Легко!
Шрифт:
– А старые деньги от греха подальше лучше выбрось, – посоветовал новый владелец моего кошелька. – Времена нынче совсем другие, чем десять лет назад.
– Спасибо. Я так и сделаю.
Уже на улице меня остановил женский голос:
– Молодой человек, погодите.
«Опять женщина?! Значит, жди неприятностей. Что на этот раз?» – И я повернулся навстречу новому испытанию. Странно, голос был молодой, а передо мной стояла совсем бабушка.
– Слушаю вас.
– Я собираю старые монеты. Можно мне посмотреть? Если они вам не нужны…
– Конечно, забирайте все.
Однако все ей оказались ни к чему. Старушке по сердцу пришлась только одна – та, где красовался профиль удивительно похожего на Хрумстыча мужчины.
– Эх, замечательный был человек! – Она так тяжело вздохнула, что я не выдержал:
– Почему был? Он и сейчас есть. Правда, не совсем здоров, но это дело поправимое.
– Не надо так шутить, парень. Все знают, что король погиб.
– Ой, простите! – Я поспешил закрыть свою болтливую пасть и тотчас откланялся, ускоряя шаг.
Вот так хочешь облегчить кому-то жизнь и сгоряча не задумываешься, что можешь при этом значительно усложнить ее другому.
Мое поспешное желание ретироваться не осталось без внимания, и через пару секунд перед носом опять возникла старушка:
– Ты его видел? Когда?
Пожалуйста – неприятности не заставили себя долго ждать. Пожилая леди наверняка являлась какой-нибудь ведьмой и теперь уже не отстанет.
– Никого не видел, ничего не знаю, – скороговоркой пробормотал я. – А сейчас простите – спешу.
Ну да, так меня и отпустили! Старушка пристально взглянула мне прямо в глаза и…
Когда сознание вернулось, женщина улыбалась и уже не казалась такой старой, как раньше.
– Извини, что я неласково с тобой обошлась, но для меня это важно. Большое спасибо.
Пожилая незнакомка исчезла так же, как моя девушка из метро. Поэтому я сразу потянулся к зеркалу. На сей раз все обошлось: с серебряного диска мне приветливо улыбался Алексей Рябцев, а не какая-то новая образина.
Пора и в столицу. Сначала на площадь – надо посмотреть на королеву издали, чтобы потом не перепутать ее с кем-нибудь из фрейлин. Зачем беспокоить понапрасну обычных женщин, если мне нужна необычная.
Проблемы начались сразу возле городских ворот. Бдительная стража решила не пропускать бедного путешественника.
– Для проходимцев вроде тебя вход в столицу закрыт, – назидательно заявил усатый стражник. – Откуда мне знать, что ты действительно пришел поглядеть на королеву, а не задумал какого лиха?
– Мне очень хочется увидеть ее величество, – настаивал я.
– А в тюрьму тебе не хочется? А ну, ребята, обыщите этого типа.
В результате обыска на обозрение стражников были представлены: российские монеты и купюры, позаимствованный у ночных разбойников нож, а еще браслет, который я случайно подобрал возле одного из костров, путешествуя от Гранска к Тринстоку. Вещица показалась интересной – стоило мне взять браслет в руки, как он заискрился мелкими огоньками.
– Так ты, брат, еще и шпион?! Иностранные деньги, оружие, амулет чародейский. Хороший у нас сегодня денек выдался.
Меня привели в небольшую комнату. Прямо передо мной через прямоугольный стол в кресле сидел человек. Смутные контуры фигуры могли принадлежать и мужчине и женщине, он или она не спешил выходить на слабый свет, пробивавшийся из узкого окошка под самым потолком. Может, у него экзема на лице и он стесняется? А может, сглаза боится. Впрочем, какое мне дело?
– Твои вещи? – Голос допрашивающего отличался необычайной сухостью.
На сколоченной из грубых досок столешнице находились аккуратно сложенные банковские билеты Российской Федерации, пятирублевая монета (остальные куда-то исчезли) и нож. Чуть в стороне, ближе к незнакомцу, переливался огоньками браслет.
– Не-а, второй раз вижу. Первый был, когда мужики на входе показали, – пришлось прикинуться дурачком и сочинять на ходу.
– Как они у тебя оказались?
– Их в одежде нашли.
– В твоей?
– Не. В моей отродясь карманов не было.
– А это что? – Он указал на вывернутые карманы моих брюк.
– Карманы, – ответил я.
– А говоришь – не было.
– Так то в моей робе не было.
– А это чья?! – Все-таки вышел из себя невозмутимый вначале следователь.
– Откуда я могу знать? – Мне показалось, что он уже начинает сожалеть о том, что связался с недалеким задержанным.
– Но она же на тебе!
– А-а-а, – протянул я, словно сделал невероятное открытие, и почесал голову. – Ну и что?
– Если одежда на тебе – не твоя, значит, ты ее украл?
– А вот и не угадали! – Улыбка на моем лице должна была продемонстрировать невидимому собеседнику неописуемый восторг идиота.
– Тогда откуда же ты ее взял?! – Мужик начинал терять терпение.
– Так… это… старушка добрая предложила поменяться. Сказала, что в моей одежде к Зюрюнграду не подпустят. Я поглядел – ее одежда краше моей будет. Вот и согласился. Отколь мне ведать, что в штанах еще и карманы есть?
– Опиши старуху.
Я коряво нарисовал портрет той колдуньи, которую встретил возле пивной.
– Где ты ее видел? – На этот раз в вопросе дознавателя звучал неподдельный интерес.
– Да неподалеку отсель. У пивной.
Мужик задумался. Через минуту из тени показалась его рука и легла возле браслета.
– Ты что-нибудь слышал про оборотный амулет? – спросил он изменившимся голосом. Сухость речи куда-то исчезла, сменившись мягкой вкрадчивой интонацией.
– Чего?
– Понятно. Тогда не мог бы ты подарить мне вот этот браслетик? – Указательный палец следователя остановился в миллиметре от сверкающего предмета.
– Да забирайте хоть все, господин хороший. Мне же ничего не жалко.
– Зачем же все? Мы не грабители. Даришь?