Шрифт:
Часть первая. Сердце Хрустальной принцессы
Глава первая. Странности только начинаются
Особняк мистера Морэ – моего предполагаемого нанимателя, произвел на меня неизгладимое впечатление. Темный и величественный, он высился надо мной, как огромная хищная птица, одновременно пугающий и притягивающий своей странной красотой. Огромные глазницы окон взирали на меня свысока – надменно и недоверчиво.
Звучавший в наушниках громкий рок вдруг показался каким-то неуместным. Я протянула руку, чтобы убавить звук, но в этот же самый момент входная дверь распахнулась. На пороге стояла статная женщина со светлыми волосами, забранными в хвост. Должно быть, увидела в окно, как отъезжает такси. Я выдернула наушники и широко улыбнулась.
– Я – миссис Одли, – представилась незнакомка. – Я так понимаю, ты на собеседование?
– Да. Беатрис Лейн.
Чуть прищурив глаза, миссис Одли скользнула по мне взглядом. Сегодня я надела самое скромное из имеющихся у меня платьев – черное, с кружевной отделкой; лишь тронула губы блеском, а ресницы – тушью, а темные волосы собрала в аккуратную прическу, потому за свой внешний вид была совершенно спокойна.
Судя по всему, незнакомка осталась довольна увиденным – когда она подняла взгляд, в ее глазах я прочитала одобрение.
– Проходи. – Она открыла дверь пошире, и я проскользнула внутрь.
Стоило мне переступить порог особняка, как плеер внезапно затрещал. Музыка прервалась, а потом затихла. Я удивленно взглянула на погасший дисплей, пожав плечами, засунула плеер в клатч. Подняла голову и наконец огляделась. Меня захлестнуло необъяснимое ощущение, словно, переступив порог, я шагнула в машину времени, перенесшую меня на несколько десятилетий назад, в совершенно другую эпоху. Особняк словно явился из далекого прошлого: канделябры с зажженными свечами на стенах, широкая лестница из темного дерева, круто уходящая вверх, узкие окна до самого потолка.
Когда за моей спиной заговорила миссис Одли, я невольно вздрогнула: настолько увлеклась разглядыванием особняка, что совершенно позабыла о ее присутствии.
– Слуг здесь немного – только я и повариха, мисс Брин.
Я обернулась.
– А вы…
– Я выполняю обязанности гувернантки, – сухо сказала миссис Одли. – У мистера Морэ есть дочь. Я занимаюсь ее обучением на дому.
Я тут же задалась вопросом: к чему дочери владельца особняка домашнее обучение, если в Реденвуде есть несколько хороших школ? И, разумеется, вопрос остался невысказанным – ни к чему сейчас проявлять излишнее любопытство.
– Пойдем на кухню, – скомандовала миссис Одли.
Я послушно проследовала за ней, нервно сжимая в руке клатч – я не волновалась, мне просто было как-то не по себе от этого необычного дома.
Сюда меня привело объявление, написанное от руки и приклеенное к столбу. Оно казалось таким неуместным, таким старомодным, что поневоле привлекало внимание. Не знаю, какой черт дернул меня сорвать листок с номером телефона – не сотовым, домашним! – и позвонить. И хотя я не слишком представляла себя в роли горничной, возможность жить в доме работодателя – а не в доме родителей, – казалась мне очень заманчивой. К тому же, мне уже приходилось бывать в Реденвуде, и я нашла его весьма живописным и приятным городком.
А тому, что я начала активно искать работу – в интернете, правда, а не на столбах, – предшествовала ссора с родителями, которая закончилась твердым решением матери перестать финансировать непутевую дочь, ни с того ни с сего бросившую престижный университет, в который она с таким трудом ее устроила. И бесполезно объяснять, что я задыхалась там от скуки и чувствовала себя совершенно лишней. Чувствовала, что нахожусь не на своем месте, но где оно, мое место, не знала.
Вслед за миссис Одли я прошла в просторную, залитую светом кухню. Стол на шесть персон, духовой шкаф, газовая плитка. Я удивленно хлопала глазами, только сейчас поняв, что канделябры здесь висели повсюду – и ни одной электрической лампочки! Заметив мое недоумение, миссис Одли туманно объяснила:
– Плохая проводка. Мы уже привыкли, что электричество и этот дом – вещи несовместимые. Да и технику он как-то не очень жалует.
Я мысленно вздохнула. Значит, никакого интернета. Просто прелестно! Подумала о родном доме и тут же вспомнила злой взгляд матери и ядовитые слова: «Беатрис, тебе уже двадцать два года. И чего ты добилась? Юность пройдет очень быстро, и что останется?»
За эти слова я ее почти ненавидела. Будто она не понимала, как тяжело приходится мне самой – или же понимала и намеренно тыкала острой иглой в слабое место. С момента окончания школы я пыталась найти себя, понять, кто я есть и чего хочу от жизни. Занималась, то тем, то другим – но ни одно из увлечений не захватывало настолько, чтобы остаться навсегда. С учебой не сложилось, с остальным – тоже. Я как слепая мышь металась из угла в угол, больше всего боясь, что однажды стану той, что каждый день ходит на осточертевшую работу, мечтая о конце рабочего дня; приходя домой, мечтает о выходных, проводя короткие часы отдыха за телевизором или чтением книг. И на следующий день все начинается сначала. Так проходит вся жизнь, от которой потом не останется никаких ярких воспоминаний.
А мне они были необходимы как воздух. Я задыхалась от серости, банальности… и продолжала искать себя.
– Все нормально?
Голос, грубо ворвавшийся в мое сознание, принадлежал все той же миссис Одли. По всей видимости, я опять глубоко ушла в свои размышления и не услышала ее слов. Ну вот, оставила, называется, о себе первое хорошее впечатление. Наверняка гувернантка уже мысленно окрестила меня чудачкой.
– Да, простите, задумалась, – покаялась я.
Меня познакомили с мисс Брин – приятной полноты румяной девушкой с темными волосами, заплетенными в причудливую косу. Повариха светло улыбнулась мне и попросила называть ее Митси.
А в поведении миссис Одли произошли некоторые изменения – она вдруг стала какой-то нервной, суетливой, на строгом лице читалось недовольство. Оглядываясь по сторонам, гувернантка пробормотала:
– Ну куда она запропастилась?
Я чуть было не спросила, кого она ищет, но вовремя прикусила язык. Вместо этого поинтересовалась:
– А когда спустится мистер Морэ?
– А зачем он тебе? – как-то подозрительно спросила миссис Одли.
Я удивленно вскинула брови.
– Разве не он будет проводить собеседование?
– Мистер Морэ – очень занятой человек, – с достоинством ответила гувернантка, – да и ему по большему счету все равно, кто именно будет вытирать пыль с его комода. Принять на работу горничную он поручил мне.
Ой-ей. Я невольно расправила плечи, выжидающе глядя на миссис Одли. Она, правда, не обращала на потенциальную работницу никакого внимания, беспрестанно озираясь по сторонам.
– Может, вас что-то интересует? – Я решила взять судьбу в свои руки. – Опыта работы у меня не слишком много, но я чистоплотна и аккуратна. – Это было чистейшей правдой – моя комната в общежитии могла бы выиграть конкурс на звание самой опрятной, если бы кому-то пришло в голову подобный провести.