Чтение онлайн

В предпоследний день после работы помчался в кассу «Аэрофлота». Названия на вывеске осталось прежним, а авиакомпаний стало много. Билет купил без очереди — кому охота лететь осенью на север? Отпускники уже вернулись после отпусков, студенты к учебе приступили, поток пассажиров упал.

Уже с билетом на руках позвонил Бахметьеву.

— Привет, Саш! Билет на руках, завтра вылетаю, рейс 6389.

— Только ты теплую одежду возьми.

— А что, у вас холодно?

— Минус десять, снежок сыплет.

— М-да, не Турция, однако.

— А что ты хотел? Это Урал. Намного севернее и восточнее вас.

— Ладно, договорились, пока!

С погодой Никита явно промахнулся. Ведь в спортивную сумку побросал вещи ежедневные, бритву.

Открыл шкаф, выбрал спортивную меховую куртку, дебелые ботинки на меху с рубчатой подошвой, свитер грубой вязки. Пожалуй, еще перчатки не забыть. Похоже — все.

Проснувшись утром, плотно позавтракал, доев все продукты из холодильника. Рачительно перекрыл краны на входящих трубопроводах с холодной и горячей водой. Не дай бог, протечка случится. Закрыл форточку, оглядел квартиру. Подхватив сумку, отправился на автовокзал. В принципе, добраться до аэропорта в Минводах можно было электричкой, но потом делать пересадку на автобус, а маршрутка идет напрямую.

В аэропорту сразу подошли милиционеры, спросили документы. Никита понял, что лучше пройти билетный контроль и сдать сумку в багаж, спокойно дожидаясь своего рейса. После взрыва в Домодедовском аэропорту досмотр значительно ужесточили, даже заставили снять ремень, часы и туфли.

Наконец прозвучало долгожданное объявление: «Пассажиры рейса 6389 Минводы — Екатеринбург приглашаются к выходу номер два на посадку. Повторяю…»

Пассажиры заторопились в автобус, потом выстроились в очередь к трапу. Можно подумать — мест не хватит. Никита спокойно дождался, когда зайдут все и взбежал по трапу последним.

Третья часть салона была пустой. Но Никита уселся на свое место — 23А, у окна, побеспокоив пассажирку на соседнем кресле. Вылет был поздним, аж в 23–30, лететь предстояло почти всю ночь.

Стюардесса закрыла двери, тягач вывез ТУ-154 на рулежную дорожку. Самолет медленно вырулил на взлетную полосу, двигатели взревели, фюзеляж охватила мелкая дрожь. Пилоты отпустили тормоза, и самолет стал разгоняться. Слегка вдавило в кресло. Колеса шасси постукивали на стыках бетонки все быстрее, последний толчок — и самолет взмыл в небо. Соседка неожиданно ухватилась за руку Никиты.

— Ой, подташнивает! Я так боюсь летать! Извините.

— Ничего страшного. Четыре часа, и мы вновь будем на земле.

Самолет набрал высоту, соседка отпустила руку Никиты. В иллюминаторе, далеко внизу, проплывали ночные огни городов и поселков. Потом самолет поднялся выше туч и смотреть стало не на что — темень сплошная вокруг, даже звезд не видно.

Соседка поискала что-то в сумочке, достала таблетку, проглотила. Никита успел заметить упаковку дедалона — чтобы не укачивало. А она вполне ничего, мельком подумал Никита. Не красавица, но лицо симпатичное, сама стройная.

— Меня Никита зовут, — представился он.

— Настя! — ответила девушка.

— Ну, вот и познакомились. Вы в Екатеринбурге живете?

— Ой, нет.

Девушка улыбнулась, на щеках появились ямочки. Она продолжила:

— У меня бабушка с дедушкой там, навестить решила. Отпуск у меня.

— Да? Представьте, у меня тоже. К сокурснику лечу.

— Почему же один?

Глаза девушки скользнули по рукам Никиты. Ага, смотрит — не окольцован ли? Врачи хирургических специальностей кольца и перстни не носили почти никогда. Правилами это было запрещено: с кольцами на пальцах невозможно добиться стерильной обработки рук. Даже женщины-врачи на работе их снимали.

— Не женат я, не довелось встретить такую девушку, как вы, — пошутил Никита.

Щечки девушки зарумянились от комплимента. Поговорили еще немножко на малозначащие темы вроде погоды. Никита заметил, что девушку клонит в сон. Немудрено — ночь уже, да и лекарство сказывалось. Девушка закрыла глаза, откинула голову на подголовник, задышала ровно. Никита же спать в самолете не любил, достал из небольшой сумки, которую носил на плече и в которой хранились документы и деньги, книгу и стал читать.

Большинство пассажиров уже спали. Сосед сзади так и вовсе храпел, как трактор. Подсветка на потолке давала узкий пучок яркого света.

Книга была по специальности, чисто медицинская, неподготовленный читатель уснул бы на второй странице от обилия медицинских терминов, а Никита увлекся.

Прошел час, другой. Монотонный гул двигателей навевал сон, да и время позднее, сон взял свое. Проснулся он от толчка. Рядом стояла стюардесса, толкала его за плечо.

— Пожалуйста, проснитесь! Кольцово!

— Ой, извините.

Никита посмотрел в иллюминатор. Самолет стоял на земле, поодаль светилась на здании аэропорта надпись «Кольцово». От самолета тянулись к автобусу последние пассажиры.

Никита сунул книгу, лежавшую на коленях, в сумку, быстро поднялся и почти бегом пробежал по салону. Так же быстро спустился по трапу, но автобус уже отошел. Пришлось Никите идти к зданию пешком. Вдобавок у здания его остановила охрана, начали допытывать, почему один, пешком, не на автобусе. Никита предъявил билет, показал на самолет.

— Да я приземлился только что! Уснул, а пассажиры вышли.

Отпустили. Никита бросился искать место, где выдается багаж, потерял в ожидании еще полчаса. Наконец-то выдали багаж. Никита вышел из аэропорта, вдохнул морозного воздуха. И поднялся в автобус. Теперь ему нужно было на железнодорожный вокзал. Предстояло добраться до Першино, что на севере Свердловской области. И ехать далековато, почти четыреста километров.

Пригородный поезд шёл мучительно долго, часто останавливался на полустанках. Никита сначала прикорнул в углу, на полке, да разве днем дадут поспать? Путешествующие шумели, пили водку, пели песни, за стенкой громко плакал ребенок.