Чтение онлайн

и обгородили его дамбами.

В котловане стоит здание станции — все в лесах,

в железе. Над ним по эстакаде ходят шесть порталь-

ных кранов. От здания до Ангары протянулась чуть не

на километр уже насыпанная земляная плотина, на

которой мы сидим. Как только здание достроят, дамбы

разрушат — и вода хлынет в овраг-котлован, затопит

56

все. Тогда плотину досыплют до того берега, запрудят

Ангару — и она пойдет через станцию, начнет затоп-

лять долину, поднимется до гребня плотины на три-

дцать метров. Будет море…

Море в центре Сибири…

Я, поневоле взволнованный, стоял, смотрел — и

впервые по-настоящему начинал постигать смысл тех

удивительных преобразований, о которых я не раз чи-

тал, слышал и все равно не особенно разбирался в них.

Стройки, гидростанции, новые железные дороги, добро-

вольцы, едущие на целину и в Сибирь… Ветер беспо-

57

койства, захватывающий все и вся, ветер продолжаю-

щейся эры великих дел и великих открытий!

Кто же это выдумал: «каторжная Сибирь»? Тер-

мин из музея! Это же по недомыслию, из-за негодных

когда-то средств передвижения! А теперь, когда Си-

бирь стала близкой и проходимой, в ней началось та-

кое, чего Европа и не видела, о чем и не мечтала. Ста-

рая, тесная, обжитая и позастроенная Европа… Тут,

на целинных просторах, рубят сразу, огромными

ударами, вот как здесь. А ведь это действительно

здорово!

На плотине было пустынно и относительно тихо;

шумы и звоны неслись снизу, завывание шагающих.

Прилетела длиннохвостая серая птичка, села на ка-

мешек и разглядывала нас, вертя головкой.

— Плисточка,— ласково сказал Ленька. Он был

такой смешной: раскорячился на песке, зажав в руке

ботинок, мощный, неуклюжий, с боксерской физионо-

мией и ласковым голосом.— Плисточка… Ах ты, глу-

пунька моя! Интересно тебе, да? Ну, что смотришь?..

Они тут часто летают. Все звери и птицы ушли, а

плисточки — нет. Припорхнет к тебе на арматуру, ся-

дет и смотрит: а что это такое люди делают? Хоро-

шая пташка… А в общем, Толя, ты идешь ко мне

бригаду.

— Что?

— А что? Не нравится тебе у нас, да? Эх ты, голо-

ва! Что там, на Братской-то, делать? Все туда и туда

прут, один на одном уже сидят. Да мы туда еще успе-

ем! Вот тут дела! Ангару скоро прудить будем. Быст-

ра она, сильна — во что будет! Оставайся, право,

наивный ты человек. Запрудим — поедем вместе на

Братскую! Там еще ничего нет, лес рубят, а здесь са-

мое главное. Пошли! Пошли ко мне в бригаду! Вместе

жить будем!

58

— Слушай, да я же не умею и топор в руках дер-

жать…

— Научу! Чучело, пошли! Во-он наш блок! Ви-

дишь, вон стучат. Вот там и я буду ночью стучать:

стук-стук, швяк-швяк, га-а-а!

— Ты, Ленька, в самом деле влюблен в стройку,

как в девушку.

— Больше. Ты же ничего не понимаешь… Вона,

взгляни, дома, которые я строил. Я же тут с первого

дня. Сарай стоял, ты понимаешь?.. Весь лес, вся опа-

лубка через эти руки… А-а! Идешь в бригаду или нет?

А то сейчас полетишь у меня вниз!

Я действительно полетел, подталкиваемый им;

опять набрали полные ботинки песка, но уже не вы-

тряхивали. Ленька буквально внес меня в дом управ-

ления ГЭС, прямо к главному инженеру.

— Но постой, как же так сразу!.. Я же…

— Молчи!.. Инженер!

Он прямо обратился к инженеру, принялся распи-

сывать, что бригаде нужны люди, а я вот из Москвы,

со средним образованием, горю желанием, только что

приехал, и прочее, и прочее…

Инженер, занятый делами, улыбнулся, бегло взгля-

нул на меня:

— Сейчас, Леня, позарез нужны не плотники, а

бетонщики. Четвертый участок, бригада бетонщиков

Москаленко. Если согласны, черкните заявление.

Как во сне, под диктовку Леонида я тут же напи-

сал: «Прошу оформить меня…» Инженер махнул на

уголке: «Не возражаю»,— и мы вылетели. Что-то еще

заполнили в отделе кадров — без волокиты, без ожи-

дания, молниеносно.

— Вот бумажка, по ней вас поселят. На работу

с понедельника, во вторую смену. Получите спе-

цовку.

59

Мы вышли из конторы, и только сейчас я раскрыл

рот. Как? Уже я на работе?.. А Братская ГЭС?

— Говорю же тебе, мы туда еще попадем! — ра-

достно заорал мне на ухо Ленька.— Танцуй, наивный

человек, дуракам везет: ты знаешь, что такое бригада

Москаленко? Это самая передовая бригада. У них же

знамя полгода, никому не отдают!

— Ленька! Но я понятия не имею, что такое бетон!

— Да научишься же, горе ты мое! Не боги горшки

обжигают. Раз берут без всяких, значит позарез нуж-

ны. В два счета научишься. У тебя же, москвич, сред-

нее образование! Пойми! Да я только Москаленчихе те-

бя и отдаю — в другую бы ни за что! Вишь, инженер

как схватился: сразу в лучшую бригаду. Я для себя

тебя обрабатывал… Ладно, все равно ты мой крестник,

уже двенадцатый!