Чтение онлайн

Зарождались и совсем новые отношения. Природное обаяние Марии все-таки не оставило Кросса равнодушным. Да и совместно пережитые события заставляли друг на друга взглянуть по-новому.

Как всегда, все началось с незначительной мелочи. С мимолетного, едва уловимого, взгляда, с неразличимой ещё мысли, маскирующейся под приятное воспоминание из далекого прошлого. И вот уже ловишь себя на том, что вновь и вновь перед внутренним взором всплывает образ симпатичного тебе человека. Деталь в одежде, по-особенному произнесенное слово или несколько, случайно обнажившееся предплечье, на доли секунды задержавшийся, больше чем требуется, взгляд. А обратно уже не переиграть, не переделать, потому, как безвозвратно влюблен.

Ровно так и произошло с Кроссом. Мария в самом начале их знакомства казалась ему просто приятным собеседником, умным специалистом. Дальше, приятной стала мимолетная мысль о том, как ему повезло со спутницей. Какие все-таки восхитительные живут рядом с ним люди, и почему не встретилась она ему до катастроф, в те времена, когда Кросс был на несколько лет моложе. А потом и вовсе невозможно стало представить свое существование без этой удивительной женщины.

Мария всегда разговаривала легко и спокойно. Можно было оставаться самим собой и не стараться выглядеть как-то иначе. Многие фразы не требовали пояснений – Мария понимала все, что хотел сказать её собеседник. Она никогда не злилась и не ворчала. Не жаловалась на жизнь и не пыталась сплетничать. Постепенно, Кроссу стало казаться, что Мария – просто идеальна. Удивительное сочетание ума и внутренней естественной красоты. А к тому же, вместе с телепатическими способностями и помощью долгожителя, весь набор качеств возвышал её просто до незримых высот.

Ровно в той же очередности чувств сердце Марии день за днем устремлялось в направлении импозантного её спутника. Кросс всегда излучал спокойную мужскую уверенность и силу. Был галантен и обходителен. Но Мария, день за днем открывала в Его личности все новые и новые грани.

Тайком подмечала в нем редкий баланс твердости духа и тонкой чувствительности к окружающим явлениям и людям. Ведь, как правило, встречается что-то одно. Либо бесчувственная бравада собственной силой, или полу инфантильная восприимчивость сверх нормы. Любая из этих крайностей малоприятна в повседневном общении. Но в гармоничном сочетании выглядела изумительно.

Мария не могла не влюбиться в такого человека, сильного, уверенного в себе, внимательного и умного. У неё не было ни малейшего шанса. К тому же, успешная профессиональная деятельность Кросса помогла ему стать весьма не бедным человеком во всей Москве. А способность мужчины зарабатывать или просто доставать откуда–либо деньги является самым ценным его украшением. И, если ещё от него не пахнет застаревшим потом или подгнивающими зубами, и, он улыбается, то вообще – киногерой. Так что под соблазнительный стереотип успешного человека и завидного жениха Кросс Георгиевич подходил, как нельзя, кстати.

Но было в нем что-то ещё, трудно различимое, что Мария все никак не могла четко сформулировать для себя. Если совсем просто, то это, наверное, обычная способность жить исключительно в настоящем моменте. Пожалуй, можно сказать так. Однако, легкая эта задача, на поверку, оказывалась исключительно сложным каждодневным трудом.

Кросс всегда был собран и каждую минуту своего существования проживал в полнейшей осознанности, наполненной осмысленной рефлексией. Казалось, что он никогда не отдыхает, но всегда вовлечен во внутренний диалог с окружающим его миром. Удивительное качество, дополненное способностью внимательно выслушивать собеседника. И только после этого давать взвешенный продуманный ответ.

Вот уж кого точно нельзя упрекнуть в праздном времяпрепровождении. Каждый час его жизни проживался со смыслом и пользой. Любое занятие выполнялось с полной вовлеченностью и самоотдачей. И как награда – отсутствие утомления и усталости, которая чаще возникает от бесполезной и ненужной деятельности.

В глазах Марии Кросс был идеален. И внезапно настал тот момент, когда она почти перестала замечать вокруг себя кого-то ещё. Словно те и вовсе завершили свое земное существование. Весь мир был заключен для неё в одном человеке.

После всех пережитых потрясений хотелось отдыха. Всем пятерым. Нужно было отвлечься на что-то другое. На то, что не связано со спасением мира. Простое и понятное, человеческое и не такое масштабное. И отвлеклись друг на друга. Будто оценивали, выдержит ли следующее испытание, не подведет случайно. Не станет ли эта ноша невыносимо тяжелой для кого-либо, может, проще продолжить в одиночку. Так иногда задумывался почти каждый из них. Боялись чрезмерно давать друг другу эмоциональной нагрузки, которой и так в последние дни было чересчур много.

Да и наговорится, как следует, не было возможности раньше. А ведь столько хотелось узнать ещё друг у друга. Потому в большей мере дни проходили в беседах о жизни и судьбе, в воспоминаниях, в мечтах и надеждах.

– Как вы думаете, после смерти что-то есть ещё?.. Дальше там?.. – задумчиво произносит Саша, никому конкретно не адресуя свой вопрос, и всем ясно, что сейчас завяжется одна из привычных уже дискуссий.

– Проводились исследования в медицинских условиях хосписов… – живо отреагировал на Сашину реплику Кросс. Проснулся его внутренний «профессор», – Умирающих людей взвешивали на сверхточных весах перед самым отходом в мир иной. И эту же процедуру, со всеми равными условиями, повторяли в момент, когда можно было стопроцентно регистрировать смерть. Так вот, при втором взвешивании тело оказывалось легче примерно на 20-50 грамм. И данные повторялись каждый раз. Из чего заключили, что вес души как раз складывается из этих недостающих граммов.

– Как интересно, и что каждый раз удавалось повторить эксперимент? Может это эффект от расслабления мышц? – скептически отнеслась к сказанному Мария.

– Да, мы с Мефодием, тоже много раз думали и над этим вечным вопросом, а я и над конкретным этим экспериментом, – прозвучал голос Златобрада из динамика телефона.

– И что же вы думаете по этому вопросу? – Мария даже развернулась в сторону, откуда шел звук долгожителей.

– Мы полагаем, что человек не умирает в привычном для нас всех смысле, – продолжил Златобрад,– но переходит в другое состояние. И даже ощущает себя, по-прежнему, человеческим существом какое-то время. Материального ничего он себе оставить не может, понятное дело. И приходится жить только с тем духовным багажом, который удалось скопить во время земного своего существования. С добрыми делами, чистыми помыслами, яркими воспоминаниями.

– Очень любопытно… да уж, – почти одновременно вздохнули все, с явным предчувствием того, что в ближайшее время отдохнуть от чересчур стремительных приключений, скорее всего, не удастся.

Ещё немного позже, обсудив во всех деталях новости о последних катастрофах, научных опытах и мистических учениях, принялись планировать следующую поездку. Точек на карте не прибавилось и не убавилось. Значительных перемещений тоже не наблюдалось. Практически все на карте оставалось на своих местах.