Чтение онлайн

– Не на поминки собрались, а для того, чтобы определиться, как наказать ублюдков. Говори, Сицилиец.

По сравнению с маленьким и щуплым Кротом Сицилиец – Арутюн Гаспарян – выглядел внушительно: густые черные брови, повисшие крышей над карими бусинками глаз, благородная седина на висках, массивный нос, больше роднящий его обладателя с итальянцами, чем с армянами. К слову, на юге Италии – на Сицилии и в Неаполе – у него были неплохие связи. Когда он приезжал на отдых к подножию Везувия, в город Святого Януария, встречал его влиятельный дон Петруччи. Но оспаривать первенство Крота из воров не вызвался бы никто, а Сицилиец придушил бы собственноручно любого, кто поднял бы эту тему.

– Ну что, – мудрено вздохнул он. – Я на себя беру этого Соловья. Досвистелся урод, сначала хавальник порву, а потом живым зарою.

Присутствующие прекрасно осознавали, что подобные слова в их среде не произносятся просто так, дабы что-то ляпнуть. Это только молодняк друг друга стращает ради звериного интереса. Они же отвечают за каждое сказанное слово: жизнь научила – и лагерная, и вольная. Все теперь точно знали, что если вскоре услышат о смерти лидера стаи беспредельщиков по кличке Соловей, то им не надо будет рассказывать, как убили этого «козла». Ясное дело – сперва порвали рот, а потом закопали заживо. Сицилиец слов на ветер не бросает…

– Что скажешь, Гриб? – холодно взглянул папа на главу второй по силе «семьи» в его организации. – Этот сосунок из твоих архаровцев выходец.

Явный упрек папы на самом деле относился к пассивности Гриба в отношении Родионовой. Того в последнее время больше занимали распри с дагестанцами и вышибание долгов у казиношных катал.

– Мои ребятки занялись этим вплотную, Крот, – оправдывался Гриб. – Ты же знаешь, дагестанцы борзели…

– У меня ублюдки батоно Резо отняли, а этот мудак игрульками своими занимается, – будто бы сам с собой и в то же время обращаясь ко всем, разговаривал Крот. – Все, мое терпение лопнуло. Оба твоих казино передаю Сицилийцу. Чтоб духу твоего там не было. У меня на дворе беспредел, а этот режется в покер. Мне по барабану, сколько тебе торчат твои игрули, хоть лимон гринов, тут дело принципа!

Да, Крот вышел из себя, матом он редко ругался. Присутствующие не осудили его. У папы был повод сорваться. Он был прав.

Удержать молодняк под контролем было непросто. Хватало придурков, которые, накачав мускулы в тренажерном зале, уже считали себя крутыми. Приручать многочисленные банды спортивного хулиганья ворам надоело. Штаты и так раздуты, к тому же всех в настоящем деле не проверишь. Да, рядовые контролеры, солдаты, вышибалы роптали на безденежье, рвались в бой. Но кто же всех этих недоносков будет посвящать в реальный бизнес? Лучше управляться с делами с проверенной братвой, отправляться на серьезные мероприятия с новичками – гиблый номер. Риск – приправа для джентльменов удачи, для ковбоев. В организации давно научились просчитывать любую ситуацию. Потому существует боевой костяк молодцов, который не подведет точно. Верняк!

Палка о двух концах. Замучившись слоняться порожняком, многие норовили косить «капусту» на стороне. Иногда заходили слишком далеко, а порой добавляли папе проблем с ментами. За всех не поручишься. Так и с Соловьем получилось. Нагадил без санкции своего бригадира, его менты бац за задницу, а он, наглая рожа, ждал, что папа прибежит, покроет, вытащит. А на хрена он нужен такой самостоятельный… Сам влез в дерьмо, сам и выкарабкивайся. Щенок выкарабкался, а потом давай поливать грязью бывшего своего босса, да во весь голос. И добрая дюжина обиженной братвы его поддержала. И тогда он объявил себя новым папой. История стара как мир. Избавь нас, Боже, от друзей, а с врагами мы сами как-нибудь разберемся!

– Нет, в одиночку этот бультерьер такие хлопоты для нас и придумать бы не сумел, – уже тихо сказал Крот. – Конечно, его наставляют. Тут сомнения нет. Ты погляди, вся шелупень вокруг него сгруппировалась. Оружие и деньги у них есть. Того и гляди папу сковырнет! И главное, что интересно, с такими никаких компромиссов, только мочить! Если не сделаем в ближайшее время, грош нам цена. Пора размять кости, показать клыки. А то и барыги засомневаются, станут думать, под чьей «крышей» коробейничать. Казна оскудеет, не на что будет братву на зонах греть. Что обо мне скажут? Скажут, Крот не тянет, скажут, Крот общак просрал, скажут, Крота беспредельщики придавили. Да, так и скажут. Насмотрелись вестернов, боевиков, да и придавили Крота…

У Крота имелась возможность натравить на Соловья ментов, но он не стал этого делать. Те тоже следили за событиями, и папе не хотелось напрягать рубоповцев, ведь всякая просьба чревата возвращением долга. Хотя и этот вариант Крот держал про запас.

Папа привык верить обязательствам, которые давал Сицилиец. Рубоповцы пусть понаблюдают со стороны и сделают вывод, что порох в пороховницах Крота не иссякнет никогда…

Минул день после сходки в особняке покойного батоно Резо. Довольно ощутимую взбучку получил от папы Гриб. А ведь он уже давно не мальчик, у него своя «семья», свои территории, казино и подконтрольные банки. Так нельзя разговаривать со старыми партнерами. Тем паче при положенцах, то-то радости было у Маркела. Как этот гоблин ехидно улыбался, когда его отчитывал Крот. Зато как подфартило Сицилийцу, эта шельма никогда не упустит шанс отхватить лакомый кусок. Выпендривается, как услужливый халдей перед хозяином. Посмотрим, что у него с Соловьем получится.

Уж кому, как не Грибу, лучше знать, как прищучить ублюдка. Ан нет, папа не доверяет, поручил найти Матушку. Да где же ее искать! Вот пусть Сицилиец и спросит у Соловья, где эта гиена…

Гриб пыхтел от злобы, не ведая, чем себя занять. Сутенер из «Балчуга» прислал для традиционной «дегустации» новых шлюх. Едва одиннадцать классов осилили, а все туда же. Вкусной жизни захотелось. Хочется на этом свете рая отведать. Ну что ж, попытка не пытка. Небось по-другому запоют годика через два интенсивных трудодней. А пока есть шанс отведать ему упругого молодого тела, двух сразу. Прелестно.

Дом Гриба на Тверской представлял собой настоящую крепость. Даже если бы нашлись охотники штурмовать здание, на каждом этаже их встретил бы шквал огня. Тридцать до зубов вооруженных бандитов Гриб всегда держал при себе, а сейчас, когда шли непрерывные разборки, тем более. А если бы атакующим, кто бы это ни был, соловьевская бригада или спецназовцы из СОБРа, все же удалось перещелкать его гвардию, то им пришлось бы сильно потрудиться, чтобы отыскать вожака в запутанных лабиринтах четырехэтажного сталинского дома с сотнями комнат и десятком потайных дверей.

Гриб, несмотря на видимое безразличие, как никто другой заботился об особых мерах предосторожности. Шла война. И как бы Сицилиец ни бахвалился, Соловей представлял собой реальную угрозу, что уже доказало убийство Резо. Молодняк вообще считает ублюдка вроде как кумиром. Тупые выродки.

…Настроение способны поднять только девочки. Гриб умостился на широченной кровати с зеркальной спинкой. Он попросил проституток потанцевать перед ним под его любимую песню в исполнении Фрэнка Синатры. Девочки, судя по скованным движениям, были неумехами, но не беда, стаж – дело наживное.