Чтение онлайн

– Значит, ее сын имел фамилию Мишанский?

– Э-э, нет. В принципе, точных сведений я не имею. Но он был не Коршунов, это точно. Было такое негласное правило. Незаконнорожденным детям присваивали фамилию отца, но только без первой буквы. Например, Лагутин - Агутин.

– Значит, Оршунов?
– спросил я.

Какая-то смутная догадка возникла в моей голове, но так и не приобрела вид мысли. Но стало тревожно. Точно я приблизился к разгадке почти вплотную и опять потерял путеводную нить.

– Я долгое время занимался сбором материалов по истории нашей Слободки, сделал выставку. Но сейчас время такое - никому ничего не надо. Вот и с выставкой. Все куда-то исчезло. То ли выбросили, то ли украли... Странно, что вы не интересуетесь сокровищами графа.

– А что, кто-то интересовался?

– Конечно, это всегда будоражило воображение нашей молодежи. Везде копали, всюду искали. Постоянно ходили слухи. Теперь, это уж точно, графские сокровища можно считать нашей местной легендой.

– А вы сами верите в эти сокровища?

– Нет. Граф был трезвым, расчетливым человеком. Он никогда бы не оставил здесь ничего. Он был прагматиком. Перед отъездом он, что мог, очень выгодно продал, а деньги забрал с собой. Ведь сына надо кормить, воспитывать, давать образование. В чужой стране.

– А что же он второго сына не взял?

– Не могу знать.

– Значит, парня тут бросил...
– пробормотал Лешка, - нехорошо детей бросать.

– Да вот еще что, он завещание оставил весьма странное. Оно у меня тоже было, но потом исчезло со всеми документами.

– И что же в нем?

– Я, конечно, точно не помню, но там одни цитаты из сказок Пушкина. И все. В школе проходили?

– Конечно, - сказали мы разом. А Лешка ткнул меня ногой.

– А не помните, какие строки?

– Там отрывки были про Лебедь и Коршуна, потом про царевну и семь богатырей, царевича Елисея и немного из сказки о золотом петушке. Все считали, что в завещании зашифровано месторасположение сокровищ. Поэтому копали, где Лебединый пруд и вплоть до имения.

Мы еще посидели немного, потом поблагодарили его и пошли к тете Дусе на пирожки. Потом опять купались, а вечером был чай с пряниками и сушками.

На следующий день Лешке позвонила тетя Вера и сказала, что у нее кое-что есть, и она собирается приехать. Лешка объяснил, где нас найти.

На завтрак у нас была жареная рыба. Оказывается, Лешка встал ни свет, ни заря, а он был дежурным по кухне, и пошел на речку. За два часа он наловил нам рыбки - подлещиков и карасей и нажарил их уже дома. Наша хозяюшка! Рыба была фантастически вкусной. К своему стыду, я рыбу жарить не умею.

Вскоре после завтрака к домику подъехал черный джип, из которого, смеясь, выпорхнула тетя Вера. За рулем был какой-то молодой мужик, смотревший на нее преданными глазами.

– Вот это она подцепила себе!
– присвистнул Лешка, глядя в окно, - на минуту нельзя оставить без присмотра.

– А он ничего, - заметил я.

– Главное, при такой тачке!
– сказал Павлик.

Мы высыпали на улицу встречать тетку Леши. Она выгрузила нам пакеты с провизией от Лешкиных родителей и ведро с мясом.

– Шашлык сделаем.

– Ура!
– заорали мы. Что может быть лучше жареного на костре мяса?

– Знакомьтесь, это Боря. Борис Юрьевич Ковалев. Заместитель управляющего банка "Гранд-Коммерция". Его принимал на работу еще твой отец, Ваня. Месяца за три до своей гибели. Он мне очень помог.

– Ты с моей ксивой туда ходила?
– спросил Лешка.

– Нет, дорогой. У меня своя есть. Я же журналист. Я пришла и попала как раз к Боре, то есть к Борису Юрьевичу. И мы выяснили с ним некоторые интересные детали.

– Так это и есть Ваня, сын Лебедева?
– уточнил Борис Юрьевич.

Я кивнул головой. Сердце мое бешено забилось.

– Начнем с того, - сказала тетя Вера, когда мы все устроились на завалинке дома, - что твой отец, Лешка, сразу сделал мне распечатку звонков с мобильника твоего, Ваня, отца. То есть мы получили ключ к нашей основной загадке - что он делал в свой последний день? Если мы узнаем это, то есть, поминутно восстановим ход событий того дня, то все станет на свои места.

Я никак не мог отделаться от мысли, что я попал в детектив, в какой-то фантастический фильм. Сейчас режиссер скажет, что на сегодня достаточно, и мы пойдем домой, посмотрим свои "Спокойной ночи", обнимем домашних и ляжем спать. Но режиссер этого фильма был не таков. У него был свой сценарий, и он вряд ли кого-то собирался отпускать домой...

Тетя Вера оказалась Агатой Кристи, нет мисс Марпл, но гораздо моложе!

– Так вот, - продолжала она, - с красной книжечкой корреспондента "Столичных ведомостей", а я там действительно подрабатываю, я проникла в банк. Свой последний день Иван Борисович Лебедев провел в банке, точнее с утра он собирал вещи свои и Альбины Григорьевны. Они собирались улетать в Москву рейсом на 17.05. Там должна была проводиться какая-то важная международная конференция, где твой отец должен был выступить с презентацией новой компании.

– Но он же должен был разводиться, - вспомнил я.

– Правильно. Развод был назначен на 13 часов. Поэтому к 11 часам он прибыл в банк, поработал там. Он писал доклад. А к часу поехал в суд, думая, что практически уже холост. Но, увы, твоей маме стало плохо прямо в здании суда. И развод опять не состоялся. По этой причине тетя Альбина опять учинила скандал, отзвуки которого слышала секретарша твоего отца Наташа. Далее в 14 часов 15 минут все успокоились и сели в тот злополучный джип, чтобы заехать домой к тете Альбине и забрать какой-то ее костюм.

– Мне отец звонил в 14 часов 38 минут. Я просто звук отключаю во время уроков, а то могут сотик отобрать.

– Да, - подтвердил Лешка, - это они запроста, а потом к Мальвине с родителями. Послушать, как она орет.

– Так вот самое интересное не это. Через десять минут, как они выехали из банка, и за пять минут до катастрофы твой отец звонил - кому бы вы думали?

– Маме?- спросил я.

– Нет.

Тут в разговор вмешался Верин сопровождающий:

– Он звонил мне и попросил не уезжать никуда, а дождаться его.