. Именно этого не хватает теперь: мы даём им личность, слишком жёсткую личность, в которой они оказываются запечатанными, заключёнными, и не даём никакого способа от неё избавиться. Это всё равно, что надеть на ребёнка доспехи и не объяснить, как они снимаются, как сбросить одежду в тот день, когда он из неё вырастает.

Мы делаем с человеческими существами точно то же самое, что делали в Древнем Китае с ногами женщин. С самого детства девочек заставляли носить деревянные туфли, чтобы их ноги не росли, и они оставались очень маленькими. Маленькие ноги очень ценились и считались очень красивыми. Это могли позволить себе только аристократические семьи, потому что женщина не могла делать почти ничего. Женщина не могла нормально ходить, ноги были слишком малы, чтобы поддержать тело. Её ноги были искалечены; она не могла ходить без посторонней помощи. И бедная женщина не могла себе такого позволить, маленькие ноги были символом аристократии.

Может быть, мы смеёмся над этим, но продолжаем делать то же самое. Сейчас на Западе женщины носят такую абсурдную обувь, такие высокие каблуки! Можно ещё делать что-нибудь подобное в цирке, но такие высокие каблуки — не для ходьбы. Но они ценятся, потому что, когда женщина ходит на очень высоких каблуках, она становится более привлекательной сексуально: у неё сильнее выдаются ягодицы. И поскольку ей трудно идти, бёдра движутся больше, чем обычно. Но это приемлемо, это нормально. Другие общества посмеялись бы над этим!

Во всём мире женщины носят лифчики и думают, что это очень обычно и традиционно. Фактически, лифчик заставляет женщину выглядеть более сексуально; он нужен просто для того, чтобы придать её телу форму, которой нет. Он служит, чтобы сделать так, чтобы грудь была выше и выглядела очень молодой, не висящей. И женщины в традиционных обществах, обществах, которые настаивают, что женщины должны носить лифчики, считают себя очень религиозными и ортодоксальными. Они просто дурачат себя, никого другого: лифчик — это сексуальная уловка. Подобным образом, некоторые первобытные общества делают странные вещи. Они пытаются сделать губы больше и толще. С самого детства на губы вешается груз, чтобы они стали очень толстыми, большими. Это символ очень сексуальной женщины — толстые и большие губы помогают хорошему поцелую! В некоторых первобытных обществах мужчины даже носили определённый чехол на половых органах, чтобы они казались больше, точно как женщины носят лифчики. Мы смеёмся над этими глупостями, но это та же самая история! Даже молодые люди во всём мире носят очень узкие штаны — просто чтобы показать свои половые органы. Но как только что-то становится принятым, никто не обращает на это внимания.

Цивилизованность не должна быть заключением в жёсткий футляр. Абсолютно необходимо, чтобы у человека была личность, но личность должна быть такой, чтобы её можно было легко надевать и снимать — как мягкую одежду, не стальные доспехи. Подойдёт простой хлопок, и тогда можно одеться и раздеться; нет необходимости оставаться в одежде постоянно.

Вот что я подразумеваю под «человеком понимания»: это тот, кто живёт в существе, но всегда, когда это касается общества, «носит» личность. Он использует личность; он — хозяин своего существа.

В обществе требуется определённая личность. Если вы вынесете в общество своё существо, то создадите проблемы себе и другим. Люди не поймут вашего существа; ваша правда может быть для них слишком горькой, ваша правда может быть для них слишком беспокоящей. Нет надобности! Необязательно ходить по улице голым; можно носить одежду.

Но нужно уметь снимать одежду у себя дома, играя с детьми, — смакуя чашку чая летним утром в саду, на лужайке, нужно уметь оставаться голым. Не нужно голым ходить на работу — не нужно! Одежда очень хороша; нет надобности, показывать себя всем и каждому. Это было бы эксгибиционизмом, другой крайностью. Одна крайность — это когда люди не могут даже лечь в постель без одежды; другая — когда джайнские монахи, или обнажённые садху, ходят голыми по рыночной площади. И странно то, что этих джайнов и индуистов возмущает, что западные женщины оставляют открытыми руки — это неприлично.

В такой жаркой стране, как Индия, людям, приезжающим с Запада, очень трудно носить слишком много одежды. Кажется абсурдным, чтобы западный искатель приходил встречаться с индийцами в галстуке и пиджаке. Это выглядит так нелепо! На Западе это приемлемо — там холодно, и галстук согревает — но в Индии это равнозначно самоубийству. На Западе хорошо носить туфли и носки, но в Индии? Но люди склонны к подражанию. Они целый день ходят в туфлях и носках, в такой жаркой стране, как Индия. Западная одежда в Индии не слишком уместна — узкие брюки, пиджак, галстук, шляпа — это просто выглядит нелепо. В Индии нужна свободная одежда. Но нет необходимости впадать в другую крайность, например, начинать ходить или ездить на велосипеде по улице голыми. Это создаст ненужные проблемы вам и окружающим.

Человек должен быть естественным, но под естественностью я подразумеваю и способность надевать личность, когда она нужна, в обществе. Она действует, как смазка, она помогает, потому что вокруг тысячи людей. Нужна смазка, иначе люди будут постоянно создавать трение и сталкиваться. Смазка полезна, она помогает сделать жизнь гладкой.

Личность хороша, когда вы общаетесь с другими, но становится преградой, когда вы начинаете общаться с самим собой. Личность хороша в отношениях с человеческими существами; она становится преградой, когда вы начинаете соприкасаться с самим существованием.

...Каждый ребёнок в утробе матери остаётся полным света; это внутренний свет, внутреннее свечение. Но когда ребёнок рождается, открывает глаза и видит мир, цвета, свет и людей, постепенно гештальт меняется. Он забывает смотреть вовнутрь, он слишком увлекается внешним миром. Мир так его захватывает, что мало-помалу он забывает, как смотреть вовнутрь; он слепнет к внутреннему.