Чтение онлайн

– Кого?

– Льюиса! – сквозь смех выдавил из себя Паркер. – Лучший карманник района решил обокрасть детектива!

– Ошибся, – буркнул Льюис и снова погрузился в угрюмое молчание.

– Ты сильно ошибся, дружище, – проговорил Паркер.

– Не узнал со спины.

– Теперь, дружище, ты отдохнешь за решеткой, – сказал Паркер. – Пойду оформлю его, пока он не спер бумажник у Мейера.

– Ничего смешного в этом нет, – уходя заявил Льюис.

– А по-моему, очень смешно, – бросил ему вслед Мейер.

В этот момент на пороге следственного отдела появился человек и на плохом английском спросил, не говорит ли тут кто-нибудь по-итальянски. Карелла сказал, что он говорит по-итальянски, и пригласил человека к своему столу. Тот поблагодарил, сел, пристроил шляпу на коленях и приступил к своей истории. Оказалось, что кто-то подбрасывает мусор в его автомобиль.

– Rifiuti? [6] – спросил Карелла.

– Si, rifiuti, – подтвердил человек.

По его словам, кто-то всю неделю по ночам регулярно открывал его машину и высыпал мусор на переднее сиденье. Какой мусор? Пустые консервные банки, остатки еды, яблочную кожуру, кофейную гущу... И прямо на переднее сиденье.

– Perche non lo chiude a chiave? [7] – спросил Карелла. Человек пояснил, что запирает машину на ночь, но это не помогает, потому что quello porco [8] сломала боковое окошко и теперь спокойно отпирает дверцу изнутри, чтобы делать свое грязное дело. Поэтому не имеет значения, запирает он машину на ночь или нет: негодяй приспособил его машину под мусорный бак, отчего та стала уже вонять.

Карелла спросил, не подозревает ли он кого-нибудь?

– Нет, – ответил человек. – Я не знаю никого, кто был бы способен на подобную гадость.

– Может, кто-нибудь затаил на вас злобу? – спросил Карелла.

– Это исключено, – ответил человек. – Меня все любят и уважают.

– Что ж, – кивнул Карелла, – мы пришлем нашего сотрудника.

– Per piacere [9] , – сказал человек, пожал Карелле руку и, надев шляпу, удалился.

Было 10.33.

В 10.35 Мейер позвонил Раулю Шабриеру, минуты три проговорил с очаровательной Бернис, и она соединила его с заместителем прокурора.

– Привет, Ролли, – сказал Мейер. – Что-нибудь выяснил?

– Насчет чего?

– Насчет книги.

– Ах да!

– Забыл, – мрачно констатировал Мейер.

– Послушай, – сказал Шабриер, – тебе никогда не приходилось заниматься двумя делами одновременно?

– Никогда в жизни.

– Поверь мне, это нелегко. По одному делу я изучаю юридическую литературу, по другому составляю заключение. А ты хочешь, чтобы я занимался еще каким-то романом.

– Ну что ж, в таком случае... – начал Мейер.

– Знаю, знаю, – перебил его Шабриер. – Я обещал.

– Если ты не можешь...

– Я все сделаю. Обещаю тебе, Мейер. Я никогда не нарушаю обещаний. Как называется эта книга?

– "Мейер Мейер", – сказал Мейер.

– Ну конечно! «Мейер Мейер». Я с ней сейчас же разберусь. И сразу позвоню тебе. Бернис! – крикнул он. – Запиши, что я должен позвонить Мейеру.

– Когда позвонишь? – спросил Мейер.

Было 10.39.

Без пяти одиннадцать высокий блондин со слуховым аппаратом и картонной коробкой в руках вошел в почтовое отделение на Хай-стрит. Он подошел к окошечку и протянул служащему картонку. В ней было сто запечатанных конвертов с марками.

– Это все городская корреспонденция? – спросил служащий.

– Да.

– Марки на всех конвертах?

– Да.

– Отлично, – сказал служащий и высыпал содержимое коробки на стол. Глухой ждал. В 11.00 служащий стал штемпелевать конверты.

Когда Глухой вернулся, Рошель встретила его у дверей.

– Отправил свои бумажонки? – спросила она.

– Отправил, – ответил Глухой и улыбнулся.

Джон Портной был непреклонен.

– Никаких полицейских в моем ателье! – заявил он безапелляционным тоном.

Карелла подробно объяснил, что полиции стало известно о готовящемся нападении на его ателье. И хотя это должно было случиться вечером в пятницу, лейтенант решил оставить двух детективов в задней комнате ателье с сегодняшнего вечера – вдруг преступники изменят план. Карелла уверял Джона Портного, что он и его напарник будут сидеть за портьерой тихо как мыши и начнут действовать, только если нападут грабители.

«Lei ё pazzo!» – сказал Джон Портной, что по-итальянски означало «Вы сошли с ума!». После этого Карелла перешел на итальянский, который хорошо знал в детстве, но в последние годы слегка подзабыл из-за отсутствия практики. Возможность поболтать по-итальянски ему выпадала нечасто. Например, когда пришел владелец машины, в которую кто-то подбрасывал мусор, или теперь, когда их послали охранять ателье. То, что Карелла знал итальянский, произвело на Джона Портного благоприятное впечатление, и он сменил гнев на милость.

Однажды Джон Портной написал письмо в редакцию популярного телесериала. Он пожаловался, что многие итальянцы в нем выставлены мошенниками, и сообщил, что в его семье семьдесят четыре человека, все они живут в Соединенных Штатах, причем большую часть жизни провели в этом городе, но среди них нет ни одного, кто хоть раз нарушил бы закон. Все они честные труженики. Джон Портной получил ответ, в котором говорилось, что в сериале не все мошенники – итальянцы, среди отрицательных персонажей есть и ирландцы, и евреи. Это не убедило Джона Портного. Он прекрасно понимал разницу между утверждениями: не все итальянцы – мошенники и не все мошенники – итальянцы. Поэтому Джон обрадовался, что один из детективов, расположившихся за портьерой в задней комнате, был итальянцем. К сожалению, второй, коротыш, был кем угодно, только не итальянцем.

Дела у Джона Портного шли неплохо, хотя Карелла сомневался, что его недельная выручка достигает четырехсот долларов, как предполагали Калуччи и Ла Бреска. Карелла не мог взять в толк, почему эта парочка решила пойти на такой риск: провал сулил им срок от десяти до тридцати лет. Столько дают за ограбление первой степени. Даже если они получат минимальный срок и через три с половиной года будут помилованы, то их прибыль составит около ста пятнадцати долларов – жалкие крохи для уважающего себя профессионала.