Чтение онлайн

Конечно, были времена, когда всё шло в другую сторону. В 2015 году за одну только неделю Верховный Суд США поддержал программу «Obamacare» и постановил, что однополый брак является конституционным правом, а флаг Конфедерации начали спускать по всему американскому Югу в то время, как «Amazon», «Sears» и «Wallmart» прекратили продавать товары с его изображением. «Фейсбук» был морем радуг и «дай-пять». Люди, которые надеялись и молились именно о таком, не могли поверить, как быстро развернулась волна прилива. В то время светлая сторона Силы оседлала волну; сегодня, к сожалению, бал правила тёмная.

Я видел, как премьер Ненши призывает к спокойствию, интервью с мэрами городов и шефами полиции, уговаривающими людей оставаться дома. Даже американские каналы освещали беспорядки в Торонто, которые, похоже, прокатились по всей Янг-стрит от Харборфронта до Блур; время там на час позже, что означало, что полночь уже прошла, так что технически это был уже третий день беспорядков в Канаде.

В конце концов я поднялся с дивана, взял пакет с попкорном, в котором всё ещё постукивали несколько нераскрывшихся зёрен, отнёс его на кухню и выбросил в мусорку. А затем, медленно и печально, побрёл к кровати, надеясь, несмотря ни на что, что разум всё-таки возобладает.

На следующий вечер мэр Виннипега убеждал жителей остаться дома. Официальный комендантский час не вводился, но я так и сделал — смотрел телевизор и бродил по интернету с планшета.

К этому времени полиция уже перестала справляться с насилием почти повсеместно. В города были введены войска для помощи полиции в борьбе с беспорядками и для защиты провинциальных законодательных органов и Парламентского Холма в Оттаве; там, как и в Калгари, бунты вспыхнули на третью ночь. Как казалось, единственное, что не даёт им превратиться в сплошную кровавую баню от побережья до побережья было то, что очень немногие канадцы владели огнестрельным оружием. Тем не менее, количество жертв уже исчислялось трёхзначным числами здесь, в Виннипеге, где всё это началось, и в других мятежных городах уже было по меньшей мере по десятку трупов.

«Фокс-Ньюс» не скрывал радости в своих выпусках новостей:

— Всеобщее внимание сейчас приковано к социалистической Канаде и её премьеру-мусульманину, — говорил Шон Ханнити. — Что они делают для подавления беспорядков в стране?

Новости о продолжающихся нападениях на нелегальных иммигрантов в Техасе на «Фокс» практически отсутствовали, хотя «MSNBC» сообщало, что воинственные настроения распространяются, и что три человека были найдены мёртвыми в Лас-Крусес, штат Нью-Мексико, и двое — к югу от Финикса, Аризона — в штатах, в которых не было ничего похожего на техасский Закон Макчарльза.

Тем временем ещё одна убитая индеанка была найдена здесь, в Виннипеге, и ещё две — в северной Манитобе; кроме того, в окрестностях Томпсона двое индейцев кри были застрелены белыми подростками, проезжавшими мимо на машине.

Боко Харам по-прежнему свирепствовал в Нигерии, и была опубликована статистика о том, что больше 8000 евреев выехало из Франции в Израиль в 2019 году.

— Вы чувствуете это в воздухе, — сказал парижский раввин. — Грядут погромы, попомните мои слова.

В четверг у меня было факультетское собрание по окончании занятий, но оно закончилось до трёх. Я сел в свою белую «мазду» и отправился в долгий путь в Саскатун, имея большой стакан кофе в чашкодержателе и коробку с двадцатью пакетами «тимбитс» [71] на заднем сиденье. Выехав за город, я не стал включать радио и не стал запускать аудиокнигу; я просто ехал в молчании, наслаждаясь тем, что шоссе пусто, и я могу представить себе, что я один во всей вселенной и нигде не происходит ничего плохого.

Однако иллюзии снова были разбиты двумя лучами фар, метнувшихся сзади через всё небо.

Я делал где-то сотню километров в час, но ехавший за мной приближался. Хоть навстречу никто не ехал, так что слева от меня было полно места для обгона, я всё же немного сдвинулся к обочине, чтобы освободить ему ещё больше места.

Разрыв между нами сокращался. Я терпеть не мог придурков, которые не отключали дальний свет в подобных ситуациях, но эти сияли, как пара сверхновых. Он был уже метрах в пятидесяти позади меня.

В двадцати.

В десяти.

А потом внезапно он оказался рядом со мной, но…

…но он меня не обгонял. Он пас меня, продолжая ехать рядом. Я оглянулся, но глаза у меня были ослеплены его дальним светом, так что в тёмном салоне его машины я смог различить лишь два силуэта. Я решил немного сбросить скорость и отстать от него, но едва я немного ослабил давление на педаль газа, он сделал то же самое, и…

Чёрт!

Его пассажирская дверь царапнула по моей водительской. Я попытался дать ему ещё больше места, полностью выехав на обочину, но он продолжал толкать меня в бок, отжимая всё дальше и дальше вправо.

Я ударил по тормозам, из-за чего при его следующей попытке столкнуть меня с дороги его машина оказалась впереди моей. Его закрутило, меня занесло, и мы столкнулись и кувырком покатились на соседнее поле.

Мои подушки безопасности сработали, обездвижив меня на какое-то время, так что когда они сдулись, один из типов из той машины уже вылез наружу, разбил окно со стороны водителя и открыл дверь. Я почувствовал, как меня вытаскивают наружу, и в падающем из моей машины свете я, наконец, смог разглядеть их лица — двое парней, лет по восемнадцать-двадцать, один в джинсовой куртке, другой — в кожаной.

Тот, что в кожаной куртке, стоял поодаль; думаю, он был за рулём. Он указал на меня и сказал:

— Прикончи его.

И лишь в этот момент я осознал, что у типа в джинсе обрезок металлической трубы длиной примерно с предплечье. Я находился в промежутке между двумя машинами, однако вскочил на капот, повернулся на заду и побежал по прилегающему к дороге полю, плоскому пространству, уходящему к горизонту; я был бы более чем доволен, если бы они смотрели, как я убегаю, три дня кряду.

— За ним! — крикнул водитель; вероятно, психопат, с марионеткой эф-зэ, выполняющим каждый его приказ.