Лекарь
Шрифт:
– Слушай, помоги мне, а? Ты коня завалил моего, а мне надо в столице быть скорее. Может, поможешь? Отнес бы меня поближе? А я там бы коня купил. Я по дороге буду тебе оленей подстреливать молниями. Свежак, без яда!
– Хм, в общем-то я и сам собирался поближе к югу податься. Ладно. Давай. Только как ты держаться на мне будешь-то?
– Давай мы седло подберем, я его как-то пристрою… Где ты там его выкинул?
– Пошли за мной. – Тираннозавр плавно и бесшумно пошел по сугробам, через сто метров они приблизились к месту гибели коня.
– Давай, ты собирай свое барахло и думай, как приделать седло. А я пока перекушу – чего пропадать мясу.
И дракон принялся с хрустом раздирать тушу несчастного коня, оказавшегося не в то время не в том месте… Влад прикинул, как и что будет, нашел попону с коня, сумки, потом связал вместе порванные ремни подпруги и стал дожидаться, когда Зеленушка доест лошадь. Затем они еще полчаса провели в переругиваниях и попытках пристроить на шею тираннозавра конское седло. Зеленушка сильно ругался, поносил человеческий род и приговаривал, что правильно мама говорила: дай людям волю, они на шею сядут.
Наконец седло кое-как было пристроено. Влад вцепился в шею дракона, и тот с огромной скоростью, стелясь над землей и вытянув длинный хвост, понесся по дороге на юг. На тракте было уже темно, все путники и караваны разбрелись по постоялым дворам или заночевали в лесу у костра, и дракон с Владом неслись вперед, как шоссейный мотоцикл. В глаза била снежная крошка, Влад все это время боялся слететь с шеи ящера и вцепился в нее так, что Зеленушка стал ругаться: мол, такая шмакодявка, того и гляди, задушит нежного интеллигентного дракона.
После ночи дикой скачки Влад с драконом оказались в окрестностях столицы. Зеленушка пожелал поохотиться, и Влад, сидя на нем, выступал в роли орудия главного калибра, положив молниями сразу стаю косуль, с хрустом и урчанием съеденных его новым другом. Потом они попрощались, довольные друг другом. Всю ночь во время бега они обменивались мысленно, рассказывали друг другу о себе и своем мире.
Влад вышел к постоялому двору, расположенному у въезда в столицу, стуком разбудил хозяина и наконец-то оказался в теплой комнате, с куском колбасы и кувшином пива… Так он и уснул на кровати, успев только сбросить сапоги, кольчугу.
Глава 15
Утро встретило Влада отвратительно. Все тело затекло, во рту что-то застряло. Он с отвращением выплюнул, ожидая увидеть нечто ужасное. К счастью, это был всего лишь кусок колбасы. На груди крошки, в руке засохший кусок хлеба…
Он, кряхтя, поднялся с неразобранной постели и схватился за голову. Что там происходило, ему было непонятно. Он отругал себя последними словами, из которых «болван неосторожный» было чем-то вроде похвалы. Что там намешал в его голове этот зеленый ящер – непонятно. Влад и сам себя не мог понять: как это он доверил вместилище разума неизвестному существу. «А все мой авантюризм, – думал Влад уничижительно. – Интересно, с какой сотни лет я от этого избавлюсь, если доживу? Хотя вон Марьяне сто двадцать, а по нашим годам так все двести, а она еще мальчикам головы задуривает и носится как электровеник. Так что не один я болван».
Это неожиданное заключение немного улучшило его настроение, и он потащился вниз, в обеденный зал, чтобы определиться, что делать дальше. А дальше он решил помыться. Если плотоядной ящерице этот его натуральный запах понравился бы больше, то лично Влад предпочитал, чтобы от него пахло мылом и ароматическими маслами. Лекарь заказал в номер большое деревянное корыто с горячей водой, что ему и принесли, пока он пил чай с куском пирога. На более основательный завтрак у него не было сил – слегка подташнивало и кружилась голова.
Влад задумался. Почему при его регенерации он до сих пор пребывает в состоянии зомби? Он давно должен был скакать как огурчик, свежий и сияющий. Но ему хотелось кого-то обложить матом, а еще залезть в горячую ванну и смыть недельную грязь. Почему-то никто не предупреждал в романах, что путешествие – это натертая седлом задница (от чего не спасает даже великолепная регенерация), грязь, холодные номера в придорожных постоялых дворах и отвратительная еда. А еще запах пота, который даже сам чувствуешь.
Наконец великий маг, друг тираннозавров, плюхнулся в деревянное корыто и блаженно замер, чувствуя, как отходят вместе с недельной грязью все его заботы. Выбравшись из ванны, он надел свежее белье. Хотел постирать старое, но передумал, – вроде как не по чину: «таперича оне ж баронского рода!», свернул его в кучку, сложил в сумы. Теперь ему надо было купить коня – без коня как-то нехорошо настоящему воину появляться в славной столице. Скакун был приобретен тут же, в конюшне постоялого двора, – не шибко хороший, но и не оранжевый мерин д'Артаньяна.
При въезде в ворота столицы Владу пришлось расстаться с тремя серебрениками. Почему-то стражники всего мира страдают алчностью, всегда недовольны и постоянно подозревают в каждом потенциального преступника, которого разыскивают. Его грозный вид был воспринят ими с неудовольствием. Гостю тут же было заявлено, что у них не северные дикие провинции, где ему подобные головорезы сносят друг другу тупые башки, а культурная столица, где все поребрики моют с мылом, а в парадное заходят не сморкаясь одним пальцем. Что, кстати, стражник немедленно продемонстрировал на личном примере, испугав бродячую шавку, которая путалась под ногами в поисках пропитания. Приезжий посмотрел на собаку и подумал: «И я вот так же брожу по этому миру, как бродячий пес без роду без племени».
Столица была довольно чистой, напоминала чем-то улицы Кракова. Дальше его путь лежал в дом торговца Панфилова, где его ожидала опасная служба охранника. Влад ехал по городу, наслаждаясь свежестью утра. Вышло солнце и осветило стены старинных домов, мостовые, спешащих куда-то людей… Как будто они то ли убегают от смерти, то ли как раз догоняют ее. Все-таки в провинции жизнь как-то спокойнее, благолепнее, думал он – эта суета действовала ему на мозги. Или виной тому все же было вмешательство здоровенного ящера… Влад со стоном потер раскалывающийся затылок.