Чтение онлайн

— Тормози! — крикнул Томас. — Ты едешь слишком быстро! Мы разобьемся!

Яэль не отвечала и продолжала давить на газ. Приближался поворот. Яэль резко повернула к подъему, срезая, как ножом, ветки деревьев. Узкий пандус стремительно приближался. Томас сжал кулаки и зажмурился.

В самый последний момент Яэль резко затормозила. «Пежо» покачнулся, его занесло вправо, затем влево. Яэль поморщилась и въехала на пандус на скорости не меньше ста километров в час.

Искры брызнули из-под колес, машина взлетела над дорогой. Яэль не отпускала педали газа, чтобы не потерять скорость после приземления… Ей показалось, что прошла целая вечность, прежде чем они снова коснулись земли. «Пежо» тряхнуло.

Почувствовав сцепление с дорогой, машина рванула дальше. Внезапно впереди показалась женская фигура. Яэль понимала, что на такой скорости просто разорвет женщину в клочья. Она завизжала. В последнюю секунду женщина успела отскочить, лишь ее одежда взметнулась на ветру. Яэль с трудом верила своим глазам.

Теперь она неслась между деревьями к выходу из парка. Далеко позади снова появился джип. Через несколько секунд, на улице Огюст-Конт, к погоне присоединился полицейский автомобиль с включенной сиреной.

Яэль свернула на боковую улочку и прибавила ходу. Томас едва не вывихнул шею, следя за тем, что творится позади. Через минуту он сказал, что можно остановиться.

— Они отстали, когда появилась полиция.

Только сейчас до Яэль постепенно начало доходить, что произошло. Адреналин выветрился, ей стало страшно. Ее била дрожь, ноги стали как ватные. Остановив машину у тротуара, она рухнула на руль.

Томас вытер платком разбитый нос, ощупал ссадину на лбу:

— Я должен тебе кое-что сказать.

— Что именно? — спросила Яэль, тяжело дыша и не поднимая головы.

— Я сделал что-то ужасное…

Яэль медленно подняла голову:

— О чем ты?

— Как-то я делал один репортаж, и мне пришлось работать с разведслужбами. Я кое-что знаю об их методах… В общем, я писал большую статью про «Эшелон» — систему электронного шпионажа, которую разработали американцы, чтобы отслеживать телефонные разговоры, электронную почту и все такое… На всей планете…

Томас помолчал и потрогал нос, проверяя, не сломан ли он. Яэль поняла, что он делает это, чтобы не смотреть ей в глаза. «Ему тяжело говорить», — подумала она, напрягаясь все больше.

— Те, с кем мне тогда довелось общаться, были кончеными параноиками. Но я кое-чему у них научился. — Томас замолчал, подбирая слова, и наконец посмотрел на Яэль: — Ты и понятия не имеешь, сколько есть способов следить за нами. Любой твой шаг фиксируется. Клянусь, я не преувеличиваю. Если человек из разведки получит приказ, он сумеет узнать о тебе все. Работа над тем репортажем многое изменила в моей жизни.

— Они что-то сделали с тобой? — еле выговорила Яэль.

— Нет, со мной ничего не случилось, я закончил статью и опубликовал ее. Но с тех пор я стал другим. Когда все нормально, я такой же, как большинство людей. Но если происходит что-то подозрительное, я переключаюсь в «режим параноика» и предпринимаю безумные меры предосторожности.

— Что это значит?

— Ну, например, если я вернусь домой и мне покажется, что вещи лежат не так, как я их оставил…

— Это значит, что кто-то побывал в твоем доме? — удивилась Яэль.

Томасу было не по себе. Он впервые рассказывал кому-то об этом.

— Наверное, я слишком мнительный, но когда случается что-то подобное, когда мне кажется, что кто-то нанес мне визит, я подпираю на ночь дверь стулом, и все в таком духе.

Яэль вздохнула:

— Послушай, у всех свои маленькие странности. Я не понимаю, какое отношение это имеет к тому, что…

Томас помрачнел:

— Имеет, Яэль. Сегодня ночью, когда ты заснула, я вышел из гостиницы… — Яэль с ужасом ждала продолжения. — Я взял твою кредитную карту, спустился в телефонную будку и забронировал номер в другой гостинице. По телефону я назвал номер твоей карты, затем отошел на несколько кварталов от центра и нашел пару бомжей, которые выглядели поприличнее. Я сказал им, какое имя они должны назвать, чтобы получить ключи, и сказал, что номер оплачен на три ночи вперед.

— О боже, — прошептала Яэль.

— Да… Я твердил себе, что не делаю ничего плохого, что ничего страшного не случится, бездомные проведут ночь в тепле… И даже если мои подозрения небеспочвенны, их в худшем случае арестуют, допросят и отпустят. А мы узнаем, кто тебя преследует. После встречи с теми парнями в метро и того, что случилось в катакомбах, я серьезно задумался… Я хотел проверить, что те, кто преследует тебя, не связаны с властями.

— С какими?

— С полицией, разведкой, контрразведкой, да чем угодно.

— Но это же полный бред. Почему ты думаешь, что полиция…

— Посмотри, чем это кончилось! — перебил ее Томас. — Двое бродяг убиты сегодня ночью. Утром я слышал разговор служащих в нашей гостинице. Разве этого мало? Кто-то хочет тебя убить, и люди, которые были зарегистрированы под твоим именем, застрелены! На них могли выйти только через твою кредитную карту. А кредитка — это первое, что отслеживают власти, когда за кем-то охотятся.

— Поэтому ты не разрешаешь мне нигде платить? — догадалась Яэль.

— Да, на всякий случай. Я заплатил за наш номер, не упоминая твоего имени. Пойми, только правительственные службы могут получить доступ к твоей банковской информации.

— Что ты такое говоришь! Я в жизни не делала ничего противозаконного! Даже марихуану не курила, клянусь! Это просто бред! Мы не в американском боевике. Такие, как я, не имеют никакого отношения ко всяким заговорам!

Томас подождал, пока она успокоится.

— Тебе нужно время, чтобы все осмыслить, — сказал он. — Ты сама говоришь, что ни в чем не виновата. Однако тебя пытались убить прямо посреди Парижа, и не один раз. Вот это не сон. — Он указал на разбитую магнитолу. — Все более чем реально. Я, как и ты, ничего не понимаю. Но знаю, что убийцы имели доступ к твоим банковским данным. Банковские сервера — одни из самых защищенных в мире. Можно услышать о хакерах, которые взломали сайт ФБР или атомной станции в Корее, но никогда — о взломах банковских систем. Доступ к ним есть только у правительственных служб: у полиции, секретных служб, военных. — Яэль покачала головой. Она не могла в это поверить. — Твое местоположение смогли определить в течение суток. Они учли ошибки, допущенные в катакомбах, продолжили расследование и свалились на нашу голову сегодня утром.