Чтение онлайн

– Ну сервиз-то ей зачем? – воскликнул он в полном недоумении.

В остальном запустение квартиры не произвело на него сильного впечатления: он уже ожидал, что Леночка своими хищными лапками выгребет все.

Два последующих дня Леночка появлялась в ларьке по вечерам. Она роняла скупую слезу и жаловалась на то, что ее жизнь сломана, а сердце разбито, потому что жить без Ломакина она не может.

– Лиана, ты не понимаешь, ведь он такой… А какая у него попочка, боже мой! Ну у кого я еще найду такую?

Против этого аргумента возразить было нечего, и я молчала. Потом Лена ездила куда-то далеко, в деревню, к какой-то бабке, чтобы та «отворотила» Ломакина от Светланы и «присушила» его к Лене. Результатов это не принесло.

– А ты съездить не хочешь? – спросила она меня, глядя в упор. Я пожала плечами. Я не поняла куда она клонит, а может, не захотела понять.

Во всей этой суматохе я заняла выжидательную позицию, потому что просто не успевала следить за менявшимися декорациями и к тому же абсолютно ничего не понимала в ситуации, которая все больше напоминала мне спектакль, поставленный плохим режиссером.

Я приходила в ларек и честно отрабатывала смену.

Илья был все время занят днем. То работал в ларьке, подменяя кого-то, то просто пропадал на весь день и появлялся только на работу, поэтому по ночам мне приходилось работать за двоих. На смене он все время спал. Я в ларьке предпочитала бодрствовать, скрючившись над обогревателем. Несмотря на все наши усилия утеплить ларек, в нем по-прежнему было адски холодно, от двери дуло, у порога стала появляться наледь. Какой тут, к черту, сон?

В середине ноября мы узнали, что на другом конце Ангарска подожгли ларек. Он сгорел вместе с продавщицей. Какие-то отморозки подперли дверцу и подожгли. Я понимала, что наш «сейф» в один прекрасный момент тоже может стать горящим гробом.

Со временем легче не становилось, появились постоянные клиенты, которые приезжали специально, чтобы «подоить» Илью. Они знали, что «базара» он не выдерживает, сачкует и готов откупиться чем угодно, лишь бы на него не давили. Я же никогда ничего не боялась, совершенно спокойно ходила по ночному городу, могла в три часа ночи пройти сквозь компанию пьяных мужиков и даже бровью не повести в ответ на пошленькие шуточки.

Теперь же в мою душу медленно, но верно запускал свои щупальца страх. Когда непрерывно за тонкими стенами ларька слышишь пьяные ругательства, когда каждую смену видишь физиономии обколовшихся подростков и слышишь, как они за ларьком кого-то избивают, когда каждый день у тебя вымогают деньги и стараются тебя «кинуть», поневоле начнешь воспринимать весь мир, как ад.

Я всегда была очень замкнутым человеком, а теперь и вовсе ушла в себя, отгородилась от действительности толстой стеной безразличия. Иногда мне кажется, что именно эта стена спасла меня от безумия.

Вторая смена продавцов сформировалась быстро. До Леночки, наконец, дошло, что кормить и поить ее больше некому, придется идти работать. Сменщик снова нашелся быстро, им оказался круглолицый, румяный парень двадцати лет, звали его Андрей Гордый.

….Следующая после происшествия с «хамеями» ночь была нашей. Мы приняли смену у Валерии, и Илья, как обычно, завалился спать. После двенадцати часов поток покупателей пошел на убыль, и все, что мне оставалось, это сидеть на двух поставленных друг на друга ящиках, курить одну сигарету за другой и пялиться в закрытое окно, в котором отражалась моя уставшая физиономия.

Новенькая «семерка» подъехала к ларьку в четвертом часу ночи. Из нее вылез пухленький мужичок, остановился у витрины, долго что-то рассматривал, потом стукнул в окошко. Я открыла. У мужичка была круглая кошачья физиономия, он был трезв, но явно с похмелья.

– Ё-мое, какие люди! – выдал он, увидев меня. – И давно это у нас в ларьках женщины работают?

– Давненько, – ответила я.

– Серьезно? – он вроде бы удивился. – А я в первый раз вижу, чтобы женщина была продавцом! Да еще такая красивая… – он смотрел на меня в упор, и взгляд его был достаточно красноречив. – Не страшно по ночам одной?

– А я не одна, – честно ответила я. – Я с мужем.

– Хватит шутить, – мужичок рассмеялся. – Слушай, красивая, закрывай свою лавочку, да поедем, прокатимся. Я серьезно. Меня зовут Вадим.

Я покосилась на Илью. Он лежал с закрытыми глазами и делал вид, что крепко спит. Меня это взбесило. Черт, почему он может позволить себе все, что угодно, а я вечно сижу дома примерной девочкой? Да пошло оно!..

– А откуда я знаю, что ты не маньяк? – уже игривым тоном спросила я Вадима.

Злоба была готова вырваться наружу.

– Ну проверить трудно, поверить, наверное, тоже. Если хочешь, я могу оставить тут, в ларьке, водительские «права». Без «прав» я никуда не денусь, верно?

Логика в его словах была. Я в упор посмотрела на Илью, его веки чуть подрагивали.

– А давай! – я протянула руку, и Вадим отдал мне «права».

Я проверила, документы в самом деле были его.

С этим надо кончать. И чем быстрее, тем лучше! Я кинула «права» Илье, накинула куртку.

– Закрой за мной, ЛЮБИМЫЙ!

– У тебя что, натурально в ларьке муж остался? – спросил Вадим, трогая машину с места.

– А то!

– А ты, я посмотрю, веселая девчонка! – Вадим покачал головой. Его взгляд буквально ощупывал мою фигуру.

Тут я в первый раз подумала, куда же мы едем. Я покосилась на Вадима. Кажется, он был настроен довольно мирно.

– Куда мы едем?

– Да куда-нибудь… Не волнуйся ты так, сейчас где-нибудь остановимся, покурим, поговорим.

Минут пятнадцать мы колесили по городу, потом Вадим остановил машину в переулке. Закурил, сделал несколько жадных затяжек и повернулся ко мне.