Чтение онлайн

— Дима, судя по ощущениям, едва сдерживается, чтобы не открутить этой сучке голову, — поведала Люда.

— Не он один, — подтвердила Слава.

— Да, — коротко обронила Ядвига.

Девушки синхронным движением опустошили бокалы.

— Тогда зачем? — Ядвига была привычно немногословно.

— Видишь рядом с Владимиром мужчину? — спросила Слава.

— Князь Воронцов, — подтвердила Ядвига.

— Ната — его дочь. Меня предупредил Владимир, попросил не вмешиваться. Ната — девочка глупая и ветреная, поиграется и успокоится. Однако, если Дима будет с ней груб, девочка наябедничает мамочке, а та в семье главная. Может, Руслан Леонидович и не сорвётся с крючка, но Волконскому нужна его поддержка в ближайшие недели. Потом князь увязнет, и Нату можно будет отогнать без всяких последствий, а пока приходится терпеть.

Люда развернулась и показала бармену на бокалы, жестом попросив повторить.

— Ясно, — ответила Ядвига. — Откуда уверенность в эмоциях?

— Я чувствую всех вас, — ответила Люда. — Мы пытались перекрыть эту способность, но вышло не до конца.

— А как было? — заинтересовалась Ядвига.

— Я хорошо ощущала их обоих, — кивнула Люда на Славу. — Слава немного ощущала меня и, чуть хуже, Диму.

— Теперь чувствительная у нас только Люда, — закончила Слава. — Не захотела отказываться от такой способности.

— Я бы тоже, — подтвердила Ядвига.

— Опасно, — поморщилась Доброславова. — Дима ужастики рассказывал, что может произойти, если слишком глубоко погружаться в чужие эмоции. Сейчас я не тону в них.

Бармен принёс новую порцию выпивки. Девушки взяли бокалы. Проследили, как Ната почти повисла на плече Дмитрия и указала к дверям, что вели в танцевальный зал.

— Желания её придушить стало сильнее, — прокомментировала Люда.

— Аналогично, — подтвердила Слава.

— Ага, — не осталась в стороне Ядвига.

— Я скорее про себя, чем про Диму, — призналась Люда.

— Мы поняли, — кивнула Слава.

Девушки снова синхронно выпили, на этот раз только уполовинив бокалы.

— Надо ему отомстить? — предложила Кудрявцева.

— Диме? За что? — не поняла Люда. — Он и так страдает не меньше нашего.

В этот момент Дмитрий, сохраняя на лице благожелательность и безупречную симпатию, нашёл способ избежать танцев. Если бы девушки знали Диму меньше, то могли бы поверить, что парень неплохо проводит время. Однако Слава отлично видела разницу между тем взглядом, что Дима дарил ей, и той формальной вежливостью, что была сейчас. Люда чувствовала эмоции. Ядвига пока вынуждена была потерпеть. Произошедшее недопонимание и новые обстоятельства ударили по польке, пусть девушка и не позволяла этим эмоциям проявляться на глазах окружающих.

— Впрочем, — задумчиво протянула Люда. — Слишком у него лицо довольное для страдальца.

— Нет, я не про него. Отомстить Владимиру.

Люда идею поддержала:

— Да, этому надо. Только как? На этого жука где сядешь, там и слезешь.

— А он мне услугу обещал. Как насчёт набега на столичные магазины одежды? — зловеще улыбнулась Слава.

— Я в деле! — подтвердила Люда.

Слава с сомнением посмотрела на польку, но всё же спросила:

— Ядвига?

— Участвую, — благодарно согласилась та. — Он заслужил.

Девушки посмотрели на Крсманович.

— А перед тобой-то он чем успел провиниться?

Ядвига кивнула на Нату.

— Этим. Вдруг Диме понравится.

Слава отрицательно покачала головой.

— Нет. Дима не уйдёт.

— От меня ушёл, — возразила Ядвига.

— Он остался. Ты ушла, — отрезала Слава.

Они синхронно допили бокалы, отставили на стойку. Слава поняла, что в её неприязни к Вицлаву виновата Ядвига. Если Люда не ощущалась, как конкурентка и соперница, воспринималась как-то… Здесь Слава определиться не могла, но негатива к подруге не испытывала. Ядвига же… Она бросила Диму, отчего парень довольно долго пробыл в паршивом состоянии. И теперь вернулась, не скрывая своих чувств. Порой Слава задумывалась, не являются ли чувства всех троих частью ритуала? Но отгоняла эти мысли, Дима не давал поводов подозревать себя в чём-то столь гнусном.

Дима, наконец, смог отвязаться от Наты. Парень проводил удаляющихся Воронцовых взглядом, сохраняя дружелюбную улыбку, хотя ощущал облегчение. Люда могла бы добавить, что Мартен испытывал некоторый лёгкий страх, вдруг те вернутся, на уровне опасения, но решила промолчать. Когда Воронцовы скрылись, Дима устало выдохнул и направился прямо к бару.

— Коктейль сазерак, — заказал, тяжело опустившись на стул рядом со Славой, — двойной.

Люда сразу встала и перешла на соседний с Димой стул по другую руку от Славы.

— Настолько назойливая? — участливо поинтересовалась.

— Угу, — мрачно кивнул Дима, — Проще камень в ботинке терпеть, чем её.

Получил свой напиток, залпом выпил, благодарно кивнул бармену.

— Мне нужны положительные эмоции. Давайте, рассказывайте, как у вас по настроению? Довольны игрой?

Разговор переключился и пошёл веселее.

Москва. Особняк барона Мартена.

Август 1983

Потоки магической силы ещё струились по ритуальному залу, хотя сам ритуал уже завершился. Я был один, Дар Одиннадцати Звёзд можно принимать только в полном одиночестве. Правда, это не помешало всем нам провести этот ритуал, каждый прошёл его у себя дома. Пришлось потратить приличную сумму на ингредиенты и подготовку, но оно того стоило.

Тринадцатый ранг. Ещё один шаг к настоящему могуществу.

Покинув ритуальный зал, я вернулся в свою комнату. До рассвета оставалась пара часов, ложиться спать не имело смысла, ритуал был не настолько выматывающим. У меня есть работа, довольно много работы, на самом деле. На душ и приведение себя в порядок ушло некоторое время, так что завтракал я уже в рассветных лучах восходящего солнца. Особняк просыпался, а значит, пора заняться делом.

Давно хотел поговорить с Кассандрой. Это не было настоящее имя женщины, представленной мне Волконским. Я не удивлюсь, если на свете вообще осталось очень мало живых людей, знающих её имя. Человек специфических навыков и умений, для которого лучшая защита — тайна. Постоянная смена личности позволяет пожить подольше, что несвойственно людям этой профессии.

Кассандру я застал за упражнениями. Облачённая в предельно облегающее трико, красивая и подтянутая женщина могла вызвать вполне определённые желания у мужчины. Не отказал себе в удовольствии понаблюдать и сравнить женщину со Славой. Достаточно быстро понял, что моя кошечка выигрывает практически по всем пунктам, кроме, может быть, женственности. Слава была великолепна, красива, грациозна, но она уже превращалась в хищницу. Изобразить слабую девушку, требующую защиты и заботы, моя возлюбленная не смогла бы при всём желании.