Чтение онлайн

— Ja, — сказал Ули. — Но как возбудитель попал на кожу? Ведь люди у полыньи были в полярных костюмах.

— А вы подумайте.

Ули отвел взгляд:

— Значит, заражение произошло, когда они были без костюмов. На станции. А раз они погибли у полыньи…

— Правильно!

Хэнли, сцепив руки на макушке, медленно двинулась между вещами.

— Где-то здесь я видела… — бормотала она, ощущая, как адреналин переполняет кровеносную систему, а сердце бешено колотится.

Ули шел сзади.

— Что нужно использовать, прежде чем надеть полярный костюм или поливиниловые перчатки? — спросила Хэнли. Она обернулась к Ули и ответила: — Тальк!

Хэнли нашла банку, этикетка на которой гласила: «Безопасно для детей». Исходя из места обнаружения, Ди пометила ее как принадлежащую Анни Баскомб. Банка значилась триста двадцать девятой в списке на проверку.

Ули реквизировал у кого-то холодильник для напитков. Хэнли соорудила из платяных вешалок некое подобие щипцов, выставила Ули из комнаты, облачилась в «Тивек» и противогаз, с огромным трудом подцепила банку, поместила ее в холодильник и заклеила изолентой крышку. Сняв защитную экипировку, она позвала Ули.

— Какая здесь температура? — спросила Хэнли.

Не знаю, — отозвался ассистент. — Наверное, шестьдесят градусов по Фаренгейту.

— К сожалению, мы не знаем, при какой температуре активируется возбудитель. Нужно выставить его при случае на мороз.

А лучше отправить в скважину.

— Ja, ja. — Ули закивал и наклеил на холодильник большой знак биологической опасности.

— Прошу вас пока никому не сообщать о находке, — сказала Хэнли.

Ули в недоумении заморгал.

Хэнли быстро заговорила. Ее разум и интуиция в один миг обострились.

— Думаю, наиболее вероятно такое развитие событий. Кто-то добыл водоросли из озера или из здешнего бака и заморозил. Затем он раскрошил растение и подсыпал в тальк. Пугающе просто!

— А как возбудитель пробрался на подводную лодку?

— Разумеется, с Таракановой.

Она оставила полярный костюм и шлем в полевом лагере, ведь дорогостоящая одежда принадлежит станции «Трюдо». Однако трикотажное белье, обсыпанное тальком, не сняла: холодно, просто натянула поверх комбинезон или что там у нее было. Она не успела вспотеть, поэтому микробы не проснулись.

— Похоже на то.

— В каюте Тараканова полностью сняла одежду. Немеров говорит, что содержание кислорода на субмарине выше, чем на поверхности земли. Думаю, теплая, искусственно обогащенная атмосфера стала катализатором для заразы. Тараканова встряхнула трикотаж, тальк попал в систему обеспечения воздухом и распространился по всей лодке, — догадался Ули.

Хэнли тронула его за локоть.

— Нужно опечатать лабораторию Саймона Кинга. Даже если мы уничтожим тальк, тот, кто намерен повторить эксперимент…

— Просто посетит корпус, где хранятся образцы.

— Правильно. За работу. Костюмы биологической защиты, латексные перчатки, респираторы.

— Хорошо.

— Утром поговорю с Верно и Маккензи — пусть обеспечат охрану скважины. И попрошу Джека замуровать отверстие. А пока никому ни слова.

— Есть!

Хэнли вышла из лаборатории и обратилась к Немерову, стоявшему у дверей на страже:

— Капитан, не могли вы с адмиралом постеречь владения Саймона Кинга?

А как же вы? — спросил Немеров. — Оставить оружие Ули, чтобы он вас защищал?

Хэнли благодарно улыбнулась:

— Не надо. Если кто-то захочет меня отравить, никакое оружие его не остановит.

Немеров козырнул и удалился.

Хэнли вернулась к Ули. «Чтобы меня защитить, подумала мельком, — следует превратиться в няньку: опробовать всю мою еду и трогать все, к чему я собираюсь прикоснуться, от одежды до мыла и парфюмерии». Она вновь улыбнулась, на сей раз грустно, вспомнив, как Ди выпрашивала у нее губную помаду. И вдруг…

Улыбка растаяла. Хэнли осенило: если жертвой покушения была она, а не Ди, то подругу погубил какой-то предмет, которым они пользовались сообща. Сигареты? Нет… Хэнли нащупала и рванула прямоугольный пластырь, прилепленный к шее.

— Сукин сын! — воскликнула она.

— Что случилось? — вздрогнул Ули.

— Я знаю, каким образом отравили Ди.

— Каким? На станции тальк не в ходу.

— Вот! — Хэнли бросила на пол липкий комок. — Никотиновый пластырь. Невероятно действенная система доставки лекарства в организм. Отравлены все пластинки в моей аптечке, бьюсь об заклад. Должно быть, Ди недавно позаимствовала пластырь у меня.

Отужинав, пришла Кийоми. Хэнли попросила ее облачиться в «Каспер» и поместить в пакет упаковку никотиновых пластырей.

— Ули вам покажет, где они лежат. Не хочу, чтобы вы в одиночку заходили в мою комнату.

Может, это и паранойя, но береженого Бог бережет.

Кийоми кивнула и вышла в сопровождении немца.

Спустя несколько минут Ули вырос на пороге лаборатории.

— Что случилось?

— Не со мной. С Джеком. Он во дворе, где мы летом принимаем солнечные ванны. Сразу за внешним подъездным путем. Взгляните.

Ули провел Хэнли в нишу, выходящую окнами на двор.

Джек Нимит был одет в анорак. [37] Капюшон из густого меха покрывал голову. Из крупных камней Джек сложил две опоры и соединил их пластиной. Теперь на пластине он возводил пирамиду из камней поменьше. Щеки и брови Нимита заиндевели.

Сколько времени он там находится? — спросила Хэнли. — И что сооружает?

— Он строит инуксук.

— Что?

— Памятник.

— Кому?