Чтение онлайн

Ассиндер с озадаченным видом рассмотрел находку, а потом воскликнул:

— Так ведь рисунок здесь в точности, как на камине! Значит, я поступил правильно. Когда Вамплу сказал, что узнал тебя, я решил подождать и посмотреть, что будет. Когда он доложил о вашей со старухой крепкой дружбе, я сразу предположил, что вы затеваете нечто подобное. — Он показал мне открытку. — Это она тебе дала?

— Ну… в общем, да.

Он испустил тихий смешок.

— Вот старая стерва! Она готова пустить по ветру свое семейство, верно?

В течение всего нашего разговора я пытался придумать, как заставить Ассиндера отойти от двери, ибо иного пути к бегству у меня не было. Единственное мое преимущество заключалось в том, что завещание уже находилось при мне и задняя дверь была отперта, о чем он не знал. Скорее всего, имея на руках ключи Джейкмана, Ассиндер полагал, что я не могу покинуть дом. Хотя какая разница, окажусь я запертым в доме или на заднем дворе?

— Разгадка кроется здесь, верно? Так как открывается замок?

Я помотал головой.

— Отдай мне половину того, что мы там найдем, — сказал он, — или я удовольствуюсь вознаграждением.

Я неправильно понял его! Он ничего не знал о завещании и интересовался единственно деньгами! В таком случае у меня еще оставался шанс, хотя меня всего передернуло при мысли о соучастии в простом ограблении, пусть даже такого презренного семейства. Похоже, однако, выбора у меня не было, ибо для того, чтобы выбраться из комнаты, мне требовалось отвлечь внимание Ассиндера, а отвлечься он мог только на тайник.

Он подтащил меня к камину, больно заломив мне руку за спину.

— Я только наполовину открыл, когда вы вошли, — сказал я.

— Вижу. — Он немного ослабил хватку. — Так в чем заключается секрет замка?

— В середине каждого цветка находится болт, но вытаскивать нужно только определенные болты, — объяснил я. — Эта мраморная плитка установлена на блоках таким образом, что, когда вы вытаскиваете правильную комбинацию болтов, она опускается, а за ней поднимается другая, с тайником.

— А какие болты нужно вытаскивать?

— Которые на рисунке белые, — ответил я.

— Чертовски хитро. Ну, давай открывай.

Он улыбнулся странной улыбкой, при виде которой в душе у меня зашевелились подозрения. Может, он знает про ловушку для воров?

Я оказался в затруднительном положении: я не имел возможности отказаться открывать тайник, но если я открою, ничто не помешает Ассиндеру расправиться со мной, когда он получит желаемое.

— Мне не разобрать, какие болты какого цвета, — сказал я, отчаянно цепляясь за последнюю надежду.

Ассиндер вынул из кармана открытку и внимательно рассмотрел при свете фонаря.

— Два верхних точно белые, — воскликнул он. — И два нижних тоже. — Потом он, прищурившись, вгляделся в рисунок и сказал: — Но вот какого цвета центральный, непонятно. Может, белый, может, заштрихованный, как другие элементы, а может, и вовсе черный!

Если Ассиндер думает, что центральный болт белый и попытается его вытащить, он может привести в действие спусковой механизм. Но если я предупрежу его, я точно пропал. И зачем мне рисковать жизнью, предупреждая Ассиндера? Человека, который мошеннически воспользовался именем своего хозяина, чтобы выставить мою мать из дома? Который тайком присваивал деньги упомянутого хозяина? И которому, по-видимому, платили мои враги, чтобы он шпионил для них?

— Белый, верное дело, — пробормотал он себе под нос.

Верное дело! Похоже, до него не доходили слухи о ловушке! И все же, совсем недавно он собирался заставить открывать тайник меня. Теперь он, казалось, забыл о моем присутствии, и, воспользовавшись моментом, я тихонько отступил в темноту.

— Ты куда? — спросил он, обернувшись, когда я уже находился у самой двери. — Не хочешь получить свою долю — и черт с тобой.

Ассиндер полагал, что из дома мне не выбраться, и я подозревал, что свою долю я получу сполна, когда он изобьет меня до полусмерти — если не хуже — и бросит валяться в беспамятстве возле ограбленного тайника, а сам благополучно скроется.

В следующий миг я тихонько выскользнул из гостиной, спустился по лестнице настолько быстро, насколько представлялось возможным в кромешной тьме, прошел через холл и минуту спустя уже отодвигал засовы задней двери. Какое все-таки счастье, что мне пришло в голову отпереть замок! Однако, отворив дверь и выскользнув наружу, я по-прежнему не представлял, как мне выбраться с заднего двора.

Ледяной воздух с едким привкусом сажи и жженого угля обжег мне горло и легкие, и я вспомнил свое первое ужасное впечатление от зимнего лондонского рассвета. Стоял лютый мороз, а у меня не было куртки. В считанные секунды я перелез через низкую полуразрушенную стену между двумя задними дворами в надежде найти выход на улицу с заброшенного соседнего участка. Однако там я обнаружил, что он обнесен стеной высотой футов пятнадцать, усаженной по верху длинными остриями. Вдобавок, проведя по ней ладонями, я убедился, что на гладкой кирпичной кладке нет ни единого выступа, чтобы уцепиться рукой или опереться ногой.

В следующий миг я услышал грохот, подобный удару грома. Потом наступила мертвая тишина. Я посмотрел на дом и увидел, как на верхних этажах зажигаются свечи. Значит, в тайнике действительно стояла ловушка! У меня не было времени размышлять о печальной участи мистера Ассиндера, ибо теперь, когда он поднял на ноги весь дом, мне самому грозила опасность разоблачения. В любой момент кто-нибудь мог выбежать во двор, чтобы разбудить мистера Фамфред а и грумов, спавших над конюшней и каретным сараем.

Ну конечно! Внезапно я понял, что мне надо делать.

Я бросился через двор к каретному сараю и заколотил кулаками в обитую железом дубовую дверь. Бросив взгляд через плечо, я увидел, что в доме загораются яркие огни, и услышал крики и звон колокольчиков. Все свидетельствовало о переполохе со всей очевидностью, какой я только мог желать.

Спустя минуту мучительного ожидания дверь открылась, и мистер Фамфред, в ночной рубашке, со свечой в руке, уставился на меня сонным взглядом, каким, вероятно, смотрел на мисс Квиллиам много лет назад.