Чтение онлайн

Она заметила, как он смотрел на Мадди во время игры в лапту. Неужели она влюбилась в джерри? Быть того не может! Через пару недель он уедет и к тому же, видно, слишком задается – вот и на праздник не пришел!

Видать, один из тех ученых-священников, которым нет ни до чего дела. Глория представить не могла себя женой викария! Доктора или фермера… возможно, но за такого чванного типа, как старик Марри… никогда!

Она должна написать Грегу и рассказать обо всем.

Почему Мадди так легко нашла себе парня? Никакой косметики, даже не умеет сделать нормальную прическу. В жизни не носила лифчика и выглядит как мальчишка в шортах. Но сегодня вечером сумела прихорошиться. Мадди такая верзила – никаких каблуков, только лодочки, если хотела заполучить партнера.

Девочки вместе смотрелись очень странно: высокая Мадди и миниатюрная Глория, но Глории это было очень даже выгодно, потому что из них двоих именно она казалась гламурной кошечкой. Ее новая хозяйка миссис Ганн была энергичной и хорошенькой, и если Глория выберет правильную тактику, ей достанется больше обносков. Она уже порылась в гардеробе хозяйки, когда супругов не было дома. Мало того, она наряжалась в платье миссис Ганн, разыгрывая спектакли для шестилетней Сары. Она перемерила все: шубы, костюмы, бальное платье, поскольку Дениз была такой же миниатюрной, как и Глория. Гардеробная миссис Ганн была настоящей пещерой Аладдина.

Ей здесь нравилось, хотя приходилось смотреть за Сарой и Джереми, да еще один ребенок должен был вот-вот появиться на свет. Семья жила в прекрасном старом доме в предместье Сауэртуайта, куда она ездила каждый день на велосипеде. У доктора была большая машина, на которой он ездил на вызовы, а у жены – маленькая, двухместная спортивная, для поездок по магазинам. Иногда, если оставались лишние талоны на бензин, они все набивались в нее и добирались по шоссе до Харрогейта или ехали в Дейлс на пикники. Как не похожа была эта жизнь на ту, которую вели они с мамой и Майки. Мать была в бешенстве, когда дочь собралась и уехала, даже не попрощавшись. Ничего, долг платежом красен! Это ей за то, что она сделала с ними столько лет назад!

Годами не получая вестей от Майка Делгадо, мать отправилась в воинскую часть и написала на него жалобу. Там взяли фото маленького Майки, но дружно сомкнули ряды и отказались предоставить какую-либо информацию о солдате.

Опять ма попала в переплет! Сид заявил, что вернется в Сауэртуайт, как только закончит школу, и Глория собиралась помочь брату найти работу на ферме.

Теперь она снова жила в хостеле, но после Лидса здесь было так тоскливо! Ни театров, ни больших магазинов, но все лучше, чем на Пил-стрит. Ма снова вернулась к прежнему занятию: развлекала незнакомых мужчин по ночам. Некоторые и на нее поглядывали с интересом. И это пугало ее. Но об этом она ничего не сказала Мадди.

Глория очень не хотела, чтобы ее здесь нашли. Ей нужно то, что было у Дениз Ганн: муж, у которого достаточно денег, чтобы жить в большом доме, иметь прислугу и садовника, няньку для детей, когда те родятся. Глория решила иметь всего двоих: девочку и мальчика.

Ей нужны красивые платья и туфли, время, чтобы накрасить ногти, долгие визиты к парикмахеру, походы в дорогие рестораны в роскошной шубе, как кинозвездам, снимки которых то и дело появлялись в глянцевых журналах.

Она так и видела себя в песцовом палантине, пушистом, теплом и мягком, длинной собольей шубе с такой же шляпой или коротком норковом полушубке для встреч с друзьями в городе.

Глория смеялась над собой: мечтайте, леди, мечтайте, но втайне стремилась к этой цели. Если не строить грандиозные планы, разве могут мечты сбыться?

Она будет держаться прямо и гордо, учиться у хозяйки хорошим манерам и когда-нибудь найдет парня, который сделает для нее все. Но пока что нужно вести свою игру и учиться быть леди. В конце концов, чем она хуже Мадди?

Они все же были подругами, хотя она и считала Мадди последней дурой, страдающей по джерри. Ничего из этого не выйдет. Старая миссис Белфилд этого не допустит.

Последние летние деньки тянулись целую вечность. Зеленая трава едва подернулась золотом. Небо было ясным, погода – жаркой. Сена запасли мало, а ягнята еще не выросли. Лета, считай, так и не было. Постоянные дожди. А солнце было редким гостем. В один из теплых солнечных дней молодежь клуба решила прогуляться в конных экипажах на берег моря. Все разгуливали по променаду в Моркаме, а на обратном пути распевали в экипажах песни. Мадди сидела рядом с Глорией, а Дитер – с женой викария. Оба пытались не привлекать к себе внимания. Похоже, лето специально задержалось, чтобы дать возможность насладиться погожим деньком, прежде чем утренняя роса падет на траву и начнется долгое путешествие в зиму.

Когда в первый день семестра прозвенел школьный звонок, Мадди тихо радовалась, что школьные мучения окончены. Как она может продолжать занятия, если ее терзает воспоминание о поцелуях с Дитером?

Сестра Дитера поправилась, но через две недели он все равно должен возвращаться в Германию. Они так часто гуляли вместе, что Мадди стерла каблуки. Много говорили, читали стихи, делились мыслями. Он дал ей список книг, убедивших его, что христианство пронизывает всю нашу жизнь, и нужно по-настоящему верить, а не просто ходить в церковь по воскресеньям. Вера должна быть центром всего существования.

Но большинство философских идей тут же вылетали у Мадди из головы, потому что она всего лишь хотела всегда быть рядом с Дитером.

Они держались за руки, целовались, лежа рядом, признавались в самом сокровенном. Она впервые встречала человека, мыслившего так глубоко. Он знал о реальной жизни гораздо больше, чем она.

Иногда Дитер немного рассказывал о том, как они пережили войну. Голодали, прятались от мародеров, которые могли и изнасиловать сестру. Мать умерла, потому что лекарств было не достать. Они продали все, что у них было, и его вера подверглась тяжкому испытанию, но когда хуже уже и быть не могло, кто-то обязательно помогал семье, брал к себе, давал приют. Его отец умер в концентрационном лагере, но они еще много месяцев надеялись на добрые вести. Они были обязаны стольким людям, сумевшим отправить его в Англию, и теперь Дитер был полон решимости вернуться на родину и поблагодарить их, прежде чем отправится в университет.

– Ты будешь мне писать? – спросила Мадди как-то вечером.

– Конечно, но учти, что все письма проверяются цензурой, так что переписываться будет нелегко. Разве что благодарственное письмо.

– О, не говори так!

Она села, вдруг испугавшись, что никогда его не увидит.

– Ты такой умный! Хотела бы я знать все, что знаешь ты.

– Любимая, я тебе завидую. У тебя есть все для счастливой жизни: красота, дом, еда. Неудивительно, что ваши солдаты так яростно сражались, чтобы уберечь свою родину.