Лабиринт
Шрифт:
Сара с протянутыми вперед руками неуклонно приближалась к нему. А он все дальше и дальше отходил в тень.
— И все это я сделал ради тебя, — сказал он, укоризненно качая головой. — Но я уже смертельно устал выполнять твои прихоти. И быть таким, каким ты хочешь меня видеть. Разве это не великодушие? Остановись! — Он поднял руки, словно желая закрыться от ее удара, сделал еще один маленький шаг назад и громко повторил: — Остановись!
Сарины губы, казалось, сами раскрылись, и она услышала:
— Через несказанные опасности и бесконечные трудности я нашла дорогу сюда, в этот замок, стоящий на краю Гоблин-Сити, чтобы…
— Слушай! — сказал один домовой другому из темного угла замка, где было их гнездышко.
Джареф теперь отступал вверх по лестнице, которая начиналась сразу за аркой. А Сара, продвигаясь вперед, в этот момент вошла внутрь арки.
— …чтобы забрать ребенка, которого вы украли, — читала она наизусть. — И моя воля так же сильна, как ваша…
— Стоп! — Джареф поднял ладонь, обращенную к Саре. — Подожди, Сара, смотри! Смотри, что я хочу тебе предложить.
Он поднял левую руку и сделал ею большой пас. В руке появился сияющий хрустальный шар. Пальцами руки Джареф вращал его на ладони. Лицо его тускло осветила болезненная улыбка. Он произнес:
— Ты увидишь в нем все, о чем мечтаешь. Ты помнишь?
Сара сделала еще один шаг.
— …а мое королевство такое же сильное, как…
— Она сейчас это скажет, — прошипел один домовой.
— Она сейчас скажет те самые слова, — возбужденно поддакнул ему другой.
Ступеньки, по которым взбирался Джареф, стали постепенно исчезать. И ему пришлось опускаться по лестнице. До тех пор, пока Сара не оказалась стоящей над ним.
— Я прошу от тебя совсем немногого, — сказал он, продолжая раскручивать шар. — Я хочу, чтобы ты просто поверила в меня. И тогда ты получишь все, что пожелаешь… все, о чем когда-либо мечтала… Исполнятся твои мечты, Сара…
Она больше не хотела его слушать. И все-таки остановилась. Чтобы продолжить:
— …а мое королевство такое же сильное, как… — она запнулась и хмуро пробормотала: О, черт!
Гоблин энергично замотал головой.
— Не то, не то. Совсем не то.
— Шшш! — зашикал на него другой.
Сара сжала пальцы в кулак с такой силой, что они побелели. Она стала лихорадочно вспоминать. Какие же слова идут дальше?…
Теперь Джареф сделал по лестнице шаг ей навстречу. Ему было необходимо, чтоб она поверила в него.
— Ну что тебе стоит бояться и любить меня, — нежным голосом проговорил он, — и делать так, как я скажу? И тогда… и тогда я стану твоим рабом. — Он протянул к ней руку и поднялся еще на одну ступеньку по лестнице.
— Нет, — гоблин покачал страшненькой головой. — И этот чего-то не то говорит, правда?
Пальцы Джарефа почти вплотную приблизились к Сариному лицу.
Она стояла, словно застыв на том месте, и перебирала про себя слова, пытаясь вспомнить нужные.
— Мое королевство такое же сильное… — бормотала она, — такое же сильное… такое же сильное… — Она увидела шар, который вращается у него в руке, и почувствовала на губах тепло от его вытянутой ладони. Она задержала дыхание, и тут, будто из потаенного уголка ее сознания, выскочили нужные слова. И выплеснулись наружу:
— У вас нет надо мной власти.
— Нет! — закричал Джареф.
— Нет! — в один голос воскликнули изумленные домовые.
Часы начали отбивать время.
Джареф кверху подбросил хрустальный шар. Тот воспарил и завис в воздухе. Сара посмотрела на шар. На его изменчивой переливающейся светом поверхности она увидела искаженное лицо Джарефа. Оно стало плавно перед ней опускаться. Руки у девушки, как заколдованные, сами потянулись к этому шару. И когда кончиками пальцев она прикоснулась к нему, он лопнул, как мыльный пузырь. Лишь легкий туман из мельчайших водяных капель поплыл к тому месту, где стоял Джареф.
Но Джареф исчез. Она услышала лишь его умоляющий голос и последние слова его: Сара… Сара…И увидела пустой плащ, медленно опадающий на пол. Солнечный луч высветил облачко пыли, которое медленно вздымалось над плащом.
Часы продолжали отбивать время.
На двенадцатом ударе, трепетно и тихо вздрогнув, плащ замер. Из-под него вылетела белая сова и закружила над девушкой.
Слезы текли по Сариному лицу.
Спокойной ночи
Сара закрыла глаза. Надо унять слезы и вытереть лицо.
— Пора мне избавиться от этой привычки: чуть что — и сразу плакать, — громко сказала она, чтобы отвлечь себя от грустной картины. — Еще я должна перестать разевать рот от удивления, задыхаться от волнения, дрожать, кричать и вообще нечего выходить из себя, когда… — Тут она вспомнила, что до сих пор не отыскала Тоби, и в испуге открыла глаза.
Над ней, как и прежде, кружила сова, но в остальном… все переменилось. Сара стояла на лестнице у себя дома, а за окном была темень.
Она подняла глаза и стала смотреть на сову. Та сделала прощальный круг, отыскала открытое окно и вылетела в ночь. Девушка побежала вверх по лестнице, перепрыгивая через ступеньку и зовя:
— Тоби! Тоби!
Малыш лежал в своей кроватке и крепко спал. Сара не могла удержаться, чтобы не поднять и не прижать его к себе. Он с трудом разлепил свои глазки, подумал, не пора ли начать плакать. Но потом решил, что ему и без этого не так уж плохо. И тогда вместо слез заулыбался.
Сара подняла с пола Ланцелота и вложила медвежонка малышу в руки, приговаривая: