Курьер
Шрифт:
– Это ты так решил? – грустно улыбнулась она.
– Да.
– Почему?
– Меня учили отвечать добром за добро.
– Ты мог погибнуть, – бесстрастно сообщила волшебница.
– Да-а-а, неужели?! – притворно воскликнул я. – Как же я сам не подумал-то?
– Не строй из себя идиота. И ты не ответил на мой вопрос! – Голос смуглянки прозвучал угрожающе, и меня это разозлило.
– Хочешь знать правду – пожалуйста. Меня с детства преследует проклятие. Старая гадалка напророчила встречу с красивой девушкой, которая сведет меня в могилу. Вчера почти так и вышло, мы с тобой буквально зарылись в землю. И сегодня я решил – вот оно, избавление! Как вдруг узнаю – девушке, которая вытащила меня из клетки, грозит смерть. Разве это справедливо?
– А ты за справедливость?
– Линель, чаще всего я сам за себя. Но если при этом заодно получается вытащить из беды хорошего человека, то только рад. Хотя сейчас и не знаю, что лучше – погибнуть от руки Кагира или от жажды в пустыне?
– А если бы на моем месте оказался мужчина? – не прекращала допрос девица.
– Тьфу на тебя! Обниматься с голым мужиком…
– Ты бы его спас?
– А кто меня знает? Может, и сделал бы такую попытку. Хотя девушку спасать приятнее. Особенно красивую.
– Даже несмотря на проклятие?
– Что ж мне теперь, только с уродинами знаться, а от красивых прятаться?
На службе за подобные разговоры с волшебницей меня могли запросто отправить прямой дорожкой к демонам, но сейчас мы в одинаковом положении беглецов, и это придало смелости моим суждениям. Рядом находилась почти обыкновенная дамочка, и мысли о том, что ее легкое движение способно выбить дух из курьера, не возникало.
– А ты смелый, – задумчиво произнесла она.
– Нет, просто дурак, которому терять нечего.
Наверное, так оно и было. Нападение на лагерь принца окончательно отрезало пути к отступлению. Хорошо, если не догадаются, кто поджигатель. А если… Тогда мне действительно лучше погибнуть от руки луринийца. А! Будь что будет. Видать, от судьбы, напророченной мне старой гадалкой, никуда не уйти.
Беседа угасла, и я почти потерял чувство реальности. На этот раз сны привиделись весьма приятные. Картинки из глубокого детства, образ матери, наша речушка…
Резкий толчок в плечо!
– Вставай, шуршок облезлый! Хватит дрыхнуть!
Красивый сон мгновенно уступил место кошмарной яви. Солнце показало краешек из-за горизонта, но добрым нынешнее утро назвать язык не поворачивался – рядом стояли «пустынные волки». Мне тут же скрутили руки за спиной.
– Шагай, выкормыш рогатой кобры! – Резкий толчок заставил двигаться.
Осмотрелся по сторонам. Вокруг никаких следов Линель. Это меня слегка обрадовало. Ей справиться с десятком бойцов – что мне воды напиться. Сейчас волшебница выскочит из-за бархана, и они пожалеют, что со мной связались.
Надежда оказалась напрасной. Через десять минут мы вышли к боевому лагерю хана Рунзеха. Над самым большим шатром развевался его стяг.
– Этот негодяй позавчера сбежал из-под стражи, – доложили хану о поимке беглеца.
– Кто такой? – спросил Рунзех.
Не стал сочинять ничего нового, повторив старую легенду, рассказанную в Цескиме.
– Если ты простой путешественник, то почему удрал, как подлый заргинец?
– Меня посадили в клетку со змеей, а я их с детства боюсь, – не надеясь, что мне поверят, ответил первое пришедшее на ум. Сознаваться не собирался – зачем помогать врагу?
– Ты врешь, шуршок вонючий! Знаешь, что Рунзех делает с лгунами?
– Откуда мне, простому путешественнику, знать о привычках великих мира сего?
Гришал учил, как надо общаться с полководцами противника, но его наука не помогла. Хан смотрел на меня волком.
– Ничего, скоро узнаешь.
Меня привели в шатер к бородатому старику. Обычные воины Луринии бороды не носили, поэтому вывод напрашивался только один – это маг. Не тот ли самый, за кем посылали еще позавчера?
«Что ж, друг, тебе не повезло. Информацию уже сняли», – не без злорадства подумал я.
Однако через полчаса стараний луринийского волшебника у меня возникли на этот счет большие сомнения – бородач сиял как начищенная монета. Оставив со мной парочку головорезов, он радостно выбежал из шатра.
«Неужели колдун Кагира не только снял информацию, но и закачал новую? Тогда почему мне ничего не сказал? Курьер обязан знать… – Мысль оборвалась, поскольку страшная догадка молнией пронзила мозг. – Выходит, мой побег подстроен?! Но откуда они могли знать, что я пойду освобождать девушку? Ведь именно она привела меня к людям хана. Или все же это случайность?»
Попытка самообмана успехом не увенчалась. Слишком много «случайностей» за столь короткое время. И все они объяснялись сразу, как только…
«Змея – она и есть змея! Наверняка действовала по приказу принца. А я, дурак, кинулся ее выручать! Лучше бы дернул на север! Нет, Сарин, ты действительно простачок, каких поискать! Увидел красивую мордашку – и способен думать только о проклятии, а вся наука Лехана о лжи вылетела из головы».
Выбор направления побега, внезапное исчезновение без попыток освободить пленника – все сразу становилось понятным. Курьера с важными сведениями специально отправили к врагу. Операция, достойная восхищения! Если бы не одно «НО» – в ней приманкой для тигра оказался именно я. По собственной глупости. Провалиться им всем в цехмерские топи!
Меня снова доставили пред ясные очи хана.
– Простой путешественник, говоришь? – злорадно улыбался тот.
– Да! – Злость на самого себя загнала страх на задворки сознания.
– Обманывать Рунзеха никому не позволено, курьер. Это карается смертью, – напыщенно заявил он. – Но поскольку обнаруженные магом сведения доставили мне огромнейшую радость, я решил подарить тебе самую дорогую в пустыне смерть.
– Неужели меня утопят?
После бесславного разоблачения надеяться на благополучный исход не стоило. Луринийские вожди были скоры на расправу даже со своими подчиненными, что уж говорить про врагов? Во время военных действий противник подлежал уничтожению, если только за него не предлагали выкуп. Среди курьеров никогда не было дворян, так что мою судьбу уже решили окончательно и бесповоротно. На душе стало как-то отчаянно легко.