Чтение онлайн

– Спасибо, советник, но мне с головой хватает и других отношений, чтобы к ним добавлять еще новые.

– Так, значит, у вас с принцем наметился прогресс?

– Вовсе нет! – Мои щеки сделались пунцовыми. – Он же принц! А я просто… я…

Костяная ведьма. Которую боялись и ненавидели везде, кроме Киона. Но и там к нам в первую очередь относились как к развлечению, а уж потом как к людям.

Советник только кивнул. В мире политики он существовал дольше, чем я жила на свете, а потому знал истинное положение вещей.

– Но тебя влечет к принцу Кансу.

– Ну, он добрый. И единственный, помимо брата и Микаэлы, кого не волнует, что я Костяная ведьма. Он заботится о своем народе. Действительно заботится, а не просто болтает, лишь бы успокоить своих подданных. Он искренне относится к тому, во что верит. И он очень… – В этом было непросто признаться. – У него очень приятное лицо. Не только лицо – все. То есть…

Старик усмехнулся.

– Я понимаю. Между прочим, браки между королевскими особами и ашами случались и раньше. Даже с Темными ашами. Так что это не редкость.

– Все равно. Ему и без того хватает хлопот – помогать своему отцу в управлении Одалией. – «К тому же в голове у меня живет ази, милорд, – добавила я про себя. – Всем известно, что дэвы – оружие Безликих, а я владею самым опасным из них. Не нужно сюда впутывать еще и принца». Тени в моей голове одобрительно зашевелились.

– А какие у тебя отношения с другими мальчиками при дворе? Например, с принцем Халадом?

Только советник Людвиг до сих пор называл брата Канса принцем, несмотря на то что способности Кузнеца душ лишили его притязаний на королевский трон. За последний год, как я окончательно стала ашей, мы с Халадом очень сблизились, и ни одна аша не удостаивалась его уникального дара – получать из их воспоминаний новые стеклянные сердца.

– Замечательные, – ответила я, – только Халад все время занят работой больше меня.

– А что насчет Калена?

Я уставилась на советника, а потом рассмеялась.

– Кален? Да он до сих пор меня ненавидит.

– Ненависть – сильное слово, Тия.

– Но это так. Он при любой возможности игнорирует меня, а когда это невозможно, разговаривает со мной таким снисходительным, безразлично-агрессивным тоном, что просто выводит меня из себя. Послушать его, так я вообще ни на что не годна. Дай ему волю, он разлучит меня с принцем Кансом, а потом ждет, что я стану безропотно выполнять все его требования.

– А ты не могла чем-то вызвать его неприязнь?

– Ну, я точно не пыталась скрывать своего недовольства, – угрюмо призналась я. – И иногда могла пренебрегать его приказами, когда он вел себя как полнейший дурак.

Я замолчала. Советник Людвиг с веселым выражением лица смотрел куда-то позади меня. Сделала глубокий вдох.

– Полагаю, он сейчас у меня за спиной.

– Надо же, угадала с первой попытки. – Кален стоял, прислонившись к двери и сложив руки на груди. Как подобает Искателю смерти, он был одет во все черное, будто этот цвет придавал ему внушительности. На шее сверкало серебром стеклянное сердце. Он коротко, в знак уважения, кивнул истеранскому государственному деятелю.

– Лорд Людвиг, рад снова вас видеть.

– Взаимно, Кален.

– Как поживает король Рендорвик?

– Как и всегда, не слушает моих советов. А как там принц и его отец?

– Хорошо. Передавайте мое почтение его высочеству. – Кален обернулся ко мне. – Тебя хочет видеть Канс, – коротко бросил он и ушел.

– Советую тебе все же не злить его, – произнес советник Людвиг, когда я осторожно, стараясь не запутаться в подоле платья, поднялась. – В конце концов, Кален – ближайший соратник принца Канса. Возможно, если ты откроешься ему, он все-таки сменит гнев на милость.

Вздохнув, я склонилась к советнику, чтобы обнять, и быстро поцеловала его в щеку.

– Учитывая, что причина его недовольства кроется во мне, это маловероятно.

– Подожди! – пытаясь догнать, окликнула я Калена, шагающего к замку, чем привлекла несколько любопытных взглядов прохожих. – Прости за все, что я сказала, но в этом не только моя вина. С тех пор как мы познакомились, ты постоянно резок со мной.

– Я не обязан перед тобой оправдываться, – сухо сказал он.

– Я думала, мы пришли к некоторому взаимопониманию. – Что было правдой. Несколько недель после битвы с ази на озере Стрипник он был почти дружелюбен со мной, после чего эта временная доброжелательность испарилась, и парень снова принялся критиковать, как я дерусь, что делаю и говорю.

– Ты неправильно думала.

Я сердито посмотрела на него:

– Ладно, выкладывай.

– Выкладывать что?

– Ты же слышал, как я назвала все качества, которые мне в тебе не нравятся. Не очень благородно с моей стороны, знаю. Теперь твоя очередь. Назови все, что тебе не нравится во мне.

– Сейчас не самое подходящее время и место…

– Будь все в этой жизни по-твоему, эти подходящие время и место никогда бы не нашлись, потому что ты такой же непробиваемый и непреклонный, как Стена Митры. Видишь? Делиться своими чувствами не сложно. Ну же, выскажись. Назови мне всего три пункта…

Он стал закипать, но наживку заглотил.

– Ты самоуверенная. Потому все время попадаешь в неприятности. И безответственная. Поскольку не думаешь о последствиях своих поступков и ждешь, что тебе кто-то поможет – как правило, твой брат. И у тебя есть раздражающая привычка морщить нос, когда говорят то, что тебе неприятно слышать, отчего ты выглядишь еще смешнее.

Я тут же вскинула ладонь к переносице и с ужасом осознала, что именно так и делаю.

– Ладно, ты уже сказал…

– Ты никогда не слушаешь. Никого. Не следуешь ничьим советам, особенно на тренировках с мечом. Всегда думаешь, будто все обернется к лучшему, хотя то, что этого не происходит, не мешает тебе снова и снова совершать одну и ту же ошибку…

– Я сказала три пункта, грубиян!

Он замолчал. На миг мне показалось, что сейчас он улыбнется. В его стеклянном сердце промелькнул целый спектр цветов: былой гнев немного утих, и на смену ему пришло изумление, неохотное одобрение – и что-то еще. Но стоило ему заметить, куда устремлен мой взгляд, как его кулон снова вернулся к безупречному серебристому сиянию.