Чтение онлайн

На кухне сразу заговорили о Дальманне и его очаровательной спутнице. Работники ресторана один за другим выглядывали в зал, чтобы потом высказать свое мнение по поводу того, кто она: танцовщица, модель или проститутка?

Строго говоря, Дальманн не мог позволить себе сейчас даже такой экстравагантности, как Македа. Акции крупнейшего в стране банка, в которые были якобы надежно вложены его деньги, и не думали расти. Напротив. Это поддерживаемое государством финансовое учреждение объявило об убытке в двадцать миллиардов франков за истекший год — беспрецедентное падение в истории страны.

Клиенты сняли со своих счетов двести двадцать шесть миллиаров франков, стоимость акций за год упала на две трети. Американская налоговая служба пригрозила лишить банк лицензии, если он откажется выдать ей информацию о нескольких сотнях клиентов — американских граждан, подозреваемых в уклонении от уплаты налогов.

А без американской лицензии швейцарскому банку рассчитывать было не на что.

В сложившейся ситуации сделка Штаффеля и ван Гендерена казалась большой удачей. Новое руководство фирмы, пытаясь ее расстроить, оказывало на Штаффеля давление со стороны акционеров. Однако Дальманну было все равно. Комиссионные он получил, уже через другой, более успешный банк.

Дальманна удивляло, как быстро этому ван Гендерену удалось окрутить беднягу Штаффеля. Подробностей он не знал, хотя кое-какие подозрения на этот счет у него имелись. Слухи о том, что жена Штаффеля подала на развод, проникшие в местную прессу из ежедневной зальцбургской газеты, их подтверждали.

В любом случае, к делам Дальманна это уже не имело никакого отношения.

Успех намечался и в другой области, а именно тайско-пакистанских контактов, с Ваеном и Раз-заком. Оба уже договорились с Карлайслом о продаже оружия в Таиланд и Пакистан через США. Вполне возможно, что груз уже вывезен из Америки. Тайская часть неофициально погружена на корабли ТОТИ в Бенгальском заливе, пакистанская совершенно легально отправлена в Коломбо.

Все это, конечно, уже не в компетенции Даль-манна. Он всего лишь оказал услугу за вполне разумный процент. В конце концов, не он, так кто-нибудь другой. И полученная Дальманном за это сумма уже поступила на его счет в одном маленьком, но заслуживающем больше доверия, чем упомянутый выше, банке.

Это была всего лишь небольшая сделка, одна из тех, благодаря которым Дальманн еще мог кое-что себе позволить.

40

•-•

Около девяти часов вечера два небольших самолета поднялись в воздух с окруженной правительственными войсками территории и взяли курс на Коломбо. В их кабинах сидели два знаменитых «черных тигра»: подполковник Рообан и полковник Сириттиран. Они взлетели прямо с городской автотрассы. Рообан оставил на прощание письмо, в котором призывал юношей вступать в ряды «тигров освобождения».

Незадолго до приземления их пути разошлись. Один самолет полетел в направлении авиационной базы Катунайаке, другой взял курс на штаб командования ВВС в Коломбо.

В двадцать минут девятого, когда столица Шри-Ланки погрузилась в темноту, завыли сирены.

Новость застала Маравана в тамильском магазине. Внезапно из служебного помещения послышалось улюлюканье и аплодисменты. Потом радостный владелец магазина выбежал в торговый зал.

— Мы бомбим Катунайаке и Коломбо! Еще ничего не потеряно!

Мараван взял рис сали, индонезийский перец и пальмовый сахар и стоял в очереди в кассу, когда и покупатели, и продавцы вдруг словно с ума посходили. Катунайаке и Коломбо! Бомбардировки! А нам говорят, что «тигры» побеждены! Ничего еще не потеряно!

Мараван подошел к хозяину.

— А Раждапаксе говорит, что мы полностью разбиты! — кричал тот, захлебываясь от счастья.

— Я хотел бы оплатить товар, — обратился к нему Мараван.

— А Прабхакаран покинул страну! В Интернете его фото с двумя пилотами!.. Ха!

— Пожалуйста, возьмите у меня деньги, — настаивал Мараван.

— Ты что, не радуешься? — подозрительно посмотрел на него владелец магазина.

— Я буду радоваться, когда наступит мир, — ответил Мараван.

Весь следующий день тамилец допоздна экспериментировал с коричными запахами для ароматизации блюд. Вечером, в очередной раз открыв дверь на балкон, чтобы проветрить комнату, он снова услышал аплодисменты и крики радости.

Мараван вышел посмотреть, что случилось.

На соседнем балконе стоял Муруган, отец большого семейства, и курил. Заслышав Маравана, он тотчас поднял голову.

— Что случилось? — спросил его Мараван. — Опять бомбардировка?

— Нет, «Миллионер из трущоб», — махнул рукой Муруган.

— «Миллионер из трущоб»? — переспросил Мараван.

— Это фильм о нищем индийском мальчике из Мумбаи, который выиграл миллион в телешоу, — пояснил сосед. — Завоевал кучу «Оскаров». Они чествуют Мани Ратнама 12.

— Но разве Ратнам индус? — недоуменно спросил Мараван.

— Скорее индус, чем швейцарец, — отвечал сосед.

Дальманна не занимали ни события на Шри-Ланке, ни церемония вручения «Оскара». Он был деловым человеком и — видит бог — имел достаточно оснований для беспокойства.

Банк, за который Дальманн молился каждый вечер, попросил у правительства разрешения на разглашение информации о трех сотнях своих американских клиентов, обвиняемых чиновниками США в уклонении от уплаты налогов. Таким образом, был вбит последний гвоздь в крышку гроба банковской тайны.

«Сааб» — шведское предприятие, часть переживающей не лучшие времена компании «Дженерал моторе», разорился. Дальманн не то чтобы удивился или расстроился — он никогда не питал особых симпатий к расхожим маркам «автомобилей для интеллектуалов», — однако тот факт, что правильство допустило это банкротство, его насторожил.

Германия отказалась от конъюнктурной программы на пятьдесят миллиардов евро, а ее государственный долг вырос до рекордного уровня.

А тут еще Шеффер. Его звонок застал Даль-манна в постели, пахнущей духами Македы, где он с удовольствием повалялся бы еще.