Чтение онлайн

И только Брайан был вынужден смотреть на творящееся внизу: в кабине пилотов шторок не было.

Западная часть Колорадо и восточная Юты громадными кусками проваливались в колодец вечности. Горы, холмы, долины переставали существовать под напором лангольеров, подчищающих прошлое, отправляющих его в бездонные глубины. Ни одного звука не долетало на такую высоту, и это, пожалуй, пугало больше всего. Земля исчезала молча, как исчезают пылинки.

Наступившую темноту Брайан воспринял как акт милосердия и обратил свой взгляд к звездам. Залюбовался ими, единственной реалией, оставшейся в этом ужасном мире: Орион-охотник, Пегас, великий полуночный скакун, Кассиопея на своем звездном троне.

Полчаса спустя вновь взошло солнце, и Брайан почувствовал, что вплотную подошел к границе, отделяющей нормальную психику от безумия. Земля внизу исчезла. Полностью и окончательно. Синее небо повисло над циклопическим океаном чернейшей пустоты.

Лангольеры сожрали мир под летящим «767».

Брайану пришла мысль, ранее уже озвученная Бетани: если дыру во времени найти не удастся, если их будет ждать самое худшее, лучше уж направить самолет в гору и покончить с этим раз и навсегда. Да только внизу не было гор!

Не было и земли!

«Что же будет, если мы не найдем этой дыры? — спросил Брайан свой внутренний голос. — Что произойдет, когда у нас закончится топливо? Только не говори мне, что мы куда-то врежемся, потому что в это я не поверю. Нельзя врезаться в ничто. Я думаю, мы будем падать… и падать… и падать. Как долго? Как далеко? Сколько можно падать в пустоту?»

Не думай об этом, ответил внутренний голос.

«Но как это сделать? Как не думать о пустоте?»

Брайан вновь вернулся к своим расчетам, часто сверяясь с данными компьютера навигационной системы, пока вновь не начало темнеть. Время между рассветом и закатом сократилось до двадцати восьми минут.

Он включил громкую связь, взял микрофон.

— Ник, сможешь зайти ко мне?

Ник появился в дверях секунд через тридцать.

— Они опустили шторки? — спросил Брайан, прежде чем Ник успел переступить порог.

— Будь уверен.

— Мудрое решение. Я хочу попросить тебя не смотреть вниз, если сможешь. Я хочу, чтобы ты смотрел в окно, но боюсь, ты не сможешь удержаться от того, чтобы не взглянуть вниз, хотя настоятельно советую как можно дальше оттянуть этот момент. Зрелище… не из приятных.

— Значит, ничего нет?

— Да. Ничего.

— И маленькая девочка ушла от нас. Дайна. На глазах Лорел. Она держится очень хорошо. Лорел полюбила девочку. Я тоже.

Брайан кивнул. Новость Ника его не удивила. Рана девочки требовала оперативного вмешательства хирургов в первоклассно оборудованной больнице, да и в этом случае никто не мог гарантировать благополучный исход. И все-таки у Брайана защемило сердце. Он тоже полюбил девочку, и он верил в то, во что верила Лорел: они выжили во многом благодаря усилиям Дайны. Она что-то сделала с мистером Туми, каким-то образом использовала его. Брайан почему-то думал, что Туми и не возражал против того, чтобы его использовали. Поэтому ее смерть скорее всего не предвещала им ничего хорошего.

— Значит, до операции она так и не дожила, — вздохнул Брайан.

— Не дожила, — откликнулся Ник.

— Лорел в порядке?

— Более или менее.

— Она тебе приглянулась, не так ли?

— Да. У меня есть приятели, которые бы посмеялись над этим, но она мне приглянулась. Конечно, много плачет, но характер у нее крепкий.

Брайан вновь кивнул.

— Что ж, если вернемся благополучно, желаю вам счастья.

— Благодарю. — Ник сел в кресло второго пилота. — Я все думал о вопросе, который ты мне тут задал. Насчет того, что я буду делать, если мы выберемся из этой передряги… помимо того, что я приглашу прекрасную Лорел на обед. Возможно, я все-таки пойду по следу мистера О’Баньона. Мне представляется, что он не многим отличается от нашего друга Туми.

— Дайна просила тебя не убивать мистера Туми, — напомнил Брайан. — Может, тебе стоит принять во внимание и это?

Теперь кивнул Ник. Тяжело, словно голова не хотела держаться у него на плечах.

— Может, и стоит.

— Послушай, Ник, я позвал тебя в кабину, потому что мы приближаемся к тому месту, где должна находиться временная дыра Боба, если, конечно, она существует. Будем искать ее вместе. Ты берешь на себя правую сторону, я — левую. Если увидишь что-то похожее на дыру во времени — свистни.

Глаза Ника широко раскрылись.

— Мы ищем какую-то определенную дыру во времени или нам подойдет любая?

— Очень забавно. — Брайан, однако, не мог не улыбнуться. — Я понятия не имею, как она должна выглядеть, не знаю даже, сможем ли мы ее увидеть. Если не сможем, если она уйдет куда-то в сторону, если ее высота изменилась, беды не миновать. Возможно, легче найти иголку в стоге сена, чем эту чертову дыру.

— А как насчет радара?

Брайан указал на цветной экран монитора.

— Ничего, можешь убедиться сам. И неудивительно. Пилоты не увидели временную дыру на радаре, поэтому и влетели в нее.

— А если бы увидели? — мрачно спросил Ник.

— Интересный вопрос. Возможно, они увидели ее слишком поздно и не смогли отвернуть. Реактивные самолеты летают быстро, а пилоты не все время оглядывают небо в поисках неопознанных летающих объектов. Необходимости в этом нет, для этого существуют наземные службы. Основная работа пилота заканчивается через тридцать — тридцать пять минут после взлета. Птичка в воздухе, район интенсивного воздушного движения позади, датчик, предупреждающий об опасном сближении с другими самолетами пикает каждые девяносто секунд, компьютер инерциальной навигационной системы запрограммирован и указывает автопилоту, что надо делать. С точки зрения пилотов, как первого, так и второго, самое время выпить кофе. Они могли сидеть, глядя друг на друга, обсуждая последний увиденный ими фильм или футбольный матч. Если бы к ним зашел кто-то из стюардесс, появилась бы еще одна пара глаз, которая могла бы заметить Событие. Но мы знаем, что в кабине пилотов больше никого не было. Пилоты пили кофе и ели плюшки, стюардессы готовили для пассажиров выпивку.

— Очень уж подробный сценарий. Ты хочешь убедить меня или себя?

— В данный момент я готов убедить в этом кого угодно.

Ник улыбнулся, подошел к окну правого борта. Невольно посмотрел вниз, на землю, и улыбка застыла, а потом сползла с его лица. Колени подогнулись, он оперся о стену, чтобы удержаться на ногах. Лицо его стало серым.

— Святый Боже! — вырвалось у него.

— Зрелище не для слабонервных, не так ли?

— Всю жизнь, когда люди говорили о дыре, я представлял себе, что речь идет об Австралии. Оказывается, ошибался. Вот она, эта дыра, под нами.