Чтение онлайн

— Не раньше, чем я закончу делать предложение, — ответил Рауль, снова принимаясь целовать Джессику.

— Предложение? — задыхаясь, спросила Джессика в промежутке между поцелуями. — Какое предложение?

— Сегодня утром, — тихо сказал Рауль, шевеля дыханием ее шелковистые волосы, — после того как ты встала с постели, я вспомнил кое-что. Ты сделала мне предложение. — Он крепко обнимал ее, словно боясь расстаться с самой драгоценной вещью на свете. — Но я забыл сделать тебе предложение. Джесс, все началось с брака по расчету, но он продлился целых две минуты, прежде чем я понял, что женился на самой чудесной женщине в мире и что я люблю тебя больше жизни. Те, кого мы потеряли, Джесс, — они с нами. Они останутся с нами, если мы не расстанемся. Если будем жить вместе. Как муж и жена.

— Это… это предложение? — прошептала Джессика.

— Нет, — Рауль быстро опустился на одно колено. — Вот теперь это предложение руки и сердца.

— Эй, посмотри-ка! — громко воскликнула американка, толкая локтем своего спутника.

— Это Джессика! — раздался пронзительный детский голос. Из-за машины семенил Эдуар, которого держали за руки Луиза и Генри. — Джессика! И дядя Рауль на земле!

— Он делает предложение, — объявила американка, и все взгляды немедленно устремились на Рауля и Джессику.

— Рауль делает предложение, — прошептала Луиза со слезами радости на глазах. — О, Джесс!

— Подождите нас! — Все обернулись. Толпа репортеров, фотографов и операторов с громкими криками устремилась к месту события. Очевидно, они следовали по пятам Луизы и Генри. Один из операторов протолкался вперед и занял позицию перед американкой, за что был вознагражден ударом женской сумочки.

— Это мое место! — возмутилась туристка.

— Но его высочество делает предложение…

— Его высочество?

— Это принц-регент Альп'Азури, — пояснил оператор. — И его семья.

— Что же вы сразу не сказали? — воскликнула женщина. — Продолжайте, — обратилась она к Раулю. — Не обращайте на нас внимания.

— Я и не обращаю, — откликнулся Рауль. — Джесс…

— Будьте любезны немного подвинуться вправо! — воззвал оператор.

— Джесси…

— Что? — спросила Джессика, не зная, плакать ей или смеяться. Она находится в красивейшем месте. Ее окружают люди, которых она любит, — и целая толпа тех, кого она никогда в жизни не видела. И Рауль спрашивает:

— Ты станешь моей женой?

Возможно, это было самое удивительное предложение руки и сердца в истории государства Альп'Азури.

И самое чудесное предложение, какое Джессике когда-либо приходилось слышать.

Ответ мог быть только один.

Она опустила глаза на мужчину, которому отдала свое сердце. Его взгляд сказал ей все. Ей потребуется мужество, чтобы сделать важный шаг к новой жизни, но он всегда будет рядом и подхватит ее, если она споткнется.

— Да, любовь моя, — сказала Джессика. — Да, я стану твоей женой. Навсегда.

Это был изумительный день.

Лучший день, наполненный праздничной суетой, смехом и счастьем. День, с которого началась новая жизнь… Наконец обитатели замка отошли ко сну. Скоро Джессика и Рауль удалятся в свои покои, чтобы по-настоящему начать супружескую жизнь. А пока…

Звездной ночью они медленно шли по двору к конюшне.

Анджель лежала на сене с двумя маленькими альпака, прильнувшими к ее вымени. Матильда и Бальтазар.

Джессике и Раулю не сразу удалось воссоединить мать с детьми. Сначала им пришлось избавиться от сопровождающих. Затем они привели едва державшуюся на ногах Анджель в конюшню. Она неуверенно обнюхала свое потомство.

Бальтазар засунул голову под ее вымя и начал сосать.

Анджель лизнула его и, опустив голову в кормушку, принялась за еду.

Но затем Матильда решала вкусить материнского молока.

Анджель повернулась и оттолкнула ее, словно говоря, что одного ребенка для нее достаточно.

Но Рауль не отступил. Оторвав Бальтазара от материнского сосца, он держал его на расстоянии протянутой руки от Анджель, и альпака жалобно заблеяла.

Джессика приложила Матильду к сосцу.

Анджель отпихнула ее.

Это повторялось снова и снова.

Полчаса. Маленький Бальтазар извивался и блеял, Матильда начинала терять силы.

И вдруг… Анджель подняла голову и посмотрела на Рауля, потом — на Джессику.

— Ну же, — поощрительно сказал Рауль, — давай. У тебя достаточно любви для двоих детей.

Им показалось, что Анджель вздохнула. Повернувшись к Матильде, лежавшей у ее бока, она ткнула ее носом, лизнула — и наконец позволила присосаться к своему сосцу.

Рауль осторожно опустил Бальтазара на пол. Он протиснулся под вымя матери, и оба альпака воссоединились со своей матерью.

Теперь они шли в конюшню, опасаясь, что счастливый конец может оказаться не столь уж счастливым: что, если Анджель снова отвергла своих детей?

Но все три альпака крепко спали на сене. У вымени Анджель лежало по близнецу. Услышав, что кто-то вошел, она пошевелилась, подняла голову и сонно зевнула.

— У нас получилось, — с удовлетворением сказал Рауль. — Мы объединили семью альпака.

— Свою тоже, — тихо заметила Джессика.

— Да, дорогая.

И два месяца спустя… другая церемония.

Две урны с прахом. Одна — из склепа в Париже, вторая — из детской стены колумбария в Сиднее.

Лизль и Доминик.

Они собрались вместе в этот день: старый священник, благословивший их брак, Рауль и Джессика, их семья и все, кто любил их.

Они стояли в обнесенном каменным забором саду, в который выходила кухня. Кругом буйствовали цветы: розы, глицинии, жасмин, жимолость, дельфиниум. В центре тянулись грядки с овощами, которых хватило бы, чтобы накормить небольшую деревню. Куры, поквохтывая, бродили по огороду в поисках червяков. В голубятне, устроенной в дальнем конце, влюбленно ворковали голуби. Сквозь проемы в древней стене синело море.