Чтение онлайн

Через четыре дня после победы Крылатого Шута в Монте-Карло-19 Рональде и Гаспари снарядили частный космический лайнер в старинный знойный торговый центр Гаскар на Орионе Альфы/1, маленьком спутнике, кружившем на орбите звезды, исторически известной как Бетельгейзе. После короткого перемещения из космодрома на борту скрипучей развалины, выданной за лимузин на воздушной подушке, спутники высадились в тесном узком каньоне улицы, от вони которой Ренальдо сразу затошнило. Утирая лоб — жара и влажность тотчас же погубили лондонский костюм графа с системой кондиционирования воздуха, Ренальдо раздраженно посмотрел на Гаспари и покачал головой.

— Неужели в этом была такая уж необходимость? — спросил граф, приподнимая пристегнутый к руке тяжелый кейс. — Знаете, я вовсе не чувствую себя в безопасности, особенно если учесть, что наши телохранители остались на космодроме.

Гаспари лишь пожал плечами. Мимо в обоих направлениях спешили люди в необычных — и вонючих — одеждах. Некоторые прохожие даже тащили на веревках животных.

— По-моему, вы прибыли, чтобы приобрести определенный редкий камень, мой друг, — заметил Гаспари. — Ну а все остальное входит в стоимость.

— За такую стоимость могли бы и доставить его мне, — проворчал Ренальдо, промокая лоб уже мокрым носовым платком.

— Мы раз десять это обсуждали, Ренальдо, — не скрывая досады, напомнил Гаспари. — Вы отлично знаете, что это зависит не от меня.

Качая головой, он сверился с маленькой карточкой и зашагал по заполненной прохожими улице.

— Идите за мной, и все кончится быстро. По обеим сторонам зловонной улочки располагались ряды балконов и ярко раскрашенных резных башенок. Двое мужчин пробивали дорогу к низенькой стрельчатой арке в белой оштукатуренной стене. Как раз над нею виднелась цифра девять.

— Не отставайте, — скомандовал Гаспари. — Офис Веланти должен быть наверху.

Стиснув зубы, Ренальдо следом за Гаспари миновал три бесконечных пролета узкой лестницы, слабо освещенной лишь «вечными» лампами. Наконец спутники вошли в грязноватый холл с оштукатуренными стенами и скрипучим дощатым полом. Пробравшись в дальний конец, туда, где из единственной открытой двери пробивался тусклый свет, Ренальдо и Гаспари вошли в маленькое помещение без окон, щедро увешенное древними с виду гобеленами, золотыми цепями и тусклыми светильниками. Пол покрывал толстый ковер, в застоявшемся воздухе пахло ароматическими сигаретами и фимиамом. Дальнюю стену комнаты занимал огромный, очевидно, бесценный старинный письменный стол, украшенный изящной жанровой резьбой по слоновой кости. За столом, спиной к висевшему на стене ковру, сидели трое бородатых мужчин в белых, скорее всего снабженных кондиционерами мантиях.

Те двое, что располагались по краям, держали в руках грозного вида бластеры. Ренальдо, задыхающемуся и трясущемуся после недавнего путешествия, темные бородатые лица и холодные глаза показались даже страшнее оружия. Один из обитателей комнаты безмятежно сидел, сложив руки над резной шкатулочкой — без сомнения, это был Веланти. Его худое лицо окаймляли длинные черные волосы.

Зоркие, близко посаженные глаза разглядывали графа так же пристально, как покупатель разглядывает выставленного на торгах грифона. Для Ренальдо Веланти представлял собой типичного чужака, из тех, что раздражали графа своим «неземным» поведением.

— Вы Садир, Первый граф Ренальдо? — спросил гаскарианец, искривив тонкие бесцветные губы.

Бросив взгляд на Гаспари, Ренальдо поежился, несмотря на духоту, и проглотил внезапно возникший в горле огромный ком.

— Да, я… Ренальдо, — произнес граф, вдруг почувствовав себя очень одиноким. Веланти молча смотрел на него.

— Вы вспотели, Садир, Первый граф Ренальдо, — бесстрастным тоном отметил он, как будто изучал какое-то редкое животное.

Ренальдо заскрипел зубами от досады.

— Разумеется, я вспотел, болван! — прорычал он, чувствуя, как по спине течет пот. — Такая жара!..

Ничем не выдав своих чувств, Веланти в задумчивости погладил подбородок.

— Вам следует покупать костюмы здесь, Садир, — через некоторое время произнес он. — Очевидно, система кондиционирования в вашем костюме не справляется с охлаждением тучного тела.

Ренальдо почувствовал, как его щеки загорелись, хотя он и так страдал от жары.

— Черт бы вас побрал, Веланти, хватит! — взорвался граф.

Гаскарианец внимательно разглядывал ногти правой руки.

— Ваши черти и боги — если они у вас действительно есть — не имеют надо мной власти. Впрочем, ваши плохие манеры уже возымели свое действие.

Голова Ренальдо дернулась. Он открыл было рот, чтобы возразить, но почувствовал, как его предостерегающе схватили за руку.

— Довольно, мой друг, — прошептал Гаспари, — если не хотите заплатить за свой камень еще больше.

— Я не обязан терпеть от этого чужака…

— Ренальдо, не будьте идиотом, — процедил Гаспари сквозь стиснутые зубы. — До вас еще не дошло, что эти так называемые чужаки — единственные в комнате, у кого есть оружие?

— Следует предположить, — добавил Веланти, кивая графу, — что в вашем кейсе находится та сумма, которую я требовал наличными?

— О Господи, — пробормотал тот, уяснив для себя положение, в которое попал.

Ренальдо посмотрел на двоих мужчин, между которыми сидел Веланти. Ни один из них не пошевелился, однако их холодные взгляды красноречиво говорили о том, что граф не хотел бы услышать. Он содрогнулся — фактически Веланти уже завладел деньгами. И только от его терпения будет зависеть теперь, отдаст он звездный огонь или нет. Здесь, в относительно бесправной группе Ориона, этот человек мог легко оставить себе и драгоценность, и деньги, а Ренальдо — просто «исчезнуть». Его грудь пронзил холодный страх.

— Отто Гаспари, — пропищал Ренальдо, так как его горло перехватило от волнения, — вы тоже замешаны в этом… сговоре?

За аристократа ответил Веланти:

— Ваш друг Гаспари не замешан ни в каком сговоре, Садир. Я лично подтверждаю его честность. Впервые за все время он улыбнулся.

— Впрочем, — уже серьезно продолжал Веланти, — думаю, вы пришли к совершенно верному выводу. Если я захочу, скажем так, лишить вас жизни здесь и сейчас, то завладею и драгоценностью, и вашими деньгами. В этом случае лорд Гаспари, разумеется, получит причитающиеся ему комиссионные. Он улыбнулся. — Соглашение пытаетесь сорвать только вы — своими оскорблениями.