Чтение онлайн

Меняя траекторию бега, я успевал ускользать от его атак на какие-то доли сантиметров. Взмыв в воздух метра на два, швырнул в Павла подобранную ветку. Импровизированное копье, вспарывая воздух, ринулось вперед.

Изменив направление движения, попробовал зайти с тыла. Ветку он остановил в метре от себя, правда, всё же успев повернуться ко мне лицом. Однако за это время я успел подобраться ближе.

Быстрее! Быстрее! Впитывая всем телом окружающую меня энергию, влил её в ноги и руки. Ещё больше ускоряясь, нанес удар рукой в челюсть. Павел, сделав шаг в сторону, пропустил меня, видимо, надеясь атаковать в спину.

Развернувшись на одной ноге, ударил другой в колено. Которого, естественно, там не оказалось. Скорость! Мне не хватает скорости!

Ощущение внутреннего пожара захлестнуло меня, но я был уже не в силах остановиться. Впитав ещё больше энергии, почувствовал, как всё, кроме меня, замедляется.

Организм отзывался болью, но я продолжал рваться к Павлу, желая до него дотянуться. Удар, еще один. Мои руки словно окаменели, но я целенаправленно крушил броню, которой неожиданно покрылся Седой.

И вот после очередного удара броня рассыпалась, а я почувствовал, как попал во что-то мягкое. Достал-таки!

— А ты молодец, приятно удивил, — произнес Павел, остановивший мой кулак раскрытой ладонью.

Моё тело, словно ожидая этих слов, разом обмякло. Меня стала накрывать темнота. Похоже, с халявной энергией стоило быть осторожнее.

— Ну и как ты такое допустил? Я тебя о чём просил? — голос дяди, пробившись до моего сознания, заставил поморщиться.

— Он сам виноват. Сорвался и едва не сгорел. Знаешь ли, его поведение малость отличается от описанного тобой, — а это вроде говорил Павел.

— За последние несколько суток ему многое пришлось пережить, не каждый сможет сдерживать себя, — какой молодец дядя. Вот прям всё как надо сказал. Я бы тебя обнял в благодарность, но даже глаза с трудом могу открыть.

— Всё равно за ним нужно приглядывать. Уж больно странно он себя на поляне вёл. У него же направление льда вроде было? — гнул свою линию седовласый.

— В том-то и дело, что «было». А что ему подсадили потом, мне так и не сказали. Могло и поменяться. Хотя, Тимашев говорил, что у Дибичей он использовал именно холод. А что?

— Просто его движения… Они… в общем… отдавали опытом, причём немаленьким. Откуда он может быть у мелкого? — а вот такие вопросы мне совершенно не понравились.

— Он раньше посещал наш полигон вместе с отцом. Правда, давно, но вдруг у него талант. Он даже с Кряжечем занимался, но недолго. Когда погибла Лада, его мать, он и перестал, — голос дяди звучал неуверенно.

— Сам же понимаешь, как натянуто это звучит, — скептически произнес Павел.

— Андрей — это Андрей. Я в этом уверен, — твёрдо произнес Кирилл Григорьевич.

— Ладно-ладно, не кипятись. Просто если это из-за симбионта… — сделал паузу Павел. — Ты же понимаешь насколько это опасно?

— Прекрасно понимаю. И именно поэтому ты здесь. В случае чего приведёшь его в чувства. Хотя, надеюсь, до этого не дойдёт.

— Ага, если он каждый раз будет падать в обморок, то мне ничего делать и не придётся, — рассмеялся Павел.

— Так что, готов потренировать Андрея эти две недели?

— Да готов, готов. Мне кажется, или у него дыхание изменилось? — насторожился Павел.

— Да, уже как пару минут, — подтвердил дядя.

Встав, он подошел к дивану, на котором я лежал и помог сесть. Судя по окружающей обстановке, мы находились в одном из летних домиков. Похоже, меня не решили показывать в таком состоянии лишним людям.

— Ты как? Руки-ноги чувствуешь?

— Вроде, — неуверенно прокряхтел я. Кажется, все было на месте, вот только ощущения странные.

Поднес руки к лицу и охнул. Костяшки на пальцах оказались сбиты, а ладони покрылись мелкими ожогами, словно я пытался удержать раскалённый прут. Ноги выглядели не лучше. Хорошо ещё все пальцы на месте и шевелятся. Вроде.

— Целителя уже вызвали, так что скоро приведём тебя в порядок, — Кирилл Григорьевич вернулся обратно в своё кресло и закурил трубку.

Учуяв запах табака, непроизвольно поморщился. Я эту дрянь еще с со второго перерождения не перевариваю. Уж слишком она демаскирует и выводится с трудом.

— Вот, малому тоже твоя привычка не нравится, — заметив мою гримасу, сказал Павел. Выглядел он по-прежнему как с иголочки, будто и не сражался со мной. Хотя…

— И где моё мороженое? — точно помню, что достал его, прежде чем отключился!

— Ну раз я обещал, получишь непременно. Уговор есть уговор, — заметив непонимающий взгляд дяди, Павел рассказал о нашем разговоре при знакомстве.

— И стоило ради мороженного так надрываться? — улыбнулся Авинов.

— Естественно! Тем более хотелось проверить, на что способен твой товарищ, дядя, — добавив немного злорадства в голос, продолжил: — но не скажу, что впечатлен. В конце концов я всё-таки смог его задеть.

На мгновение в зале воцарилось молчание, а затем два этих великовозрастных засранца в один голос захохотали. Я бы даже сказал — взоржали. Кони чёртовы!

Пришлось ждать, пока они успокоятся и объяснят причину своего веселья.

— А племянник-то у тебя, Белый, ещё тот шутник. Такое выдать, — отсмеявшись, выдохнул Павел.

— Не вижу причин смеяться над моими словами, — недовольно пробурчал в ответ. Я точно что-то упускаю из вида. Вот только что именно?

— Знаешь, в чём была твоя главная ошибка? — внезапно задал вопрос дядя.