Чтение онлайн

— Надеюсь, он тогда перестанет думать и говорить об отце, — негромко сказала Изабелла и содрогнулась.

Мортимер привлек ее к себе и заключил в объятия.

— Перестаньте и вы, моя любовь. Думайте о ближайшем будущем. Скоро приедет Филиппа. Мы устроим королевскую свадьбу, а там… пойдут дети… вы станете прелестной молодой бабушкой.

— Мне не очень нравится последнее слово, — заметила она.

— Прелестной и молодой… — повторил он в угоду Изабелле.

Адам Орлтон, епископ Гирфордский, стоял перед королем.

Этот человек всегда был врагом его отца и преданным слугой его матери. Проницательный, находчивый, умный, он в свое время быстро раскусил короля Эдуарда II, понял, что тот станет нестерпим как для знати, так и для простого люда, и переметнулся на сторону королевы.

Это благодаря ему Роджер де Мортимер сумел бежать из Тауэра, куда был заточен королем, это он нашел в Лондоне верных людей, которые не побоялись снабдить беглеца всем необходимым — лошадьми, лодкой, едой. Если бы королева Изабелла не доверилась тогда епископу, побег провалился бы и судьба страны, судьба сына и ее собственная были бы совершенно иными.

Когда королева вернулась из Франции во главе армии и с ней вместе ее сын и Роджер де Мортимер, епископ Гирфордский продолжил свое служение ей и ее любовнику.

Эдуард уже немало слышал хорошего об этом человеке, который сейчас отвесил ему почтительный поклон.

— Пожалуйста, садитесь, — вырвалось у Эдуарда.

Ему было неловко, что он сидит, а почтенный муж стоит перед ним, склонив голову. Но он понимал, что следует переступать через подобные ощущения, ибо он король. И мысленно дал себе слово исправиться как можно скорее.

— Милорд епископ, — продолжил он, — я желаю, чтобы вы немедленно отправились ко двору графа Эно. У него четыре дочери, и одну из них я избрал себе в жены.

Как непривычно звучит для него это слово, но и оно вскоре станет таким же привычным, как и то, что он имеет право сидеть, когда все стоят перед ним.

— Я без промедления выполню ваше приказание, милорд, — невозмутимо ответил епископ.

— Представьтесь графу, передайте наши благие пожелания… — Кажется, он правильно говорит? Королю так и нужно выражать свои мысли?.. — Передайте наше благорасположение и скажите, с каким поручением прибыли. Он примет вас с почетом. Он сам желает этого брака.

— Иначе и быть не может, — заметил епископ. — У него, я слышал, четыре дочери. Вы, разумеется, берете старшую…

— О нет! Нет, милорд! Я уже выбрал будущую королеву Англии, и это не Маргарет, а вторая дочь. Ее имя Филиппа. Запомните это!

Епископ позволил себе слегка улыбнуться.

— Понимаю, милорд.

— И когда вам будет предложен выбор, он должен пасть на… Вы понимаете?

— Вполне. Он падет на ту, которую зовут Филиппа, мой король.

— Надеюсь, я могу на вас положиться, Адам?

Епископ опять улыбнулся.

— Представляю, какие кары могут обрушиться на меня, милорд, если я вернусь с известием, что выбрал не ту невесту.

— Да, это может стоить вам головы.

Король произнес это как бы шутя, но епископ почувствовал легкую дрожь и по его спине пробежали мурашки… Кто их знает, этих Плантагенетов? Предки юноши, начиная с короля Генриха II, не отличались особой добротой и терпимостью. Что, если он весь в них?

— Буду помнить, милорд, о ваших словах, — сказал епископ с поклоном. — Такое не забывается. Разумеется, леди Филиппа должна стать вашей супругой. Вы не только избрали ее из остальных достойных, вы состоите с ней в родстве.

Эдуард нетерпеливо передернул плечами.

— У королей всегда есть родственники в знатных семействах.

— Конечно, милорд. Вот и у вас с леди Филиппой есть общий предок — Филипп Третий, король Франции. Ваш прадед. И, я боюсь, это может…

— Что может?! Говорите!

— Думаю, будет разумно после того, как закончу дело в Эно, отправиться в Авиньон к папе римскому, чтобы уладить с ним… На всякий случай, если у него возникнут какие-либо возражения…

Лицо Эдуарда вытянулось.

— Я не обращу на них никакого внимания, — произнес он надменно.

Епископ снова наклонил голову.

— Такого, уверен, не произойдет, если по завершении моей миссии в Эно я побываю у папы римского, — повторил он.

Эдуард коротко кивнул.

— Хорошо. Поезжайте в Авиньон.

Ему сейчас было все равно, как станет действовать епископ, лишь бы Филиппа поскорее приехала в Англию. В Лондон. В его дворец… В его спальню.

С той поры, как юный Эдуард посетил графство Эно и провел недолгое время в замке ее отца, Филиппа не переставала думать о юноше. До встречи с ним жизнь ее текла беззаботно и счастливо в дружной семье.

Графиня Эно не уставала говорить о том, что происходила из французской королевской семьи Валуа. Ее брат Филипп Валуа имел все права на французскую корону, если король Карл умрет, не оставив наследника.

Графиня Жанна любила вспоминать, какая звучала музыка, какие стихи возглашались при королевском дворе, и становилось ясно, что светская жизнь во Франции была куда ярче и интересней, чем в Эно.

— Впрочем, — обычно добавляла графиня, — настоящее счастье я обрела только здесь, в замке Валенсьен…