Ледяная королева

ПРОЛОГ

Эльзира

На шестнадцатом году жизни…

Снежинки тихо падали, холодя лицо, пока мы с Янной ждали, когда отец поцелует нас на прощание. Янна ерзала, как всегда готовая проказничать, но я держала ее рядом, чуть сжав плечо. Отец спокойно наставлял Око Белых Камней. Его мощный голос доносился и до меня, я даже слышала обрывки команд.

«Защитите их любой ценой».

«Охраняйте северные Ледяные земли от жителей южных, западных и восточных королевств».

«Те, кто потерпит неудачу, заплатят своими жизнями».

Наконец, отец закончил и подошел к нам. Он был высоким с невероятно светлой кожей и белыми волосами. Его глаза напоминали голубые камни, какие носила Плириенн, его жена и мать Янны. Она уже успела поцеловать свою дочь на прощание и заставила себя улыбнуться мне. Я знала, что отец любил Плириенн, только она, к сожалению, не любила меня. Я уже давно перестала надеяться на материнскую ласку с ее стороны. Однако Янна завладела моим сердцем. Может, она была мне и сводной сестрой, но стала буквально всем.

— Янна, — произнес отец, раскрыв объятия.

В свои восемь лет она едва доставала ему до середины живота. Отец легко поднял Янну и прижал к себе. Я почувствовала в груди укол боли, очень скучая по тем дням, когда отец брал меня на руки и носил по дворцу. Однако я больше не была ребенком. Я достигла женской зрелости, как только мое тело стало кровоточить. Теперь каждые тридцать дней мне напоминали, что я женщина. Часто эти напоминания были мучительны.

Отец прошептал Янне что-то такое, из-за чего она захихикала. В конце концов, Янна вырвалась из его рук и побежала обратно в замок. Ее длинная темно-коричневая коса подпрыгивала у нее за спиной. Как только сестра забежала внутрь, отец хмуро посмотрел на меня.

Я по-королевски вздернула подбородок, как обычно Плириенн, поскольку видела, что отец всегда улыбался, когда она так делала. Однако мне он не улыбнулся. Его брови сошлись на переносице, когда отец поднял руку и погладил меня по щеке.

— Прелестная Эльзира, — мягко произнес он. — Ты выглядишь точно так же, как твоя мать в тот день, когда я ее встретил.

Чувство потери когтями сдавило сердце. Не проходило ни дня, чтобы я не тосковала по матери. Она подхватила болезнь, совершенно ее ослабившую. Мы наблюдали, как мама умирала у нас на глазах. Болезнь забирала ее мучительно медленно.

— Благодарю, отец.

— Если я не вернусь… — он поджал губы.

— Отец! — воскликнула я.

Он резко махнул рукой, рассекая воздух, чем заставил меня замолчать.

— Достаточно, сердце мое. Я должен кое-что сказать тебе. Эти слова ты обязана запомнить.

Я боролась со слезами, грозящими пролиться на щеки. Отец счел бы их слабостью, потому я моргнула пару раз, чтобы быстро очистить взор.

— Говори.

— Если мы не вернемся, это королевство перейдет тебе. Забота о сестре будет твоим долгом. Жители северных Ледяных земель назовут тебя своей королевой. Око будет подчиняться твоим командам. Ты станешь Карателем Проклятых.

Я содрогнулась, подумав о Проклятых. Их безумные крики и клацанье зубов проникали даже в мой сон, лишая чувства защищенности. Проклятыми становились изгнанники других королевств, вынужденные голодать. Их гнали в Экваторию — бесплодную пустошь, разделявшую четыре сильнейших королевства. Когда Проклятые окончательно сходили там с ума, и их сознание полностью затуманивало безумие, вулки — люди южного Королевства Вулканов — гнали созданий на наши земли, надеясь уничтожить. Однако Проклятые, казалось, не чувствовали холода. У них отваливались уши, а также пальцы на ногах и руках, но они продолжали наступать. Проклятые обрушивались на наши земли лишь затем, чтобы быть убитыми Оком. Я видела, как наши воины окрашивали снег в красный цвет, перерезая их алмазными клинками.

Отцу нравилось быть Карателем Проклятых. Я видела ликование, мерцавшее в его глазах после охоты. Однако я ужасно боялась этих созданий. Мысль о том, чтобы бежать за ними по сугробам, заставила содрогнуться.

Почувствовав мое состояние, отец хмуро посмотрел на меня.

— Ты не можешь быть слабой, сердце мое. Это наше наследие. Я рассчитываю на тебя в свое отсутствие. А если меня больше не будет рядом, на тебя станет рассчитывать твоя сестра. Поклянись, что станешь править этими землями алмазным кулаком.

Слеза все-таки скатилась по щеке, тут же замерзая.

— Я обещаю, отец.

Он смахнул образовавшуюся льдинку и улыбнулся.

— Доверься своим инстинктам. Доверяй лишь себе. И царящему внутри тебя холоду.

Он выдохнул струю горячего воздуха, и тут же заморозил его, взмахнув рукой. Дар, который он с такой гордостью демонстрировал, не передался ни одной из его дочерей. Я пыталась сделать хоть что-то из того, что он мог, сколько себя помнила. Отец протянул мне облако замерзшего воздуха. Оно блестело в приглушенном дневном свете. Такое красивое. Я взяла его руками в перчатках и принялась любоваться крошечными белыми линиями, украшавшими матовый лед.

— Доверься своему дару. Он живет где-то внутри тебя. Придет день, ты найдешь его и сможешь использовать. Никогда не бойся этого делать.

Он поцеловал меня в макушку и развернулся на каблуках, больше не сказав ни слова. Со слезами на глазах я смотрела, как он забирался в карету, где его уже ждала моя мачеха. Через неделю они будут на побережье и поплывут к восточным землям, именуемым Водными путями — родине Плириенн — чтобы навестить ее отца.

Боковым зрением я заметила, как двинулось что-то белое. Око было повсюду. Я мельком глянула на мужчину в белой одежде и снова стала наблюдать за тем, как отдалялся мой отец.

— Мы сбережем тебя, — донесся до меня знакомый голос, на меня пристально смотрели ярко-зеленые глаза. Этого человека из армии отца я хорошо знала. Кэвон. Сын одного из самых преданных людей отца, Торриди.

— Большое спасибо, Кэвон, — мягко проговорила я ему, отчаянно надеясь скрыть печаль в своем голосе.

Вой одного из Проклятых раздался где-то вдалеке, заставив меня вздрогнуть от ужаса.

Подарок отца выскользнул из рук и разбился у моих ног.

В этот миг мое сердце тоже разбилось, ведь я вдруг почувствовала, что отец уже не вернется.