Чтение онлайн

Пока в промтоварах я покупаю зубную пасту «Поморин», вроде, болгарскую, зубную щетку убогого вида, но меня радует и эта неказистая вещица после того, чем я пытался чистить зубы в Черноземье. Еще мыло, мочалку, крем для бритья, одеколон «Шипр», за неимением гербовой — пишем на простой. Бритву, которая развинчивается, и пачку лезвий «Спутник», за все отдаю пять сорок, то есть, шесть рублей и не жду сдачу. Судя по реакции взрослой продавщицы с усиками на верхней губе, все правильно делаю.

Отлично. Я возвращаюсь к цивилизации, у меня есть зубная паста и безопасная бритва, чего мне так не хватало в Асторе и остальных местах благословенного Терена.

На первом этаже вижу ювелирный магазин, рядом с продуктовым, а ноги сами меня несут в кафе, где я набираю два вида мороженного по двести граммов, пломбир и крем-брюле, в креманках, два стакана сока, томатный за десять копеек и персиковый за восемнадцать и забираю две последние котлеты с единственным куском хлеба. Даю трешку и получаю полтора рубля сдачи, не заморачиваясь с мелочью, от еще одной симпатичной молодой грузинки.

Наслаждаюсь давно забытым вкусом, сидя за столиком в кафе, смакуя каждую ложечку мороженного, каждый глоток сока. Эх, еще бы пару глоточков кофе и было бы совсем прекрасно.

Я любуюсь видом цивилизации, когда девушка в отделе Соки — Воды залезает на стул, чтобы наполнить колбу с персиковым соком из большой стеклянной трехлитровой банки, которую она прижимает к солидной груди, чтобы не уронить. Длинная юбка не позволяет ничего увидеть, но мне больше и не надо, в Черноземье мини еще тоже не вошло в моду.

Заметив, как я ее разглядываю, девушка краснеет и недовольно смотрит на меня. Да, видок у меня еще тот, нестриженные космы и неопрятная борода снижают к нулю вероятность заинтересованных взглядов прекрасного пола.

А уже хочется и скоро сможется, как продолжу знакомство с бритвой, машинкой для стрижки волос и зубным порошком. Как герой Корнея Чуковского, имя, кстати, придумано самим автором.

Все доев и выпив, я покупаю бутылку Боржоми и пару шоколадок местной фабрики, чтобы иметь запас калорий и воды. Мой термос, теперь уже мой, но, теперь не надолго, пустой и довольно грязный, скоро будет выброшен в мусорную урну.

Уже прилично приодетый, я выхожу в благодушном настроении из универсама, стою в тени деревьев и ищу взглядом вывеску парикмахерской, где собираюсь преобразиться в когда-то знакомого мне по зеркалам Олега Протасова. Кожа лица давно уже отвыкла от бритвы и пены, хочется посетить знакомое учреждение и привести себя в приличный вид.

Слава богу, хоть вшей нет, после всех ночлегов на земле, по кустам и полной антисанитарии.

В Гильдии известна хорошая травка, заваренный настой которой, хоть и заставляет немилосердно чесаться голову, зато избавляет от этой пакости с трех раз, без всякого керосина, неизвестного пока никому в тех местах.

Но тут мне в глаза бросается стенд с местными газетами, смутно знакомый мне со времен Союза. На таких информационных щитах размещали при коммунистах местные и центральные газеты. Чувство острого любопытства, которому я не могу противостоять совсем, несет мои ноги выйти из спасительной тени на ярко освещенную, еще не собирающимся заходить Солнцем, площадь.

Не глядя по сторонам, расслабившись от легкого и вкусного полдника и удачной покупки одежды безо всяких проблем, я иду прямо к информационному щиту.

Мне хочется позарез узнать, какой сегодня день и месяц и главное, какой год?

Я прохожу эти двадцать метров и впиваюсь взглядом в газету. Одна из них на грузинском языке, но, это не главное! Главное — это то, что я вижу фотографию Генсека Брежнева, обнимающего какого-то иностранного, судя по виду мужика в строгом костюме. На груди у нашего лидера мнений пять звезд Героя, но это мне не важно, я ищу русскую версию газеты и нахожу.

18 мая 1982 года, газета свежая, вчерашняя или сегодняшняя, под таким ярким солнцем бумага быстро выгорает.

Да, вот я и прокатился на машине времени и промахнулся мимо своего времени на 38 лет!

Какой жестокий промах! Но, знаний по перелетам в капсуле мне явно не хватило, особой моей вины в этом нет.

Примерно так, а нажал я девятнадцать раз, сдвигая знак назад, получается, что шаг времени не один месяц, а целых два года.

Фантастический промах и пролет по времени!

Это требуется серьезнейше обдумать, хотя, я и так понял, что промахнулся и попал в СССР на излете строительства коммунизма, в такой перезрелый социализм.

В этот крайне волнительный момент моей жизни, когда я начал ощущать себя пылинкой на весах мироздания, я почувствовал внимание, обращенное на меня сзади и вспомнил, что слышал полминуты назад скрип тормозов и гулко хлопнувшую дверь попозже.

Я заметил, что люди в поле моего зрения остановились и заинтересованно смотрят мне за спину, кидая время от времени взгляды и на меня самого. Их оказалось немного, этих людей, я вижу отчетливо троих из них, попавших в поле моего зрения.

— Вот, какой-то песец подкрался незаметно, — понял я и подумал, что не надо было мне привлекать внимание своим видом и странным желанием выйти на площадь, чтобы почитать среди бела дня передовицу газеты «Правда».

Среди бела дня и у всех на глазах! Это грандиозный провал, Штирлиц нервно засмеялся внутри меня.

Точно, здравые люди при исполнении приняли меня за психического больного, сбежавшего из дурки.

Шаги сзади остановились, не дойдя до меня пары метров, и я услышал ожидаемое:

— Сержант Кавсадзе. Предъявите ваш паспорт, — произнесенное с легким акцентом.

Приплыли.

Сразу, да по самому больному месту. Откровенный удар ниже пояса, без всяких правил и никакой соломки не подстелить.

Паспорт я могу и показать, только дальнейшие действия милиционера предсказать нетрудно, возможно даже, что он достанет оружие для задержания такого глупого шпиона и вскоре отдел милиции превратится в очень популярное место. Все органы в республике очень захотят познакомиться с таким гостем из будущего. Именно — гостем, а не гостьей.