Чтение онлайн

Его преподобие ненадолго задумался над этим. Если бы кто-нибудь когда-нибудь сказал ему, что он будет беседовать с инопланетянкой и в первую очередь узнает о существовании жизни во «многих мирах», он или наградил бы кретина хорошим ударом правой, или вызвал бы психовозку.

— Я хотел бы отвести тебя к полковнику Роудсу. Ничего?

— Он не может мне помочь.

— А может быть, может. Он хочет помочь тебе, как и все мы. — Похоже, она задумалась. — Пойдем, давай я отведу тебя к…

— Это она! — крикнул кто-то, и преподобный Дженнингс от испуга выронил поднос с виноградным соком и крошками печенья. Посреди прохода стоял вскочивший со скамьи мэр Бретт. За спиной у мэра маячила жена, подпихивая его к активным действиям. Бретт тыкал пальцем в Дифин и вопил: — Эй, смотрите все, это она! Тварь из космоса!

Сидевшая перед Дифин чета отпрянула. Один из мальчуганов перепрыгнул через скамью, чтобы убежать, но второй, тот, что наблюдал за ней, лишь усмехнулся. Люди начали вставать с мест, чтобы как следует рассмотреть ее. Никто больше не молился.

Дженнингс поднялся.

— Успокойся, Джон. Не устраивай скандал!

— Скандал, как же! Вот она! Вот оно чудовище! — Он сделал шаг назад и на ткнулся на Дорис. Рот округлился потрясенным «О». — Боже ты мой! В церкви!

— Вовсе незачем мутить воду, — проговорил Дженнингс, силясь сохранить успокаивающую интонацию. — Отнеситесь к этому проще, вот и все.

— Это из-за нее мы попали в такую передрягу! — взвыл Бретт. Его остролицая жена закивала в знак согласия. — Полковник Роудс сказал, что эта тварь залезла в Стиви Хэммонд, и вот она тут расселась! Одному Богу известно, чего она может!

Переводя глаза с одного лица на другое, Дифин читала в них ужас. Она встала, и женщина впереди нее, схватив своего ухмыляющегося малыша, попятилась.

— Выкиньте ее отсюда! — не унимался мэр. — У нее нет никакого права быть в обители Господа!

— Заткнись, Джон! — потребовал Дженнингс. Люди уже устремились к дверям, чтобы как можно скорее выбраться из церкви. — Я как раз собираюсь отвести ее к полковнику Роудсу. А теперь почему бы тебе не сесть и не спрятать язык за…

Пол затрясся. Дифин увидела, как заколебались осветительные палочки. Один из металлических держателей упал, и горящие осветительные палочки покатились по малиновому ковру.

— Что это было? — выкрикнул Дон Рингуолд. Совиные глаза за стеклами очков в металлической оправе стали огромными.

Раздался громкий треск. Бетон ломается, подумал Дженнингс и сквозь подметки почувствовал, как содрогнулся пол. Энни Гибсон завизжала и вместе с мужем Перри кинулась бежать, волоча за собой обоих мальчиков. По другую сторону прохода, воздевая обе руки к кресту, бормотала что-то старая миссис Эверетт. Дженнингс посмотрел на Дифин и увидел: снова прокравшийся в ее глаза испуг исчез, сменившись полыхавшим, как зев домны, гневом — подобной ярости его преподобие еще никогда не видел. Дифин вцепилась в спинку передней скамьи, и он услышал:

— Это Кусака.

Пол вдоль прохода вздулся, как готовый прорваться волдырь. Бретт, шатаясь, попятился и основательно заехал жене локтем по челюсти. Не удержавшись на ногах, Дорис распростерлась на полу и осталась там лежать. На другом краю убежища кто-то завизжал. Со скрежетом наползали друг на друга камни, стонала древесина, скамьи качались, словно на штормовых волнах. Дженнингса не покидало ощущение, что из-под пола церкви к поверхности движется что-то массивное и вот-вот прорвется прорваться наружу. Вверх по стенам взбежали трещины, распятие сорвалось и в вихре каменной пыли с грохотом свалилось на алтарь.

Левая часть церкви обрушилась, скамьи разъехались. Пыльный вихрь задул последние свечи, люди с пронзительными воплями устремились к дверям, и Дифин крикнула: «Уходите! Уходите!» На глазах у Дженнингса ковер разорвался и вдоль прохода открылась расщелина с зазубренными краями. Пол вздыбился, дрогнул, начал обваливаться внутрь. С земли поднялась волна пыли. Дженнингса чуть не сбила с ног визжащая Ида Слэттери, которая пулей пролетела мимо. Он увидел, что Дорис Бретт провалилась под пол, а мэр обезьяной карабкается по пляшущим скамьям, чтобы добраться до двери.

Гил Локридж свалился вниз. Через секунду пол разверзся под ногами у его жены, Мэвис. Исчезнувший в провале старший сынишка Рингуолдов повис там, пронзительно крича. Дон потянулся за ним. «Хвала Всевыыыыыышнему!» — обезумев, кричала миссис Эверетт.

Пол ходил ходуном. С громким треском раскалывались скамьи. По стенам змеились трещины. Стены сотряслись до основания, и вниз тяжело посыпались обломки деревянных потолочных балок, а витражи разлетелись вдребезги.

Свечи подожгли покров на алтаре. Рвавшиеся выбраться за порог или выкарабкаться в окна люди отбрасывали в неверном свете гложущего ткань пламени нелепые тени. Дженнингс подхватил Дифин, обнял ее (как обнял бы любого ребенка) и почувствовал, как яростно колотится ее сердце. Позади миссис Эверетт провалился пол; она сорвалась вниз и повисла, уцепившись за обломанный край скамьи. Ноги старухи покачивались над тьмой, и Дженнингс схватил ее за руку, чтобы вытянуть.

Но не успел. Миссис Эверетт с такой силой опустилась в дыру, что ему чуть не оторвало руку. Он услышал, как захлебнулся ее пронзительный крик, и подумал: что-то утянуло ее вниз.

— Нет! Нет! — кричала сжигаемая изнутри ужасом и яростью Дифин, вырываясь из тисков человеческих рук. Она понимала, что причина происходящего — в ней, и пронзительные вопли наполняли ее мукой и страданием. — Перестань! — вскрикнула она, хотя знала, что существо под полом не услышит и жалость ему неведома.

Дженнингс повернулся и двинулся к двери.

Он сделал два широких шага… а потом пол перед ним разверзся.

Вместе с обхватившей его за шею Дифин он полетел вниз, обеими руками нашаривая, за что бы уцепиться, и поймал обломанный край скамьи, занозив ладони щепками. Ноги искали опору и не находили ее. Вниз с грохотом свалилось стропило — так близко, что Дженнингс ощутил на лице дуновение воздуха. Не обоняние, не осязание — чутье подсказывало Дженнингсу: внизу под ним что-то волнообразно движется. Что-то огромное. А потом он и впрямь почувствовал, как лодыжки плотно охватило что-то холодное, клейкое, сырое. Еще секунда, и его сдернут вниз, как миссис Эверетт. Он так рванулся наверх вместе с Дифин, что плечевые мышцы чуть не полопались, а сила, тянувшая за лодыжки, пригрозила разорвать его в талии пополам. Неистово брыкаясь, Дженнингс высвободил одну ногу, потом вторую и уперся коленями в обваливающийся пол. В следующую секунду он, снова оказавшись на ногах, уже бежал к двери. В тот момент, когда крыша просела, он вылетел за порог и рухнул на рыжеватый газон. Основной удар пришелся на правый бок. Выпустив Дифин, Дженнингс откатился в сторону, чтобы не раздавить ее. Пока он, оглушенный, задыхающийся, лежал на спине, стены церкви исполосовали трещины, а крыша начала кусками обваливаться внутрь. Над образовавшимися дырами поднялись султаны пыли, словно отлетало последнее дыхание умирающего. Шпиль провалился внутрь, оставив разломанное каменное кольцо. Стены еще раз сотрясла дрожь, деревянные балки крикнули, как раненые ангелы, и, наконец, шум разрушения отдалился и затих.